Изменения в общественном сознании. нюрнбергские процессы.

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

  • Поздравление Генерального прокурора
  • Новости
  • Наши ветераны ВОВ
  • Органы прокуратуры во время ВОВ
  • Документы

Документы

  • Документы
  • Исторические документы

Нюрнбергский процесс

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

  • Рус
  • Eng

Телефон справочной по обращениям
в Генеральную прокуратуру
Российской Федерации:

  • Поздравление Генерального прокурора
  • Новости
  • Наши ветераны ВОВ
  • Органы прокуратуры во время ВОВ
  • Документы
    • Документы
    • Исторические документы
  • Нюрнбергский процесс
    • События

Нюрнбергский процесс

Человечество давно научилось судить отдельных злодеев, преступные группировки, бандитские и незаконные вооруженные формирования. Международный военный трибунал в Нюрнберге стал первым в истории опытом осуждения преступлений государственного масштаба — правящего режима, его карательных институтов, высших политических и военных деятелей.

8 августа 1945 г., через три месяца после Победы над фашистской Германией, правительства СССР, США, Великобритании и Франции заключили соглашение об организации суда над главными военными преступниками. Это решение вызвало одобрительный отклик во всем мире: надо было дать суровый урок авторам и исполнителям людоедских планов мирового господства, массового террора и убийств, зловещих идей расового превосходства, геноцида, чудовищных разрушений, ограбления огромных территорий. В дальнейшем к соглашению официально присоединились еще 19 государств, и Трибунал стал с полным правом называться Судом народов.

Процесс начался 20 ноября 1945 г. и продолжался почти 11 месяцев. Перед Трибуналом предстали 24 военных преступника, входивших в высшее руководство фашистской Германии. Такого в истории еще не было. Также впервые был рассмотрен вопрос о признании преступными ряда политических и государственных институтов — руководящего состава фашистской партии НСДАП, штурмовых (СА) и охранных (СС) ее отрядов, службы безопасности (СД), тайной государственной полиции (гестапо), правительственного кабинета, Верховного командования и Генерального штаба.

Суд не был скорой расправой над поверженным врагом. Обвинительный акт на немецком языке был вручен подсудимым за 30 дней до начала процесса, и далее им передавались копии всех документальных доказательств. Процессуальные гарантии давали обвиняемым право защищаться лично или при помощи адвоката из числа немецких юристов, ходатайствовать о вызове свидетелей, предоставлять доказательства в свою защиту, давать объяснения, допрашивать свидетелей и т. д.

В зале суда и на местах были допрошены сотни свидетелей, рассмотрены тысячи документов. В качестве доказательств фигурировали также книги, статьи и публичные выступления нацистских лидеров, фотографии, документальные фильмы, кинохроника. Достоверность и убедительность этой базы не вызывали сомнений.

Все 403 заседания Трибунала были открытыми. В зал суда было выдано около 60 тысяч пропусков. Работу Трибунала широко освещала пресса, велась прямая радиотрансляция.

«Сразу после войны люди скептически относились к Нюрнбергскому процессу (имеются в виду немцы) — сказал мне летом 2005 г. заместитель председателя Верховного суда Баварии господин Эвальд Бершмидт, давая интервью съемочной группе, которая тогда работала над фильмом „Нюрнбергский набат“. — Это все-таки был суд победителей над побежденными. Немцы ожидали мести, но необязательно торжества справедливости. Однако уроки процесса оказались другими. Судьи тщательно рассматривали все обстоятельства дела, они доискивались правды. К смертной казне приговорили виновных. Чья вина была меньше, — получили другие наказания. Кое-кто даже был оправдан. Нюрнбергский процесс стал прецедентом международного права. Его главным уроком явилось равенство перед законом для всех — и для генералов и для политиков».

30 сентября — 1 октября 1946 г. Суд народов вынес свой приговор. Обвиняемые были признаны виновными в тяжких преступлениях против мира и человечества. Двенадцать из них трибунал приговорил к смертной казни через повешение. Другим предстояло отбыть пожизненное заключение или длительные сроки в тюрьме. Трое были оправданы.

Были объявлены преступными главные звенья государственно-политической машины, доведенные фашистами до дьявольского идеала. Однако правительство, Верховное командование, Генштаб и штурмовые отряды (СА), вопреки мнению советских представителей, таковыми признаны не были. Член Международного военного трибунала от СССР И. Т. Никитченко с этим изъятием (кроме СА), как и оправданием троих обвиняемых, не согласился. Он также оценил как мягкий приговор о пожизненном заключении Гесса. Советский судья изложил свои возражения в Особом мнении. Оно было оглашено в суде и составляет часть приговора.

Да, по отдельным проблемам среди судей Трибунала существовали серьезные разногласия. Однако они не идут ни в какое сравнение с противоборством взглядов на одни и те же события и персоны, которое развернется в будущем.

Но сначала о главном. Нюрнбергский процесс приобрел всемирно-историческое значение как первое и по сей день крупнейшее правовое деяние Объединенных Наций. Единые в своем неприятии насилия над человеком и государством народы мира доказали, что они могут успешно противостоять вселенскому злу, вершить справедливое правосудие.

Горький опыт Второй мировой войны заставил всех по-новому взглянуть на многие проблемы, стоящие перед человечеством, и понять, что каждый человек на Земле несет ответственность за настоящее и будущее. Тот факт, что Нюрнбергский процесс состоялся, говорит о том, что руководители государств не смеют игнорировать твердо выраженную волю народов и опускаться до двойных стандартов.

Казалось, перед всеми странами открылись блестящие перспективы коллективного и мирного решения проблем для светлого будущего без войн и насилия.

Но, к сожалению, человечество слишком быстро забывает уроки прошлого. Вскоре после известной Фултонской речи Уинстона Черчилля, несмотря на убедительные коллективные действия в Нюрнберге, державы-победительницы разделились на военно-политические блоки, и работу Организации Объединенных Наций осложнило политическое противоборство. Тень «холодной войны» на долгие десятилетия опустилась над миром.

В этих условиях активизировались силы, желающие пересмотреть итоги Второй мировой войны, принизить и даже свести к нулю главенствующую роль Советского Союза в разгроме фашизма, поставить знак равенства между Германией, страной-агрессором, и СССР, который вел справедливую войну и ценой огромных жертв спас мир от ужасов нацизма. 26 миллионов 600 тысяч наших соотечественников погибло в этой кровавой бойне. И больше половины из них — 15 миллионов 400 тысяч — это были мирные граждане.

Главный обвинитель на Нюрнбергском процессе от СССР Роман Руденко выступает во Дворце Юстиции. 20 ноября 1945 г., Германия.

Появилась масса публикаций, фильмов, телевизионных передач, искажающих историческую реальность. В «трудах» бывших бравых наци и других многочисленных авторов обеляются, а то и героизируются вожди Третьего рейха и очерняются советские военачальники — без оглядки на истину и действительный ход событий. В их версии Нюрнбергский процесс и преследование военных преступников в целом — всего лишь акт мести победителей побежденным. При этом используется типичный прием — показать известных фашистов на бытовом уровне: смотрите, это самые обычные и даже милые люди, а вовсе не палачи и садисты.

Например, рейхсфюрер СС Гиммлер, шеф самых зловещих карательных органов, предстает нежной натурой, сторонником защиты животных, любящим отцом семейства, ненавидящим непристойности в отношении женщин.

Кем была эта «нежная» натура на самом деле? Вот слова Гиммлера, произнесенные публично: «. Как себя чувствуют русские, как себя чувствуют чехи, мне абсолютно все равно. Живут ли другие народы в благоденствии или вымирают с голоду, меня интересует лишь постольку, поскольку мы можем их использовать в качестве рабов для нашей культуры, в остальном мне это совершенно все равно. Умрут ли при строительстве противотанкового рва 10 тысяч русских баб от истощения или нет, меня интересует лишь постольку, поскольку этот ров должен быть построен для Германии. »

Это больше похоже на правду. Это — сама правда. Откровения в полной мере соответствуют образу создателя СС — самой совершенной и изощренной репрессивной организации, творца системы концлагерей, ужасающих людей по сей день.

Теплые краски находятся даже для Гитлера. В фантастическом по объему «гитлероведении» он — и храбрый воин Первой мировой войны, и артистическая натура — художник, знаток архитектуры, и скромный вегетарианец, и образцовый государственный деятель. Есть точка зрения, что, если бы фюрер немецкого народа прекратил свою деятельность в 1939 г., не начав войны, он вошел бы в историю как величайший политик Германии, Европы, мира!

Но есть ли сила, способная освободить Гитлера от ответственности за развязанную им агрессивную, самую кровавую и жестокую мировую бойню? Конечно, позитивная роль ООН в деле послевоенного мира и сотрудничества присутствует, и она абсолютно бесспорна. Но несомненно и то, что эта роль могла быть гораздо весомее.

К счастью, глобальное столкновение не состоялось, но военные блоки нередко балансировали на грани. Локальным конфликтам не было конца. Вспыхивали малые войны с немалыми жертвами, в некоторых странах возникали и утверждались террористические режимы.

Прекращение противостояния блоков и возникновение в гг. однополярного мироустройства не добавило ресурсов Организации Объединенных Наций. Некоторые политологи даже высказывают, мягко говоря, очень спорное мнение, что ООН в ее нынешнем виде — устаревшая организация, соответствующая реалиям Второй мировой войны, но никак не сегодняшним требованиям.

Приходится констатировать, что рецидивы прошлого в наши дни во многих странах гулким эхом звучат все чаще и чаще. Мы живем в неспокойном и нестабильном мире, год от года все более хрупком и уязвимом. Противоречия между развитыми и остальными государствами становятся все острее. Появились глубокие трещины по границам культур, цивилизаций.

Возникло новое, масштабное зло — терроризм, быстро выросший в самостоятельную глобальную силу. С фашизмом его объединяет многое, в частности намеренное игнорирование международного и внутреннего права, полное пренебрежение моралью, ценностью человеческой жизни. Неожиданные, непредсказуемые атаки, цинизм и жестокость, массовость жертв сеют страх и ужас в странах, которые, казалось, хорошо защищены от любой угрозы.

В самой опасной, международной, разновидности это явление направлено против всей цивилизации. Уже сегодня оно представляет серьезную угрозу развитию человечества. Нужно новое, твердое, справедливое слово в борьбе с этим злом, подобное тому, что сказал 65 лет назад германскому фашизму Международный военный трибунал.

Успешный опыт противостояния агрессии и террору времен Второй мировой войны актуален по сей день. Многие подходы применимы один к одному, другие нуждаются в переосмыслении, развитии. Впрочем, выводы вы можете сделать сами. Время — суровый судья. Оно абсолютно. Будучи не детерминированным поступками людей, оно не прощает неуважительного отношения к вердиктам, которые уже однажды вынесло, — будь то конкретный человек или целые народы и государства. К сожалению, стрелки на его циферблате никогда не показывают человечеству вектор движения, зато, неумолимо отсчитывая мгновения, время охотно пишет роковые письмена тем, кто пытается с ним фамильярничать.

Читайте также  Карта: районы, отведённые иваном грозным под опричнину

Да, порой не такая уж бескомпромиссная мать-история взваливала реализацию решений Нюрнбергского трибунала на очень слабые плечи политиков. Поэтому и не удивительно, что коричневая гидра фашизма во многих странах мира вновь подняла голову, а шаманствующие апологеты терроризма каждый день рекрутируют в свои ряды все новых и новых прозелитов.

Деятельность Международного военного трибунала нередко называют «Нюрнбергским эпилогом». В отношении казненных главарей Третьего рейха, распущенных преступных организаций эта метафора вполне оправданна. Но зло, как видим, оказалось более живучим, чем многим это представлялось тогда, в в эйфории Великой Победы. Никто сегодня не может утверждать, что свобода и демократия утвердились в мире окончательно и бесповоротно.

В этой связи напрашивается вопрос: сколько и каких усилий требуется предпринять, чтобы из опыта Нюрнбергского процесса были сделаны конкретные выводы, которые воплотились бы в добрые дела и стали прологом к созданию миропорядка без войн и насилия, основанного на реальном невмешательстве во внутренние дела других государств и народов, а также на уважении прав личности.

А.Г.Звягинцев,

предисловие к книге «Главный процесс человечества.
Репортаж из прошлого. Обращение к будущему»

Серия фильмов, посвященных Нюрнбергскому процессу:

«Нюрнбергское эхо в сознании молодежи XXI века»

По инициативе Председателя Государственного Совета Республики Крым, члена Попечительского совета Мемориального комплекса памяти жертв фашистской оккупации Крыма 1941 – 1944 годов Концлагерь «Красный» Владимира Константинова на территории Музея прошло заседание «круглого стола» – «Нюрнбергское эхо в сознании молодежи XXI века».

Среди участников мероприятия – Президент регионального комитета памяти жертв Марцаботто, представитель мэрии Марцаботто Итальянской Республики Карди Вальтер и президент Чешской торговой палаты Неставал Йиржи, члены Президиума и депутаты крымского парламента, историки и политологи, представители научной и творческой интеллигенции, общественности и средств массовой информации.

Открывая заседание, глава парламента Крыма подчеркнул важность Нюрнбергского процесса для современной истории. По его убеждению, эта тема не теряет своей актуальности с течением времени и ее обсуждение с участием крымской молодежи, общественности – всегда полезно.

«Вторая мировая война стала величайшей драмой в истории человечества, унеся миллионы жизней, искалечив судьбы целых поколений, – отметил глава Госсовета РК. – И не случайно, площадкой для проведения нашего сегодняшнего заседания выбран Мемориальный комплекс «Концлагерь Красный», место памяти казненных мирных жителей Крыма».

Он напомнил, что неслучайно Нюрнбергский процесс называют «судом истории», так как он поставил точку в разгроме нацистов – это был первый суд мирового масштаба над нацистскими военными преступниками.

«Нюрнбергского процесса – продемонстрировать всему населению планеты, к каким страшным последствиям ведут межгосударственные конфликты и войны. Но самое главное, – акцентировал В. Константинов, – он восстановил справедливость и воздал по заслугам преступникам, на счету каждого из которых – сотни и тысячи жизней ни в чем не повинных людей».

В продолжение обсуждения участники «круглого стола» сошлись во мнении, что юридические, исторические, морально-нравственные итоги Нюрнбергского судебного процесса по делу главных нацистских военных преступников и его наследие имеют важнейшее значение для пресечения агрессивных, террористических и экстремистских действий, разжигания вражды между народами, религиями и цивилизациями в современных условиях.

«Нюрнберг должен остаться предостережением всем тем, кто вынашивает планы развязывания агрессивной войны, как молчаливое напоминание о злодеяниях, которым нет забвения в веках», – заключил Владимир Константинов.

По итогам заседания его участники единогласно приняли резолюцию «круглого стола», в которой они выразили готовность:

– настаивать во всех международных инстанциях на разрешении международных проблем исключительно на основе суверенного равенства государств, принципов верховенства права, соблюдения прав и свобод человека и гражданина;

– обеспечить поддержку на международной арене идей мира, национальной и религиозной терпимости, а также реализацию мирных средств в разрешении международных споров;

– разработать систему мер по координации информационной деятельности в целях недопущения пропаганды нацизма в российском и международном информационном пространствах;

– активизировать усилия органов государственной власти Российской Федерации, общественных институтов, научных и образовательных организаций, направленные на повышение авторитета международного права и международных организаций, целью которых является поддержание мира и обеспечение безопасности человечества;

– развивать и использовать в многонациональном Российском государстве различные формы патриотического воспитания граждан, в особенности молодежи, чувства нетерпимости к проявлениям расизма, национализма, экстремизма и антисемитизма. Изучение исторического наследия Нюрнбергского процесса надлежит считать важным элементом профессиональной и нравственной подготовки будущих поколений юристов, историков, иных специалистов и граждан;

– использовать потенциал образовательных программ в целях формирования исторической памяти о роли СССР в Нюрнбергском процессе и прогрессивном развитии международного права в области прав человека;

– признать необходимой работу по разъяснению содержания резолюции 70/139 Генеральной Ассамблеи ООН ОТ 17 декабря 2015 Г. и Федерального закона от 5 мая 2014 г. № 128-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», устанавливающего уголовную ответственность за реабилитацию нацизма и административную ответственность за публичное распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы и памятных датах России, связанных с защитой Отечества, либо публичное осквернение символов воинской славы России, в том числе совершенное с применением средств массовой информации и (или) информационно-телекоммуникационных сетей;

– продолжить работу по совершенствованию законодательства Российской Федерации, направленного на предупреждение и борьбу с терроризмом и экстремизмом. В качестве инструмента предупреждения и борьбы с распространением экстремистских воззрений и террористических практик шире использовать возможности СМИ.

Оксана Савенкова,
пресс-секретарь
Председателя Госсовета
Республики Крым

«Не имеет аналогов в истории»: как Нюрнбергский процесс изменил мир

20 ноября 1945 года в немецком городе Нюрнберг начался международный судебный процесс по делу главных нацистских военных преступников. В ходе разбирательств, длившихся 11 месяцев, вскрылось множество беспрецедентных преступлений, совершённых руководством Третьего рейха.

«Добиться справедливого приговора»

Специалист-историк Музея Победы Александр Михайлов в разговоре с RT отметил, что создание действенного механизма международного правосудия на фоне многочисленных преступлений нацистского режима в годы Второй мировой войны стало для антигитлеровской коалиции безотлагательным вопросом.

Между тем руководство СССР ещё в 1941 году заявляло о необходимости учреждения международного трибунала и «наказания по всей строгости уголовного закона любого из главарей фашистской Германии, оказавшихся уже в процессе войны в руках властей государств, борющихся против гитлеровской Германии». Однако поначалу эту идею западные союзники не поддержали.

«Лидеры Запада выступали за то, чтобы ответственность была не юридической, а политической. Советская же сторона настаивала на том, чтобы была собрана юридическая база, чтобы нацистов наказывали за конкретные преступления, чтобы был осуждён нацизм как таковой», — отметил в разговоре с RT научный директор Российского военно-исторического общества Михаил Мягков.

В конечном итоге в 1943 году идея международного уголовного правосудия была оформлена во время Московской конференции министров иностранных дел Антигитлеровской коалиции. В согласованной по итогам мероприятия декларации говорилось о том, что нацистские солдаты и офицеры, совершавшие военные преступления, должны предстать перед судом на территории соответствующих стран. А главных преступников планировалось наказать «совместным решением правительств-союзников».

«СССР стремился продемонстрировать всему миру совершённые нацистами преступления и добиться справедливого приговора — чтобы это было не расправой победителей над побеждёнными, а именно судом народов и убедительным доказательством преступности нацистской идеологии», — рассказал RT член Ассоциации историков Второй мировой войны им. профессора Ржешевского Дмитрий Суржик.

Окончательное решение о создании Международного военного трибунала было принято на Лондонской конференции летом 1945-го. Соответствующее соглашение заключили СССР, США, Великобритания и временное правительство Франции. Устав трибунала предполагал привлечение к ответственности лиц, которые, действуя в интересах европейских государств оси индивидуально либо как члены организаций, совершали преступления против мира и человечности.

В состав трибунала вошли судьи, представлявшие государства-учредители (Джеффри Лоуренс от Великобритании, Иона Никитченко от СССР, Фрэнсис Биддл от США и Анри Доннедье де Вабр от Франции), их заместители и главные обвинители (от СССР — генеральный прокурор Украинской ССР Роман Руденко; от США — член федерального Верховного суда Роберт Джексон; от Великобритании — Хартли Шоукросс; от Франции — Франсуа де Ментон).

В первоначальный список обвиняемых были включены 24 государственных и военных деятеля Третьего рейха: рейхсмаршал Герман Геринг, заместитель Адольфа Гитлера по руководству партией Рудольф Гесс, глава МИД рейха Иоахим фон Риббентроп и другие. Глава нацистской партийной канцелярии Мартин Борман обвинялся заочно, так как его судьба на тот момент не была достоверно известна.

По словам Александра Михайлова, обвинительное заключение включало в себя четыре основных пункта: преступления против мира, преступления против человечности, нарушение законов войны и заговор с целью совершения данных преступных действий. Под этим подразумевалось развязывание и ведение агрессивных войн, убийства и истязания военнопленных и мирного населения оккупированных стран, уничтожение населённых пунктов, угон людей в рабство и другие злодеяния.

«В отличие от своих жертв, нацистские преступники пользовались всеми законными правами — они заранее были ознакомлены с обвинительным заключением и прибегли к услугам профессиональных адвокатов», — отметил эксперт.

«Уникальное правовое явление»

Международный судебный процесс открылся 20 ноября 1945 года в Нюрнберге. По словам Михаила Мягкова, место для его проведения было выбрано далеко не случайно. Нюрнберг считался «цитаделью» нацизма — здесь гитлеровцы проводили съезды и провозглашали печально известные нюрнбергские расовые законы, дискриминировавшие людей, которых Гитлер считал «не арийцами».

Вскоре после ознакомления с обвинительным заключением глава Трудового фронта Германии Роберт Лей покончил жизнь самоубийством, а промышленник Густав Крупп был освобождён от судебной ответственности как неизлечимо больной. Остальные фигуранты списка обвиняемых предстали перед трибуналом.

Как отметил военный историк Юрий Кнутов, обвиняемые всеми силами пытались уйти от ответственности. В частности, они перекладывали всю ответственность за преступления, жертвами которых стали десятки миллионов людей, на уже скончавшихся нацистских лидеров — Гитлера, Гиммлера и Гейдриха, а себя представляли людьми, вынужденными исполнять чужую волю. Кроме того, они пытались доказать, что деятельность международного трибунала юридически несостоятельна.

По словам Александра Михайлова, на Западе многие сначала считали описания зверств нацистов на территории СССР и Восточной Европы сильно преувеличенными, и поэтому демонстрация таких доказательств, как кинохроники, фотографии, документы и изделия из человеческой кожи, повергали присутствовавших в зале в шок. Так, ознакомившись с описаниями совершённых в концлагерях злодеяний, заместитель судьи от США Джон Паркер почувствовал себя плохо. Любые подозрения в адрес СССР в преувеличении масштабов нацистских преступлений были развеяны.

Читайте также  Место россии в мировой цивилизации

Помимо индивидуальной ответственности отдельных обвиняемых, трибунал рассматривал вопрос признания противоправными действий ряда организаций Третьего рейха: штурмовых отрядов (СА), охранных отрядов (СС), службы безопасности (СД), тайной полиции (гестапо), руководящего состава Национал-социалистической германской рабочей партии (НСДАП), а также правительства, генштаба и верховного командования вермахта.

Заседания трибунала продлились около 11 месяцев. Он провёл 403 судебных заседания, допросил лично 116 свидетелей, изучил более 300 тыс. письменных показаний и около 3 тыс. документов. Процесс был максимально открытым. На него было выдано порядка 60 тыс. пропусков, а его деятельность освещали около 250 журналистов из различных стран. Во время процесса всему миру стало известно об изуверских медицинских опытах нацистов и о газовых камерах, о машинах-душегубках и крематориях, в которых сжигались тела миллионов людей. В ходе судебных заседаний описывались провокации, совершённые нацистами для развязывания войны, и механизмы их сотрудничества с коллаборационистами.

Приговор международного трибунала был объявлен 30 сентября — 1 октября 1946 года. 12 нацистских преступников были приговорены к смертной казни через повешение, семеро — к различным срокам тюремного заключения. Трое подсудимых были оправданы. Кроме того, трибунал признал преступным руководящий состав национал-социалистической партии, СС, СД и гестапо. Однако, как отметил Александр Михайлов, члены трибунала из стран Запада, вопреки позиции советских коллег, по формальным причинам отказались признавать преступными правительство гитлеровской Германии, генштаб, верховное командование вермахта и СА. Их сочли не подходящими под определение «организация». Хотя, по словам Юрия Кнутова, вина вермахта и его командования в совершении военных преступлений была очевидна.

В ночь на 16 октября 1946 года вынесенные в ходе Нюрнбергского процесса смертные приговоры были приведены в исполнение. Геринг, не дожидаясь казни, совершил самоубийство.

В дальнейшем, вплоть до конца 1940-х годов, в Нюрнберге прошло ещё 12 судебных процессов над нацистскими руководителями различного ранга. Кроме того, тысячи гитлеровцев были осуждены в тех странах, на территории которых они совершали свои преступления.

«Нюрнбергский процесс стал ключевым этапом в формировании новой подотрасли международного права — международного уголовного права, связанного с преступлениями против человечности. С этой точки зрения Нюрнберг является логичным финалом Второй мировой войны и очень важной вехой в развитии человечества», — заявил в беседе с RT заместитель директора Института истории и политики МПГУ Владимир Шаповалов.

В то же самое время, по его словам, не все справедливые ожидания СССР по наказанию нацистов были удовлетворены — часть гитлеровцев смогли скрыться в странах Запада из-за начала холодной войны.

«Важно, чтобы преградой на пути возрождения нацизма и агрессии как государственной политики в наши дни и в будущем всегда стоял Нюрнбергский процесс. Его итоги и исторические уроки, не подлежащие забвению и тем более ревизии и переоценке, должны служить предостережением всем, кто видит себя избранными «вершителями судеб» государств и народов», — писала в своей статье «Нюрнбергский процесс: история и современность» кандидат исторических наук Наталья Шепова.

По мнению Дмитрия Суржика, серьёзным упущением Нюрнбергского процесса стало отсутствие специального акцента на коллаборационизме. По его словам, осуждение международным трибуналом нацистской идеологии и системы СС автоматически подразумевает и осуждение пособников гитлеризма, однако решение трибунала было бы более полным, если бы коллаборационистские организации были перечислены в нём поимённо.

«Нюрнбергский процесс — это уникальное правовое явление, которое не имеет аналогов в истории. В ходе работы трибунала был обработан колоссальный массив документов, вскрыты чудовищные преступления, введены в юридическую практику абсолютно новые понятия, которыми руководствуется сегодня весь мир», — подытожил Михаил Мягков.

Нюрнбергский процесс. Главный суд ХХ века в фактах и цифрах

1 октября 1946 года Международный военный трибунал в Нюрнберге вынес приговор нацистским преступникам

Идея суда над теми, кто развязывает войны и совершает в ходе них военные преступления, не нова. Впервые подобный процесс состоялся по окончании Первой мировой войны. 23 мая 1921 года в Лейпциге начался суд над 45 гражданами Германии, обвиняемыми в совершении военных преступлений. Но в «Лейпцигском трибунале» рассматривались дела лишь исполнителей, поскольку имена германских генералов и адмиралов, отдававших приказы, за исполнение которых и отправились под суд их подчиненные, из списка вычеркнули.

С этой точки зрения Нюрнбергский процесс, проведенный Международным военным трибуналом с 20 ноября 1945 года по 1 октября 1946 года, стал беспрецедентным. Впервые на скамье подсудимых оказались первые лица целого государства, обвиняемые в совершении военных преступлений и геноциде (кстати, само это слово тоже впервые открыто прозвучало именно в Нюрнберге). Все это и дает право называть Нюрнбергский трибунал главным судом ХХ столетия, который поставил фактическую точку в истории Второй мировой войны и отправил на виселицу ее главных виновников.

1. Рождение Нюрнбергского трибунала

В том, что лидерам Германии придется держать ответ за все злодеяния, совершенные по их попустительству или прямому распоряжению, ни одна из трех ведущих союзных держав (СССР, Великобритания и США) не сомневалась задолго до мая 1945 года. В Советском Союзе о создании Международного военного трибунала заговорили еще в октябре 1942 года, на уровне министров иностранных дел стран Антигитлеровской коалиции этот вопрос согласовали в ноябре 1943 года, а на уровне лидеров трех держав — в феврале 1945 года на конференции в Ялте. Но формально этот трибунал, вошедший в историю как первый крупный процесс такого рода, был создан лишь во время Лондонской конференции, проходившей с 26 июня по 8 августа 1945 года. А 29 августа был обнародован первый список военных преступников, в который вошли 24 человека, — те самые, которые через три месяца вошли в качестве обвиняемых в «Зал 600» Дворца юстиции в Нюрнберге.

Рядовой первого класса Карл Сандер наблюдает за переоборудованием комнаты судебных заседаний нюрнбергского Дворца правосудия в рамках подготовки к Нюрнбергскому процессу, сентябрь 1945 года

2. Между Берлином и Нюрнбергом

Самым логичным местом проведения процесса над нацистскими военными преступниками был бы Берлин, и именно на этом настаивал Советский Союз. Однако союзники, отношения с которыми к тому времени уже начали понемногу портиться, настояли на проведении процесса в американской зоне оккупации. Формальной причиной переноса стало наличие в Нюрнберге практически не пострадавшего за годы войны Дворца юстиции, соединенного подземным ходом с тюрьмой, в которой можно было содержать обвиняемых, а в Берлине таких возможностей не было. Еще одним аргументом стало то обстоятельство, что именно Нюрнберг был «городом партийных съездов» национал-социалистов, и проведение здесь процесса над ними приобретало символический характер. Тем не менее формальной штаб-квартирой Международного военного трибунала стал все-таки Берлин. Именно здесь 18 октября 1945 года в здании Контрольного совета союзников состоялось первое и единственное заседание трибунала, на котором его членам было передано обвинительное заключение по делу 24 подсудимых, подписанное 6 октября 1945 года прокурорами четырех союзных держав. А все остальные слушания и вынесение приговора прошли в Нюрнберге.

Здание Дворца правосудия в Нюрнберге, где проходили заседания Международного военного трибунала, осень 1945 года

3. Подсудимые и судьи

Сам Международный военный трибунал состоял из четверых членов и их заместителей, как предусматривал Устав, — по одному от каждой ведущей державы Антигитлеровской коалиции. Председателем трибунала на единственном заседании в Берлине был выбран англичанин Джеффри Лоуренс. Отдельным списком шли главные обвинители — тоже по одному от Великобритании, СССР, США и Франции. Их заместителей, как правило, было двое, хотя советская сторона сумела ввести в трибунал еще четверых помощников заместителя главного обвинителя. Подсудимых было 24 человека, из которых в зале присутствовали только 23: рейхсляйтер и начальник Партийной канцелярии НСДАП Мартин Борман предстал перед судом заочно, поскольку не было точных данных ни о его смерти, ни о месте, где он может находиться (его останки удалось обнаружить и идентифицировать только в 1972 году). Каждому из подсудимых полагался защитник, и в общей сложности их интересы представляли 27 адвокатов, которым помогали 54 ассистента и 67 секретарей.

Советский караул у здания Дворца правосудия во время работы Международного военного трибунала, Нюрнберг, осень 1945 года

4. Советский Союз обвиняет

Главным обвинителем от Советского Союза стал действующий прокурор Украинской ССР генерал-лейтенант юстиции Роман Руденко — будущий Генеральный прокурор СССР. Его заместителем назначили полковника юстиции Юрия Покровского. В группе главного обвинителя от СССР работали и четверо помощников, в том числе государственный советник юстиции III класса Николай Зоря (загадочным образом погибший во время процесса), государственный советник юстиции II класса Марк Рогинский, юрист, будущий председатель Верховного суда СССР Лев Смирнов и государственный советник юстиции II класса, уже знаменитый к тому времени писатель Лев Шейнин. Членом трибунала от СССР стал заместитель председателя Верховного Суда Советского Союза генерал-майор юстиции Иона Никитченко, которому было предоставлено право открыть первое заседание Нюрнбергского трибунала, а его помощником — полковник юстиции Александр Волчков.

Председатель Международного военного трибунала, судья Апелляционного суда Англии и Уэльса Джеффри Лоуренс

5. Под охраной армии США

До того как Нюрнберг был определен местом проведения Международного военного трибунала, будущие подсудимые содержались в так называемом «лагере Ашкан» — в отеле «Палас» в коммуне Мондорф-ле-Бен в Люксембурге. Здесь с мая по август 1945 года содержались и регулярно подвергались допросам 86 высокопоставленных германских военнопленных, в том числе Герман Геринг и Карл Дениц. В период подготовки Нюрнбергского трибунала всех его подсудимых перевели в тюрьму, соединенную подземным ходом с Дворцом правосудия: они оставались там до вынесения приговора и приведения его в исполнение. Круглосуточную охрану в тюрьме несли военнослужащие роты «Дельта» 26 полка 1-й пехотной дивизии армии США. Они же осуществляли доставку подсудимых в зал суда и обратно, охраняли их во время заседаний.

Судьи Нюрнбергского трибунала подполковник юстиции Александр Волчков (на переднем плане) и генерал-майор юстиции Иона Никитченко в зале суда

6. Процесс в цифрах

Международный военный трибунал в Нюрнберге работал 11 месяцев – с 20 ноября 1945 года по 29 октября 1946 года. 30 сентября того же года трибунал начал оглашение приговора, которое и завершилось 1 октября. За неполный год успели пройти 403 открытых заседания трибунала и 216 судебных слушаний, на которых выступили 240 свидетелей, оглашено около 300 000 письменных показаний. Все прозвучавшее и состоявшееся в ходе работы трибунала было зафиксировано в протоколе, и его общий объем составил 16000 страниц.

Читайте также  Армения в составе мидии и ахеменидского государства

Рядовой первого класса армии США Вон Оуэнс патрулирует периметр Нюрнбергской тюрьмы во время работы Международного военного трибунала

7. Геноцид и преступления против мира

Все обвинения в отношении нацистских преступников, представших перед Нюрнбергским трибуналом, относились к одному из четырех разделов. Первый был связан с планами нацистской партии и ведением агрессивных войн, второй касался преступлений против мира с формулировкой об участии подсудимых в «планировании, подготовке, развязывании и ведении агрессивных войн, которые также являлись войнами в нарушение международных договоров, соглашений и обязательств». Третий раздел именовался «Военные преступления» и включал в себя все преступления, совершенные в нарушение военных законов и обычаев в ходе Второй мировой войны. Четвертый — «Преступления против человечности» — касался деяний нацистов в отношении собственного народа и всех тех, кто согласно нацистской идеологии относился к «недочеловекам».

Комната нюрнбергского Дворца правосудия, в которой были собраны представленные на процессе доказательства вины обвиняемых нацистских преступников

8. Приговор пересмотру не подлежит

Из 24 подсудимых 1 октября 1946 года двенадцать человек, в том числе заочно Мартин Борман, были приговорены к смертной казни через повешение. Многие осужденные ходатайствовали о замене ее на расстрел, но им в этом было отказано. Три человека получили пожизненное заключение, два человека были приговорены к 20 годам тюрьмы, один — к 15 годам и один — к 10 годам. Еще троих подсудимых в конечном счете оправдали, хоть представители Советского Союза и пытались опротестовать это решение трибунала. Глава Германского трудового фронта Роберт Лей не дожил до приговора: он покончил с собой меньше чем за месяц до начала процесса. А промышленник Густав Крупп был признан неизлечимо больным, в связи с чем его дело было приостановлено, а затем и прекращено из-за смерти обвиняемого. Кроме того, СС, СД и гестапо, а также руководящий состав НСДАП были признаны виновными в преступной деятельности, а вот кабинет министров и военное командование Германии — нет (что тоже вызвало протест со стороны СССР).

Демонстрация телесных повреждений бывшей узницы концлагеря Равенсбрюк на Нюрнбергском процессе. Польская женщина была подвергнута экспериментам по пересадке кости ноги

9. Виселица для нацистов

Между оглашением приговора и приведением его в исполнение прошло полмесяца: казнь была назначена на 16 октября. За три часа до казни Герман Геринг успел покончить с собой, приняв цианистый калий. Остальных по одному приводили в спортивный зал тюрьмы при Дворце правосудия, где на помостах были установлены виселицы. Казнили приговоренных два американских военнослужащих: сержант Джон Вудз, являвшийся профессиональным палачом с 1920 года, и добровольно вызвавшийся помогать ему военный полицейский Джозеф Малта. Казнь была закончена в течение двух часов, после чего тела казненных и тело Геринга увезли в мюнхенский крематорий, а пепел двое суток спустя высыпали в реку Изар.

Вид на скамью подсудимых Нюрнбергского процесса во время оглашения приговора, 1 октября 1946 года

10. Еще дюжина Нюрнбергских процессов

Казнь приговоренных поставила точку в работе Нюрнбергского трибунала, но не в судебных делах против других нацистских преступников. В течение следующих трех лет Нюрнбергский военный трибунал, созданный военным командованием США (в нем участвовали только американские судьи и прокуроры), провел еще 12 процессов против нацистских врачей, членов айнзатцгрупп — подразделений, отвечавших за уничтожение евреев и всех противников нацистского режима на оккупированных территориях, германских промышленников и членов военного командования и так далее. В итоге этих слушаний 24 человека были приговорены к смертной казни, 118 — к тюремному заключению, а 35 подсудимых — оправданы.

Мастер-сержант армии США Джон Вудз, руководивший приведением в исполнение смертного приговора нацистским преступникам

Общее прошлое: чему учит политиков Нюрнбергский процесс

Знание своей истории — это не только вопрос образованности и культуры. Это еще и необходимый фундамент для создания общего будущего людей, живущих в одной стране. РБК совместно с Вольным историческим обществом продолжает цикл публикаций о главных событиях, ставших поворотными в нашей общей истории — истории России.

Никто не забыт

Ровно 70 лет назад, 20 ноября 1945 года, в Нюрнберге, в здании местного суда, начал работу первый в истории человечества Международный военный трибунал. На скамье подсудимых находился 21 человек из первоначального списка в 24 имени (глава «Трудового фронта» Роберт Лей покончил с собой до начала процесса, один из «китов» германской промышленности Густав Крупп был признан неизлечимо больным, а в отношении исчезнувшего Мартина Бормана дело рассматривалось заочно). Эти люди представляли все стороны нацистского режима: армию и карательные органы, экономику и внешнюю политику, государственную пропаганду и «общественные» организации.

Задача трибунала заключалась не только и не столько в наказании конкретных лиц за невиданные по масштабу и жестокости преступления, но и в изобличении нацистской идеологии и практики как таковой. Сегодня очевидно, что с этой крайне непростой в условиях только что наступившего мира задачей трибунал справился.

Распространено мнение, что это был торопливый суд победителей, месть, не имевшая ничего общего с правосудием. Но это не так — колоссальный объем обвинительных материалов (около миллиона страниц документов, около двухсот тысяч страниц свидетельских показаний), собранный за весьма короткое время, служит надежным опровержением. Разумеется, процесс был организован победителями (а какая нейтральная сторона могла бы в 1945 году реально контролировать подобный процесс?), но они понимали свою ответственность и стремились, насколько это было возможно, провести трибунал на основе общепринятых юридических принципов: объективного исследования доказательств, состязательности и обеспечения права обвиняемых на защиту.

Трибуналу предстояло работать в очень непростых условиях. Эйфория победной весны 1945-го постепенно сходила на нет, единство союзников (и до того весьма призрачное) уже дало трещины. В этой ситуации легко можно было ожидать от организаторов процесса стремления как можно быстрее покончить с этим непростым делом. Однако суд сумел встать над соображениями политической целесообразности и на протяжении более чем десяти месяцев скрупулезно рассматривал материалы, проведя в общей сложности 403 заседания и заслушав только очно 116 свидетелей (кроме того, к делу были приобщены письменные показания еще более 500 человек).

В итоге трое подсудимых — экономист Ялмар Шахт, дипломат Франц фон Папен и пропагандист Ганс Фриче — были оправданы, трибунал счел обвинения недостаточно доказанными. 12 человек приговорены к смерти, остальные — к разным срокам тюремного заключения, включая пожизненное. Большинство подсудимых подали апелляции, которые трибунал отклонил, некоторые этого не сделали. Например, бывший министр вооружений Альберт Шпеер, который среди немногих признал свою вину.

Суд для своих

Многое прошло не вполне гладко, а то и представляется сегодня далеким от идеи беспристрастного судебного разбирательства. В первую очередь это касается стремления союзных держав избежать обсуждения в ходе процесса «неудобных» для них вопросов, таких, например, как Мюнхенское соглашение 1938 года между Невиллом Чемберленом, Эдуардом Даладье, Адольфом Гитлером и Бенито Муссолини или Советско-германский пакт о ненападении 1939-го. Непростым остается и вопрос о правомерности предъявления военным руководителям Германии обвинений в варварских бомбардировках Ковентри и Роттердама после уничтожения авиацией союзников Дрездена и атомной бомбардировки Хиросимы. Некоторые основополагающие правовые принципы были при проведении процесса все-таки нарушены: так, например, некоторые пункты обвинения не соответствовали общепризнанному правилу «Нет преступления без указания на то в законе», поскольку не были ранее нигде квалифицированы как преступные деяния (это касалось, например, подготовки агрессии).

Ярким примером необъективности победителей стала попытка советской стороны добиться признания трибуналом расстрела польских военнослужащих в Катыни делом рук гитлеровцев. Советские юристы во главе с Андреем Вышинским пытались убедить суд в обоснованности выводов «комиссии Бурденко», созданной во время войны для обоснования советской версии катыньских событий. Однако данный вопрос был настолько плохо подготовлен, что представители союзников, несмотря на принципиальную позицию поддержки исходящих от советской стороны инициатив, вынуждены были настоять на исключении катыньского эпизода из приговора.

Затем последовал Токийский процесс над главными японскими военными преступниками, а сегодня тем же нормам следуют Международный трибунал по бывшей Югославии и Международный трибунал по Руанде. Правовые вопросы, поставленные в Нюрнберге, вылились в принятие таких важнейших международно-правовых документов, как Международная конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него 1948 года, Женевские конвенции о защите жертв войны 1949 года и др. Нюрнбергские принципы давно стали основополагающими нормами действующего международного права.

Нюрнбергский процесс остается образцом справедливого возмездия, впервые в истории человечества настигшего людей, развязавших войну, не только по праву победителя, но и на основании закона. Как бы ни были разделены идеологически и политически ведущие державы мира, иногда они могут объединиться и наказать военных преступников. В таком случае ссылки на «особый путь страны» не сработают. В Нюрнберге создан прецедент, который должен напоминать и сегодняшним политикам об их персональной ответственности за принимаемые решения.

Вольное историческое общество (ВИО) было создано в 2014 году, объединив историков и специалистов социальных и гуманитарных наук, которые считают необходимым противостоять фальсификациям истории последнего времени и готовы бороться за честь профессионального научного сообщества. За год деятельности ВИО многократно выступало с критикой решений властей. Так, оно выступило в поддержку профессора МГИМО Андрея Зубова, уволенного за критику российской внешней политики в отношении Украины. Также был открыто поддержан академик Юрий Пивоваров, обвиненный в халатности в связи с пожаром в ИНИОНе. Критике со стороны ВИО неоднократно подвергались и высказывания министра культуры Владимира Мединского, который выступал за пропаганду мифов советского времени, а также заявил, что историки и архивисты должны заниматься «тем, за что государство им платит деньги, а не осваивать смежные профессии».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: