Краткая биография кребийон

Краткая биография кребийон

Краткая биография Бориса Акунина (20 мая 1956 — ).

Борис Акунин (настоящее имя Григорий Шалвович Чхартишвили). (1956г.) — Русский писатель, беллетрист, литературовед, переводчик, японовед, общественный деятель. Также публиковался под литературными псевдонимами Анна Борисова и Анатолий Брусникин.

Детство и юность

Родился Григорий Чхартишвили 20 мая 1956 года в грузинско-еврейской семье в г. Зестафони Грузинской ССР. Отец его Шалва Ноевич Чхартишвили (1919—1997) был офицером-артиллеристом, участником Великой Отечественной войны, а мать — Берта Исааковна Бразинская — учительницей русского языка и литературы. Через два года после рождения сына Григория, в 1958 году его родители принимают решение переехать в Москву, где в 1973 году Григорий оканчивает школу №36 с углубленным изучением английского языка. Под впечатлением от японского театра Кабуки поступает на историко-филологический факультет Института стран Азии и Африки Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова. В 1978 году получил историка-японоведа. Занимался литературными переводами с английского и японского языков.

В переводе с японского языка Бориса Акунина были изданы произведения Кобо Абэ,Такэси Кайко, Сёхэй Оока, Синъити Хоси, Масахико Симада, Мисима Юкио, Ясуси Иноуэ, Кэндзи Маруяма. А также с английского языка произведения Т. Корагессана Бойла, Малкольма Брэдбери, Питера Устинова и др.

Творческая биография «Бориса Акунина» — Григория Чхартишвили начинается в 1998 году, когда он начинает издавать свою художественную прозу под псевдонимом «Б. Акунин», критические же и документальные работы он публикует под своим настоящим именем.

В своем романе «Алмазная колесница» Чхартишвили расшифровывает понятие слова «акунин», переводе с японского означающего — «злодей, негодяй», но злодей исполинских масштабов, иными словами — неординарная личность, выступающая на стороне зла.

Автор книги «Писатель и самоубийство», романов и повестей серий «Приключения Эраста Фандорина», «Приключения сестры Пелагии» и «Приключения магистра», «Жанры», а также был составителем серии «Лекарство от скуки».

«Жанры» — это серия романов Бориса Акунина, в которых писатель предпринимает попытку своеобразного эксперимента жанровой литературы, представляя читателю «чистые» образцы разных жанров беллетристики, причём каждая из книг носит название соответствующего жанра. В эту коллекцию вошли: «Детская книга для мальчиков», «Шпионский роман», «Фантастика», «Квест», «Детская книга для девочек» (в соавторстве с Глорией Му).

В 2000 году Б. Акунин был выдвинут на соискание премии «Smirnoff-Букер 2000» за роман «Коронация», но в число финалистов не вошел. Однако в этом же году и за этот же роман писатель получает премию «Антибукер». В 2003 году роман «Азазель» Чхартишвили был занесен в шорт-лист Британской Ассоциации писателей-криминалистов в разделе «Золотой кинжал».

Под псевдонимом «Анатолий Брусникин» были опубликованы три его исторических романа: «Девятный Спас», «Герой иного времени» и «Беллона». А также под женским псевдонимом Анна Борисова: «Там…», «Креативщик» и «Vremena goda».

С 1994 по 2000 гг. занимал должность главного редактора журнала «Иностранная литература», главный редактор двадцатитомной «Антологии японской литературы», председатель правления мегапроекта «Пушкинская библиотека» (Фонд Сороса).

В январе 2012 года Григорий Чхартишвили становится одним из учредителей общественно-политической организации Лига избирателей, цель которой — контроль за соблюдением избирательных прав граждан.

В 2005 году МИД Японии наградил Григория Чхартишвили почётной грамотой за вклад в углубление российско-японских отношений. Поводом к награждению послужило 150-летие установления межгосударственных отношений между Японией и Россией.

В 2007 году награжден премией Нома за лучший перевод с японского сочинений писателя Юкио Мисимы.

29 апреля 2009 года Чхартишвили стал кавалером ордена Восходящего солнца четвёртой степени. Награждение состоялось 20 мая в посольстве Японии в Москве.

10 августа 2009 года ему присуждена премия действующего под эгидой правительства Японского фонда за вклад в развитие культурных связей между Россией и Японией

26 марта 2014 года, в день открытия XVII национальной выставки-ярмарки «Книги России» Чхартишвили была вручена профессиональная антипремия «Абзац», которой отмечают худшие работы в книгоиздательском бизнесе России. Специальный приз «Почётная Безграмота» за «особо циничные преступления против российской словесности» был присуждён Борису Акунину за книгу «История российского государства. От истоков до монгольского нашествия».

• 2001 — Азазель (режиссёр Александр Адабашьян)
• 2004 — Турецкий гамбит (режиссёр Джаник Файзиев)
• 2005 — Статский советник (режиссёр Филипп Янковский)
• 2009 — Пелагия и белый бульдог (режиссёр Юрий Мороз)
• 2012 — Шпион (режиссёр Алексей Андрианов) — по мотивам призведения «Шпионский роман»
• 2017 — Декоратор (режиссёр Антон Борматов)
• 2012 — съемки в документальном фильме «Болотная лихорадка», где Чхартишвили выступает как комментатор политической ситуации в стране.

Первой женой Григория Чхартишвили была японка, с которой Акунин прожил несколько лет. Вторая жена, Эрика Эрнестовна, — корректор и переводчик. Детей от обоих браков нет. С 2014 года работает и проживает во Франции, регион Бретань.

Кребийон, Клод

Клод Кребийон
фр. Claude Prosper Jolyot de Crébillon

Кребийон-сын, пастель Жана-Батиста Андре Готье д’Аготи
Псевдонимы Bekrinoll [1] , Duchesse de étoiles 03 [1] , Krinelbol [1] , Madame de R étoiles 03 [1] , Marquise de M étoiles 03 [1] и M. de Meilcour [1]
Дата рождения 14 февраля 1707 ( 1707-02-14 )
Место рождения Париж, Франция
Дата смерти 12 апреля 1777 ( 1777-04-12 ) (70 лет)
Место смерти Париж, Франция
Гражданство Франция
Род деятельности шансонье , писатель , романист
Язык произведений французский
Произведения в Викитеке
Медиафайлы на Викискладе

Клод Кребийо́н, Кребийо́н-сын (фр. Claude Prosper Jolyot de Crébillon ; 14 февраля 1707, Париж — 12 апреля 1777, там же) — французский писатель XVIII века, сын поэта и драматурга Проспера Жолио де Кребийона.

Содержание

  • 1 Биография
  • 2 Творчество
  • 3 Издания произведений Кребийона
  • 4 Электронные ресурсы
  • 5 Литература о Кребийоне

Биография

Воспитывался в иезуитском коллеже Людовика Великого (1720—1725 или 1726), однако уклонился от вступления в орден. Был в хороших отношениях с Жаном-Филиппом Рамо и Франсуа Буше, дружил с Луи Себастьеном Мерсье. В 1748 г. женился на английской аристократке, Марии Генриетте Стаффорд, которая, по свидетельствам современников, сочетала кротость характера и благочестие с внешним уродством. Несмотря на покровительство со стороны герцога Орлеанского, после смерти жены (1755) Кребийон разорился и был вынужден продать свою библиотеку. В 1759, благодаря протекции Ж. А. де Помпадур, назначен королевским цензором.

Творчество

Первое сочинение Кребийона — пародирующая волшебную сказку новелла «Сильф» (Le Sylphe, 1730). В том же ключе позднее им была создана повесть «Ах! Что за сказка» (Ah! Quel conte, 1754). В своих произведениях Кребийон развивает своего рода феноменологию чувств. В этом отношении он близок к П. Мариво и другим прозаикам рококо. Ряд романов Кребийона-сына относится к популярной в XVIII веке эпистолярной литературе: «Письма маркизы М*** графу Р***» (Lettres de la Marquise de M*** au Comte de R***, 1732), «Письма герцогини *** герцогу ***» (Lettres de la Duchesse*** au Duc de ***, 1768), «Афинские письма» (Lettres athéniennes, 1771).

В романе «Шумовка, или Танзаи и Неадарне» (L’Écumoire ou Tanzaï et Néadarné, 1734) Кребийон следовал характерной для его эпохи моде на ориентализм. Роман вызвал скандал, в нем усмотрели религиозную и политическую крамолу, в результате чего писатель на непродолжительное время оказался за решёткой. Кроме того, Кребийон высмеял здесь стиль романа Мариво «Жизнь Марианны» — и удостоился нелестных замечаний в свой адрес в четвёртой части другого романа писателя, «Удачливый крестьянин».

Немало шума наделал ещё один «восточный» роман Кребийона «Софа» (Le Sopha, 1742) (его влияние очень ощутимо в «Нескромных сокровищах» Д. Дидро). Кребийон был ненадолго выслан из Парижа. В своем самом знаменитом сочинении, психологическом романе «Заблуждения сердца и ума» (Les Égarements du cœur et de l’esprit, 1736—1738) писатель воссоздал историю «воспитания чувств» молодого человека, осваивающего галантную науку. Этот роман, как и некоторые другие сочинения писателя, предвосхищает «Опасные связи» Шодерло де Лакло. Роман «Счастливые сироты» (Heureux orphelins, 1754) свидетельствует о хорошем знании автором традиций современной ему английской прозы (Г. Филдинг).

Читайте также  Краткая биография стендаль

Кребийон написал также две повести-диалога: «Ночь и Мгновение» («La Nuit et le Moment», 1755) и «Случай у камина» (« Le hazard au coin du feu», 1763).

Кребийон К.

Клод Кребийон
фр. Claude Prosper Jolyot de Crébillon

Кребийон-сын, пастель Жана-Батиста Андре Готье д’Аготи
Псевдонимы Bekrinoll [1] , Duchesse de étoiles 03 [1] , Krinelbol [1] , Madame de R étoiles 03 [1] , Marquise de M étoiles 03 [1] и M. de Meilcour [1]
Дата рождения 14 февраля 1707 ( 1707-02-14 )
Место рождения Париж, Франция
Дата смерти 12 апреля 1777 ( 1777-04-12 ) (70 лет)
Место смерти Париж, Франция
Гражданство Франция
Род деятельности шансонье , писатель , романист
Язык произведений французский
Произведения в Викитеке
Медиафайлы на Викискладе

Клод Кребийо́н, Кребийо́н-сын (фр. Claude Prosper Jolyot de Crébillon ; 14 февраля 1707, Париж — 12 апреля 1777, там же) — французский писатель XVIII века, сын поэта и драматурга Проспера Жолио де Кребийона.

Содержание

  • 1 Биография
  • 2 Творчество
  • 3 Издания произведений Кребийона
  • 4 Электронные ресурсы
  • 5 Литература о Кребийоне

Биография

Воспитывался в иезуитском коллеже Людовика Великого (1720—1725 или 1726), однако уклонился от вступления в орден. Был в хороших отношениях с Жаном-Филиппом Рамо и Франсуа Буше, дружил с Луи Себастьеном Мерсье. В 1748 г. женился на английской аристократке, Марии Генриетте Стаффорд, которая, по свидетельствам современников, сочетала кротость характера и благочестие с внешним уродством. Несмотря на покровительство со стороны герцога Орлеанского, после смерти жены (1755) Кребийон разорился и был вынужден продать свою библиотеку. В 1759, благодаря протекции Ж. А. де Помпадур, назначен королевским цензором.

Творчество

Первое сочинение Кребийона — пародирующая волшебную сказку новелла «Сильф» (Le Sylphe, 1730). В том же ключе позднее им была создана повесть «Ах! Что за сказка» (Ah! Quel conte, 1754). В своих произведениях Кребийон развивает своего рода феноменологию чувств. В этом отношении он близок к П. Мариво и другим прозаикам рококо. Ряд романов Кребийона-сына относится к популярной в XVIII веке эпистолярной литературе: «Письма маркизы М*** графу Р***» (Lettres de la Marquise de M*** au Comte de R***, 1732), «Письма герцогини *** герцогу ***» (Lettres de la Duchesse*** au Duc de ***, 1768), «Афинские письма» (Lettres athéniennes, 1771).

В романе «Шумовка, или Танзаи и Неадарне» (L’Écumoire ou Tanzaï et Néadarné, 1734) Кребийон следовал характерной для его эпохи моде на ориентализм. Роман вызвал скандал, в нем усмотрели религиозную и политическую крамолу, в результате чего писатель на непродолжительное время оказался за решёткой. Кроме того, Кребийон высмеял здесь стиль романа Мариво «Жизнь Марианны» — и удостоился нелестных замечаний в свой адрес в четвёртой части другого романа писателя, «Удачливый крестьянин».

Немало шума наделал ещё один «восточный» роман Кребийона «Софа» (Le Sopha, 1742) (его влияние очень ощутимо в «Нескромных сокровищах» Д. Дидро). Кребийон был ненадолго выслан из Парижа. В своем самом знаменитом сочинении, психологическом романе «Заблуждения сердца и ума» (Les Égarements du cœur et de l’esprit, 1736—1738) писатель воссоздал историю «воспитания чувств» молодого человека, осваивающего галантную науку. Этот роман, как и некоторые другие сочинения писателя, предвосхищает «Опасные связи» Шодерло де Лакло. Роман «Счастливые сироты» (Heureux orphelins, 1754) свидетельствует о хорошем знании автором традиций современной ему английской прозы (Г. Филдинг).

Кребийон написал также две повести-диалога: «Ночь и Мгновение» («La Nuit et le Moment», 1755) и «Случай у камина» (« Le hazard au coin du feu», 1763).

Биография Бориса Акунина

Акунин Борис (р. 1956) – российский писатель грузинского происхождения, настоящее имя которого Чхартишвили Григорий Шалвович. Самые известные его произведения – цикл детективов о талантливом дворянине Эрасте Фандорине. В начале 2012 года Акунин сделал заявление, что именно он является автором произведений, издававшихся ещё под двумя псевдонимами – Анна Борисова и Анатолий Брусникин. Также писатель много работал в качестве переводчика, литературоведа, учёного-япониста. Занимается общественной деятельностью, в которой идёт в противовес современной российской власти. На просторах интернета ведёт блог «Живой журнал».

Детство

Борис появился на свет в грузинском городе Зестафоне 20 мая 1956 года.

Его отец, Чхартишвили Шалва Ноевич, 1919 года рождения, грузин по национальности, был офицером-артиллеристом, участвовал в Великой Отечественной войне.

Мама, Бразинская Берта Исааковна, 1921 года рождения, еврейского происхождения, преподавала русский язык и литературу.

В 1958 году, когда мальчику было два годика, семья перебралась на постоянное место жительства в Москву. Квартира, где рос ребёнок, была полна всяческой литературы – книг и вырванных страниц из толстых журналов. Поэтому не удивительно, что он так рано пристрастился к чтению. Уже в десятилетнем возрасте Борис прочитал роман Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» – произведение, которое далеко не каждый взрослый понимает и воспринимает.

Когда ему было одиннадцать лет, мама нашла интересный метод заинтриговать и тем самым заставить сына прочитать роман Льва Толстого «Война и мир». Она положила четырёхтомник на стол и запретила мальчику брать его в руки. Сказала при этом, что сын ещё маленький для такого произведения и не поймёт, о чём там идёт речь. Вместо игр с солдатиками Борис жадно стал читать том за томом и ждал, когда же наступит то, о чём предупреждала мама.

Читал он всё подряд, больше всего интересовался исторической литературой. Он даже умудрился разработать в себе программу по типу летучих мышей, когда быстро шёл по городу с открытой книгой в руках, читал на ходу и при этом практически ни с кем никогда не сталкивался.

Среди школьных предметов больше всего Акунина увлекала география. Как-то раз преподаватель распределила между учащимися класса страны мира, о которых каждый должен был подготовить реферат. Борису досталась Япония с Тунисом. Он пересмотрел в библиотеке всю советскую прессу. Про Тунис информации было мало, а про Японию достаточно, чтобы он смог подготовить лучший реферат в классе. С той поры любовь к Стране Восходящего Солнца осталась в нём навсегда.

В старших классах он записался в кружок молодого востоковеда, по завершении занятий в котором Акунину вручили специальный диплом. Получив аттестат об окончании специализированной школы № 36, где углублённо изучал английский язык, Борис подал документы для поступления в МГУ.

Образование

В 1978 году Акунин стал студентом Института стран Азии и Африки при МГУ, факультет выбрал историко-филологический.

Однокурсники вспоминали его как юморного и отзывчивого товарища, пользующегося успехом у девушек. Из-за худобы и слишком кучерявых волос в университете дали ему кличку Анджел Дэвис. Учёба Борису давалась легко, среди преподавателей слыл одним из самых способных студентов. Чтобы ему не поручили, всегда выполнял вдумчиво и чётко. Давал списывать другим ребятам, только почерк имел ужасный, с кривыми буквами.

С молодости был способен на благородные поступки. Одному студенту из группы, где учился Акунин, предложили работу в Москве. Только поставили условие – обязательная столичная прописка. Парень этот приехал на учёбу из провинции и жил в общежитии. Тогда Борис прописал его в своей московской квартире.

Практику студенты проходили при гостинице «Интурист». Акунин проводил японцам экскурсии по Кремлю, они были в восторге от молодого гида. Он знал такие исторические подробности, о которых не рассказывали опытные экскурсоводы. На каникулах по международной программе обмена студентами Борис побывал в Японии и ещё больше влюбился в эту страну. Теперь ни язык, ни культура японцев не казались ему экзотическими, он их слишком хорошо изучил.

Трудовой путь

Окончив институт, Акунин поступил на работу в издательство «Русский язык», где основным родом его деятельности были литературные переводы с японского и английского языков. Именно в его переводах издавались произведения таких японских писателей, как Масахико Симада, Юкио Мисима, Кобо Абэ, Сёхэй Оока, Синъити Хоси, Кэндзи Маруяма, Ясуси Иноуэ, Такэси Кайко. Среди англичан и американцев в переводе Акунина были изданы произведения Питера Устинова, Тома Корагессана Бойла, Малкольма Брэдбери.

Читайте также  Краткая биография тик

В 1986 году перешёл в издательство журнала «Иностранная литература», где через восемь лет занял должность заместителя главного редактора. Когда всемирно известная международная благотворительная организация «Фонд Сороса» организовала мега-проект «Пушкинская литература», Акунин занял в нём пост председателя правления.

Происхождение псевдонима

В 1998 году занялся написанием художественных произведений. Хорошо изучив японские традиции, он знал, что древние самураи в течение жизни могли несколько раз менять своё имя. Тем самым они показывали, что меняется их внутренняя сущность и человек становится другим. Таким образом попытался раскрепоститься, избавиться от своих комплексов и Григорий Шалвович Чхартишвили, взяв себе новое имя – Борис Акунин. Его первые книги были изданы уже под этим псевдонимом.

Есть две интерпретации придуманного псевдонима. Писатель часто сравнивал себя с известным русским революционером М. А. Бакуниным, который был противником марксизма и одним из крупнейших теоретиков анархизма. Его фамилию, разделив первые две буквы точкой, «Б. Акунин» и использовал Чхартишвили.

По второй версии есть такое японское слово «аку-нин», состоящее из нескольких иероглифов. Переводится оно как «личность, живущая не по общественным, а по своим законам» или «негодяй, злодей, плохой человек, причём не маленький, а исполин, требующий от окружающих уважения и внимания к себе».

Под псевдонимом «Борис Акунин» писатель издаёт только беллетристику, документальные труды и критику публикует под настоящим именем – Григорий Чхартишвили.

Фандорин – главная фишка писателя

В конце ХХ века в отечественной беллетристике значительным событием стало появление первого романа об Эрасте Фандорине «Азазель». Фамилию для главного героя Акунин подбирал очень долго. Он искал немецкий, но русифицированный вариант, потому что по авторской задумке предки главного героя происходили из Германии. Сам собой всплыл в памяти персонаж чеховского произведения по фамилии Дорн, и добавленная приставка «фон» дала в результате фамилию Фандорин. А имя и отчество – Эраст Петрович – писатель позаимствовал у Пушкина, у которого был приятель с таким милым сочетанием инициалов.

Первый роман «Азазель» своего читателя нашёл не сразу. Критики объяснили это тем, что тираж вышел с неброской обложкой. После того, как обложку поменяли, книга разошлась «на ура». С той поры Эраст Петрович Фандорин стал главной фишкой писателя Бориса Акунина.

Автор сделал так, что главный герой его романов появился на свет ста годами раньше самого Акунина – в 1856 году. Наблюдательный и умный потомок разорившегося дворянского рода, невероятно удачливый в азартных играх, особенно в «русской рулетке». Стал излишне отстранённым в эмоциях после смерти любимого человека. Для писателя его герой был абсолютно живым человеком. Акунин посвятил Фандорину целую серию своих произведений:

  • «Планета Вода»;
  • «Турецкий гамбит»;
  • «Чёрный город»;
  • «Левиафан»;
  • «Весь мир театр»;
  • «Смерть Ахиллеса»;
  • «Нефритовые чётки»;
  • «Пиковый валет»;
  • «Инь и Ян»;
  • «Декоратор»;
  • «Алмазная колесница»;
  • «Статский советник»;
  • «Любовник смерти»;
  • «Коронация, или Последний из романов»;
  • «Любовница смерти».

В российском кинематографе образ Эраста Фандорина на экранах воплотили три актёра:

  • «Азазель» – Илья Носков;
  • «Турецкий гамбит» – Егор Бероев;
  • «Статский советник» – Олег Меньшиков.

Другие произведения

Но не только одним Фандориным известен писатель. Ему принадлежат ещё несколько серий романов:

  • «Приключения магистра»;
  • «Жанры»;
  • «Провинциальный детектив», где центральным действующим персонажем является монахиня Пелагея.

В 2012 году он признался в том, что его перу принадлежат изданные книги под псевдонимами Анатолий Брусникин («Герой иного времени», «Беллона», «Девятый Спас») и Анна Борисова («Там…», «Креативщик», «Vremena goda»).

В 2013 году писатель выпустил первый том «Истории государства российского» с ответами на многочисленные вопросы, цветными иллюстрациями и картами. Книгу он задумал специально для людей, которые хотят лучше узнать историю страны, но сложно воспринимают академическую подачу.

Его произведения перевели на 35 языков, неоднократно Борису присваивали статус самого читаемого автора в современной России. Например, в 2008 году общий тираж его книг превысил 1,3 миллиона экземпляров.

За свои творческие достижения писатель несколько раз становился лауреатом многочисленных премий, получал грамоты. Особенно много наград у Акунина за переводы японских сочинений. В 2009 году за развитие культурных российско-японских связей в столичном посольстве Японии Борису вручили Орден Восходящего Солнца IV степени.

Общественная позиция

Писатель снискал себе славу не только произведениями, но и тем, что резко высказывается и критикует российскую власть. Президента РФ Владимира Путина он сравнивает с императором Калигулой, которого больше боялись, чем любили.

Личная жизнь

Личная жизнь писателя окутана такими же тайнами, какие вертятся в его произведениях. Борис очень редко говорит о своей семье, чем вызывает к ней ещё больший интерес у поклонников его творчества.

Неудивительно, что у человека с образованием учёного-япониста и тонкого знатока Страны Восходящего Солнца, первой женой была красавица-японка. Они встретились в Институте стран Азии и Африки, где девушка только начала работать аспиранткой, а Борис, недавно окончивший это учебное заведение, частенько захаживал туда в гости. Молодые люди быстро сошлись на почве общих интересов. Акунина увлекало всё, что связано с Японией и её традициями. А молодая аспирантка изучала культуру Советского Союза, постигая загадочные русские души. Это их сблизило до такой степени, что молодые люди даже узаконили свои отношения.

Об этом браке писатель не стал распространяться, потому что боялся из-за жены-иностранки потерять работу. Жили они в Москве, супруга Акунина полностью адаптировалась к столичной жизни, за что в окружении писателя её прозвали «советская японка». Но этот брак оказался непродолжительным, и через несколько лет совместной жизни пара рассталась.

Борис недолго оставался в одиночестве. Вскоре он снова вступил в брак с Эрикой Эрнестовной Вороновой. Она – профессиональный корректор, переводчик и редактор, сейчас работает в паре с супругом, помогая ему исправлять тексты. К творчеству мужа Эрика относится очень трепетно, во всём разделяет его убеждения. Так, например, накануне презентации новой вышедшей книги «Чёрный город» прессе не удалось поговорить с Акуниным, потому что писатель заявил – даст интервью только тем, кто прочёл его роман до конца. Журналисты тогда попытались побеседовать с Эрикой Эрнестовной, но получили точно такой же отпор.

Она оказывает помощь писателю не только в отношениях с прессой. Она взяла на себя и функции его агента, занимается переговорами с издателями насчёт размеров и условий гонораров. Акунин признаётся, что жена – его самый первый читатель, именно на ней он проверяет свои многочисленные ходы и литературные сомнения. Только когда Эрика одобрит его очередное сочинение, оно становится доступным для массового читателя.

На всех мероприятиях и светских вечеринках, куда писателя часто приглашают, Эрика всегда рядом с ним. Последнее время в сети появилось немало их совместных фото, на которых видно, как трепетно и нежно относятся супруги друг к другу. Живут они в полной гармонии, Борис не раз признавался, что очень счастлив. Детей у них нет.

В 2014 году в знак несогласия с политикой российского правительства супруги покинули родную страну и проживают теперь во Франции в провинции Бретань.

ЛитЛайф

Жанры

Авторы

Книги

Серии

Форум

де Кребийон-сын Клод-Проспер Жолио

Книга «Заблуждения сердца и ума»

Оглавление

Читать

Помогите нам сделать Литлайф лучше

  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
  • .
  • 44
  • 45
  • »
  • Перейти

Заблуждения сердца и ума

ГОСПОДИНУ КРЕБИЙОНУ, ЧЛЕНУ ФРАНЦУЗСКОЙ АКАДЕМИИ[1]

Вероятно, мне бы следовало повременить с публичными выражениями своей преданности и посвятить Вам труд более достойный Вас; уповаю, однако, что по доброте своей Вы будете судить не умение мое, но усердие. Хотя меня привязывают к Вам самые тесные узы крови, мы еще теснее связаны, если осмелюсь так выразиться, нежной и искренней дружбой. И зачем бояться этих смелых слов? Разве отец ждет от сына одного лишь уважения? Разве одним уважением возможно заплатить отцу сыновний долг? И может ли быть неприятно отцу, что в сердце его детей родственная любовь, внушенная самой природой, подкрепляется чувством живейшей благодарности? А для меня, единственного предмета Вашей нежности и заботы, Вы всю жизнь были самым лучшим другом, добрым утешителем, верной опорой, и я не боюсь, что эти звания, так справедливо заслуженные, могут хоть в чем-нибудь умалить мое к Вам сыновнее уважение. Более того: отнять их у Вас мог бы лишь тот, кто не заслужил Вашей доброты. И если публика когда-нибудь почтет своим вниманием мой скромный талант, если потомки, говоря о Вас, вспомнят и о моем существовании, я буду обязан этой честью Вашим великодушным заботам о моем воспитании и своей с младых лет взлелеянной мечте быть таким, чтобы Вы могли, не стыдясь, называть меня своим сыном.

Читайте также  Краткая биография д’аннунцио

Примите, милостивый государь, уверения в совершенном почтении Вашего покорного слуги и преданного сына.

Предисловия пишут обыкновенно с целью заранее расположить к себе читателя. Но я слишком презираю подобные ухищрения, чтобы к ним прибегать. Единственное назначение этих строк – объяснить смысл предлагаемых Мемуаров, а он остается одним и тем же, как ни рассматривать сии Записки: считать ли их плодом воображения или описанием событий истинных.

Человек, берущийся за перо, может преследовать лишь две цели: пользу или забаву. Мало кому из писателей удается совместить одно с другим. Если они учат нас, то не хотят или не умеют позабавить. Те же, кто пишет забавно, не обладают даром, позволяющим учить. И оттого первые слишком сухи, а вторые фривольны.

Роман, нередко презираемый – и не без основания – людьми мыслящими, мог бы стать самым поучительным из литературных жанров, если бы авторы умели правильно им пользоваться: не начиняли бы его непостижимыми и надуманными совпадениями и небывалыми героями, чьи характеры и приключения неправдоподобны, а сделали бы роман, подобно комедии, правдивой картиной жизни, порицая людские пороки и высмеивая то, что достойно осмеяния.

Конечно, тогда читатель уже не найдет в них необычайных злоключений, способных увлечь воображение и растерзать сердце; переведутся герои, которые попадают в плен к туркам, едва сев на корабль; никто больше не будет похищать из сераля султаншу, беспримерной хитростью обманув бдительность евнухов; не станет внезапных кончин, и количество подземелий значительно уменьшится. Искусно задуманный сюжет будут излагать в согласии с правдоподобием, не погрешая против здравого смысла и логики. Выражения чувств не будут чрезмерными; человек увидит, наконец, человека таким, каков он есть. Читателя перестанут ослеплять, зато начнут учить.

Я готов признать, что многие читатели, не имеющие вкуса к простоте, будут недовольны, если роман очистят от мишурных ребячеств, столь дорогих их сердцу; однако, на мой взгляд, это отнюдь не причина, чтобы отказываться от реформы романа. Каждый век – да что век? – каждый год несет с собой новую, собственную манеру. Немало авторов, стремящихся поспеть за модой, пали жертвой своего трусливого раболепия перед вкусами публики и канули в небытие вместе с модой, за которой гнались. Одна лишь правда пребывает неизменно; и если злой умысел восстанет против нее и даже сумеет на время затмить ее сияние, то уничтожить ее он не может. Писатель, боящийся не угодить своему веку, едва ли его переживет.

Правда, что романы, описывающие людей такими, какие они есть, не только слишком просты, но подвержены многим превратностям. Бывают на свете такие сообразительные читатели, которые полагают всю прелесть чтения в том, чтобы обнаружить прототипы, и одобряют книгу лишь тогда, когда находят в ней – или думают, что находят, – какую-нибудь насмешку над тем или иным лицом, да еще спешат сообщить всем и вся о своем злонамеренном открытии. Кто знает, может быть, эти слишком тонкие умы, от чьей проницательности не ускользает ничто, даже скрытое самой густой вуалью, настолько трезво судят о собственных качествах, что боятся, как бы смешные черточки, подмеченные в книге, не приписали им самим, и потому торопятся показать пальцем на кого-нибудь другого? А между тем из-за них автор терпит порой нарекания за пасквиль, якобы написанный на лиц, к которым он в действительности питает уважение или с которыми вовсе не знаком; молва объявляет его злым и опасным человеком, тогда как на деле зол и опасен его читатель.

Как бы то ни было, ничто не должно и не может – так я думаю – помешать автору черпать характеры и портреты своих персонажей в действительной жизни. Поиски прототипов скоро прекращаются: либо это занятие надоедает, либо пресловутое сходство так натянуто, что злостная выдумка отпадает сама собой. И то сказать, в чем не найдешь при желании коварной карикатуры? Самая невероятная фантастическая история, как и самый глубокий трактат о морали, могут дать для этого повод; лишь книги об отвлеченных научных предметах, насколько мне известно, не порождали подобных подозрений.

Допустим, автор выводит в романе светского фата или даму, желающую прослыть добродетельной: это вовсе не значит, что он писал с господина такого-то или госпожи такой-то; но если этот господин – светский фат, а эта госпожа играет в ходячую добродетель, то персонажи романа, естественно, в чем-то с ними схожи: если бы в них не было сходства ни с кем, это значило бы, что роман не удался. Сколько ни уличай друг друга, сколько ни злись на автора, вывод один: нельзя быть порочным или презренным и оставаться вполне безнаказанным. Обычно выдуманное сходство живых лиц с персонажами книги так зыбко, что на одной улице восклицают: «Ах, да ведь это вылитая маркиза!», а на другой улице вы услышите: «Но как верно схвачена наша графиня!», тогда как при дворе будут уверять, что в героине романа все узнали третью даму, – и столь же ошибочно, как двух первых.

Я так подробно остановился на этом предмете потому, что книга моя – это история, взятая из частной жизни. Она повествует об ошибках и покаянных мыслях человека с громким именем, и, возможно, это обстоятельство вызовет соблазн увидеть в портретах персонажей и событиях их жизни тех или иных ныне здравствующих лиц. Это может случиться тем легче, что в книге выведены нравы нынешнего общества, действие происходит в Париже, читателю нет надобности пускаться в странствие по фантастическим и далеким землям; ничто здесь не прячется под пышными варварскими именами. О портретах похвальных ничего не буду говорить: добродетельная женщина, рассудительный мужчина – существа разумные, которые никогда ни на кого не похожи.

В Записках моих перед вами предстанет человек, мужчина, какими все бывают в ранней юности: сначала простодушный и чистый сердцем, не знающий света, в котором ему предстоит жить. Первая и вторая части посвящены этой поре неведения и первой любви. В последующих частях он превращается в человека светского, полного ложных представлений и недостойных предрассудков, к чему приходит не сам по себе, а под влиянием лиц, сознательно желавших развратить его сердце и ум. Наконец, в последних частях он вновь станет самим собой, воскрешенный для добрых чувств достойной женщиной. Таков сюжет «Заблуждений сердца и ума». Автор отнюдь не стремился показать своего героя погрязшим в пороках и страстях; здесь надо всем властвует любовь; и если порой к ней примешиваются другие чувства, то они почти всегда порождены любовью.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: