Краткая биография уитмен

Уитмен, Уолт

Уолт Уитмен (англ. Walt Whitman , 31 мая 1819, Уэст-Хиллс, Хантингтон, Нью-Йорк, США — 26 марта 1892, Камден, Нью-Джерси, США) — американский поэт, публицист.

Содержание

Краткая биография

Я воплощаю в себе всех страдальцев и всех отверженных.

Реформатор американской поэзии. В сборнике стихов «Листья травы» (1855—1891) идеи об очищающей человека близости к природе приняли космический характер; любой человек и любая вещь восприняты священными на фоне бесконечной во времени и пространстве эволюции Вселенной. Чувство родства со всеми людьми и всеми явлениями мира выражено посредством преображения лирического героя в других людей и неодушевлённые предметы. Уитмен — певец «мировой демократии», всемирного братства людей труда, позитивных наук, любви и товарищества, не знающих социальных границ. Новатор свободного стиха.

Его главную книгу «Листья травы» пронизала идея демократии. В XX веке «Листья травы» признаны одним из важнейших литературных событий, знаменовавших собой революцию в поэзии, связанную с появлением свободного стиха (верлибра), новаторской стиховой системы, пионером которой выступил Уитмен.

Предки поэта были выходцами из Голландии. Родился он 31 мая 1819 года, в бедной семье фермеров, в поселке на острове Лонг-Айленд недалеко от Бруклина (штат Нью-Йорк). В многодетной семье было девятеро детей, Уолт был старшим. С 1825 — 1830 учился в бруклинской школе, но из-за нехватки денег был вынужден оставить учебу. Он переменил множество профессий: посыльный, наборщик-укладчик, учитель, журналист, редактор провинциальных газет. Любил путешествовать, пешком прошел через 17 штатов.

С конца 30-х годов в журналах появляются статьи Уитмена, в которых он выступал против культа доллара, подчеркивал что деньги приводят к духовному опустошению.

В литературную жизнь Америки пришел поздно.

В 1850 г. были напечатаны некоторые стихотворения поэта, — в частности «Европа». В этом произведении автор высказал свое восприятие истории, событий революции 1848 г., воспевал свободу.

Ранние стихотворения были лишь предвестниками рождения оригинального самобытного поэта, который смело заявил о себе в сборнике «Листья травы», первое издание которого вышло в Нью-Йорке в 1855 году. Этот год был значимым в творчестве поэта, он разделил его жизнь на два этапа — до сборника и после. Особенное место в структуре книги занимает «Песнь о себе», которая является одной из наиболее важных ее частей. Она как и весь сборник целиком — выражение поэтического кредо автора.

Бытует легенда, будто в 1849 г. Уитмен пережил сильное моральное потрясение, которое определило его дальнейшую судьбу и характер творчества. Но кроме загадочного объяснения существует и закономерное: все, чего поэт достиг в жизни, — это следствие поэтичного самосовершенствования и упорного труда. Среди его любимых писателей были — У. Шекспир, Ч. Диккенс, Жорж Санд, П.-Ж. Беранже, Ф. Купер.

Во время гражданской войны 1861 — 1865 гг. Уитмен работал санитаром в госпиталях. Событиям войны посвящены поэзии «Барабанный бой» и «когда последний раз цвела сирень» (обе 1865).

В 1873 г. поэта разбил паралич, до конца жизни он так и не выздоровел. Он все же продолжал писать и его произведения были наполнены оптимизмом и уверенностью. Один из последних стихов Уитмена, в котором он прощается с миром — «Прощай, мое Вдохновенье!».

26.03.1892 года поэта не стало.

Большая дорога

Возвещая что для него на земле не существует ничего чужого и что ему одинаково близки все люди, вне зависимости от их социального статуса, расы, пола, конфессии и т. п., Уитмен предстает поборником социалистической идеи в наиболее обобщённой формулировке. Вместе с тем он осознает себя и мистиком, предвидящим эпоху, когда все конфликты, противоречия и несходства исчезнут, так что жизнь сделается бесконечно сложным, изменчивым, но целостным организмом, «электрическим телом», как сказано в одном из его программных стихотворений. Телесность, вещественность, никогда не ослабевающий интерес к материальному, физическому облику явлений и упорное неприятие всего умозрительного составляют важную особенность поэтического мира «Листьев травы».

Уитмен — один из первых поэтов, воссоздавших реальность огромного современного города, воспринятого им как зримое олицетворение «всеобщих связей в мироздании» и изображённого с репортёрской точностью описания самых разных сторон его повседневной жизни. Чудеса техники, триумфы «индустрии» вызывали восхищение Уитмена, локомотив, «горластый красавец», на огромной скорости несущийся через дикую прерию, казался ему символом неостановимого прогресса.

Доминирующее в поэзии Уитмена чувство бесконечной широты и многоликости мироздания сочетается со столь же органичным ощущением вечной динамики, изменчивости, диалектической контрастности бытия. Оно не признает иерархии ценностей, так как истинная жизнь — никогда не прерывающийся цикл, постоянное движение во времени, бесконечные трансформации и метаморфозы:

«Все вращается вокруг меня, концентрируется во мне, исходит из меня самого. У меня есть лишь один центральный образ — всеобщая человеческая личность».

Эта личность, намеренно лишённая в «Листьях травы» каких бы то ни было примет уникальности, носит имена «Уолта Уитмена» или «сына Манхэттена». В действительности лирический герой книги представляет собой обобщённый портрет американца, для которого характерны предельная демократичность воззрений, неомрачённый оптимизм, способность устанавливать доверительные, родственные отношения со всеми людьми, встречающимися на его пути, и сохранять восторг перед жизнью во всех её обликах.

«Песня большой дороги», входящая во все авторские редакции «Листьев травы», наиболее последовательно воплощает философию радости, братства, полного слияния с миром и восхищения перед его зачаровывающей динамичностью. Соединением этих мотивов создан лирический сюжет книги. Важное дополнение к нему — цикл «Барабанный бой», навеянный Гражданской войной 1861-65, во время которой Уитмен был добровольцем-санитаром в армии северян. Боготворя Авраама Линкольна, Уитмен посвятил памяти президента, павшего от руки убийцы, проникновенную элегию «Когда во дворе перед домом цвела этой весною сирень».

Вера Уитмена в предназначение Америки, которая должна явить пример для всего человечества, став обществом победившей социальной справедливости и великих триумфов духа, поколебалась после окончания Гражданской войны, когда он удостоверился во всевластии «дракона наживы» и с тревогой писал об угрозе, создаваемой плоским меркантилизмом, которому поддались соотечественники (книга публицистики «Демократические дали», 1871). Однако в целом оптимистическое мироощущение Уитмена не претерпело существенных перемен до конца его жизни.

Неоцененный новатор

Выраженное Уитменом новое мироощущение потребовало художественных нетрадиционных средств. Самым радикальным нововведением в «Листьях травы» был свободный стих, который в большой степени предопределил неуспех книги у современников, считавших, что поэзия невозможна без правильных размеров и системы рифм, обязательных в классической лирике. Верлибр Уитмена, в котором отсутствуют эти компоненты, представлял собой сложный синтез фольклорного и библейского стиха, синтаксического параллелизма, отличающего ораторскую прозу, ритмически однородных пассажей-перечислений («каталоги»), внутренних аллитераций и ассонансов, придающих завершенность строкам и всей строфе.

Считая, что его стих должен быть естественным, как дыхание, Уитмен решительно отверг каноничные поэтические формы, на которых, как он считал, лежит печать безжизненной литературности, и заложил основы новой поэтики, получившей исключительно интенсивное развитие на протяжении XX века, особенно в англоязычных странах. Одним из первых, кто оценил значение сделанного Уитменом для последующего движения поэзии, был И. С. Тургенев. Среди русских поэтов объективно наиболее близки к Уитмену Велимир Хлебников и В.В. Маяковский.

В России памятник Уитмену установлен в Москве на территории МГУ в 2009 году [1] .

УИТМЕН, УОЛТ

УИТМЕН, УОЛТ (Whitman, Walt) (1819–1892), американский поэт, журналист, эссеист. Родился 31 мая 1819 близ Хантингтона на о.Лонг-Айленд (шт. Нью-Йорк). Был вторым из девяти детей Луизы ван Вельзор Уитмен и ее мужа, плотника Уолтера Уитмена. Дед поэта был фермером-рабовладельцем, отец унаследовал только небольшую полоску земли в Уэст-Хилс, где построил дом, ныне сохраняемый как «место рождения Уолта Уитмена».

Мать поэта была дочерью голландского скотовода Корнелия ван Вельзора, но все ее предки по отцовской и материнской линии были мореплавателями. Уитмен испытывал привязанность к доброй, отзывчивой матери, но самостоятельно мыслить его приучил, скорее всего, суровый раздражительный отец, друг просветителя-демократа и деиста Т.Пейна и почитатель социалистов-утопистов Р.Оуэна и Фрэнсис Райт.

Когда Уитмену было четыре года, родители переехали в Бруклин, ныне район Нью-Йорка. Здесь он шесть лет ходил в муниципальную школу, на чем и закончилось его формальное образование. Поработав рассыльным, поступил в ученики к наборщику. В типографии Уитмен получил первые представления о художественной прозе. С 16 лет и до 21 года работал печатником в Нью-Йорке, школьным учителем на Лонг-Айленде, основал и почти год издавал местный еженедельник «Лонг-Айлендер» в Хантингтоне и начал писать серию газетных очерков под названием Записки на закате из-за стола школьного учителя (Sun-Down Papers from the Desk of a Schoolmaster).

В мае 1841, расставшись с преподавательской деятельностью, Уитмен вернулся в Нью-Йорк, работал наборщиком в типографии, печатавшей «Нью уорлд». Завязал отношения с Таммани-холл, штаб-квартирой Демократической партии. Весной 1842 редактировал ежедневную газету «Аврора», однако трения с издателями привели к его увольнению. В течение еще четырех лет редактировал различные демократические газеты или сотрудничал в них.

В 1842 Уитмен серьезно взялся за литературную работу. Сентиментально-назидательные рассказы и стихи, не имевшие ничего общего с более поздними Листьями травы (Leaves of Grass), писались в угоду тогдашним вкусам и легко попадали в «Демократик ревью» и подобного рода издания. В 1842 он выпустил по заказу общества трезвенников роман Франклин Эванс, или Горький пьяница (Franklin Evans, or the Inebriate), о котором впоследствии не любил вспоминать. Проработав несколько месяцев в «Лонг-Айленд стар», Уитмен начал редактировать «Бруклин игл», одну из лучших тогда ежедневных газет столицы. В своих передовицах поддерживал Американо-мексиканскую войну и присоединение западных территорий. Мнения демократов из Северных штатов относительно того, будут новые земли отданы рабовладельцам или простым фермерам, разделились. Уитмен яростно поддерживал сторонников «свободной земли», выступавших за бесплатное наделение землей фермеров, и когда фракция Демократической партии, поддерживавшая демократов из южных штатов, взяла верх в штате Нью-Йорк, Уитмену пришлось в январе 1848 покинуть пост редактора «Бруклин игл». Буквально через несколько дней ему предложили редактировать только что основанную в Новом Орлеане газету «Креснт». Уитмен согласился и 25 февраля 1848 прибыл с младшим братом Джеффом в Новый Орлеан. В течение полувека биографы в самых радужных тонах описывали тамошнюю жизнь поэта, забывая, что брат постоянно болел, а сам Уитмен не находил общего языка с владельцами газеты. В результате 25 мая он подал в отставку и вернулся домой.

Не теряя времени, Уитмен приступил к созданию газеты, которая пропагандировала бы «свободную землю». Первый номер газеты «Бруклин фримен» вышел 9 сентября 1848, но на следующий день в типографии возник пожар и большая часть тиража сгорела. Уитмену не удалось возобновить издание до ноябрьских выборов, когда демократы потерпели поражение в штате Нью-Йорк. Газета существовала еще в течение года, но летом 1849, с появлением радикально настроенной группы демократов, стало ясно, что дни ее сочтены. Последний номер вышел 11 сентября. Уитмен еще будет печататься время от времени в нью-йоркских и бруклинских газетах, но на данный момент его журналистская деятельность прекратилась. В 1857–1858 он редактировал «Бруклин таймс», после чего окончательно расстался с редакторской деятельностью. Уитмен мог без труда вернуться к ней, но для этого пришлось бы идти на компромиссы.

Чтобы добыть средства к существованию, Уитмен брался за любую работу. В 1852–1854 служил строительным подрядчиком. Весной 1855 начал готовить к публикации Листья травы. Печатать книгу должны были его друзья из Бруклина братья Роум. Не найдя издательства, которое взяло бы на себя расходы, Уитмен выпустил книгу за свой счет, сам сделал часть набора. Книга вышла из печати в первую неделю июля.

Для первого издания поэтического сборника в Америке Листья травы 1855 года были необыкновенно богато оформлены. Сборник включал 12 стихотворений и пространное предисловие; открывавшая книгу поэма позднее получила название Песня о себе (Song of Myself). Вместо имени и фамилии Уитмен предпочел поместить на титульном листе гравюру со своего портрета, где он изображен в рубашке, рабочих брюках и щегольски сдвинутой набок шляпе. Во вступительной поэме он представлялся как «Уолт Уитмен, космос, сын Манхаттена», она начиналась словами «Я славлю себя», к которым позднее поэт добавил «и воспеваю себя». Главная тема поэмы – смысл человеческого бытия – вбирает в себя мотивы божественности человеческого «я», неразрывной связи души и тела, эволюции форм жизни, равенства всех живых существ и вечного странствия души в процессе рождения, смерти и нового рождения. Эти мотивы варьируются в прекрасной поэме, названной впоследствии Спящие (The Sleepers).

Читайте также  Краткая биография о. генри

Одним из немногих, кто сразу же высоко оценил Листья травы, был Р.У.Эмерсон, находившийся тогда в зените славы. Письмо Эмерсона настолько вдохновило Уитмена, что он предпринял в 1856 второе издание, добавив новые стихотворенияи и включив письмо Эмерсона. Критика проигнорировала книгу. После двухлетнего редактирования «Бруклин таймс» Уитмен снова остался без работы и начал готовить новое издание Листьев травы. Книгу опубликовало в 1860 недавно возникшее бостонское издательство во главе с деятельными Тейером и Элдриджем, не выдержавшими, однако, финансовых потрясений, связанных с Гражданской войной 1861–1865. Из всех изданий книги Уитмена это самое примечательное. Помимо новых 124 стихотворений, оно включало три новых, очень существенных цикла: Демократические песни (Chants Democratic), Дети Адама (Enfants d’Adam, позднее название Children of Adam) и Каламус (Calamus).

Хотя в политическом памфлете Восемнадцатые выборы президента (The Eighteenth Presidency, 1856) Уитмен предсказал, что если сторонники рабовладения будут преобладать в федеральном правительстве, то Гражданская война неизбежна, захват форта Самтер конфедератами потряс его не меньше других. В порыве негодования он написал Бей! бей! барабан! (Beat! Beat! Drums!) – первое из стихотворений, составивших опубликованный после войны сборник Барабанный бой (Drum-Taps, 1865). После войны Уитмен служил в Вашингтоне в различных государственных учреждениях, в том числе в министерстве внутренних дел.

Опубликовал за свой счет поэтический цикл о Гражданской войне Барабанный бой и в дополнение к нему стихи памяти А.Линкольна Когда во дворе перед домом цвела этой весною сирень (When Lilacs Last in the Dooryard Bloom’d) и О Капитан! мой Капитан! (O Captain! My Captain!, 1865). В 1867 вышло четвертое, в 1871 пятое издание Листьев травы. В 1868 с фрагментами книги, отобранными и изданными У.Россетти, познакомились в Велибритании. Их доброжелательно встретили многие ведущие английские писатели того времени, поэтому писательская репутация Уитмена в Англии до конца его дней оставалась выше, чем в США.

В 1873 Уитмена разбил паралич, работать в Вашингтоне он больше не мог и вынужден был поселиться у брата Джорджи Уитмена, занимавшегося бизнесом в Камдене (шт. Нью-Джерси). Вторым испытанием в 1873 стала для него смерть матери, к которой он был необычайно привязан. Страдания облегчило ему присутствие молодого Х.Траубела, ухаживавшего за ним и записывавшего их беседы, напечатанные в 1908–1964 в пяти томах под названием С Уолтом Уитменом в Камдене (With Walt Whitman in Camden).

Одним из самых преданных друзей, появившихся у Уитмена в Англии после книги, составленной Россетти, стала Энн Гилкрист, вдова известного биографа У.Блейка А.Гилкриста, которая приехала в Филадельфию и два года жила неподалеку от поэта. В 1876 вышло издание его стихов, совпавшее со 100-летием провозглашения независимости США, а также сборник прозы и стихов Две речушки (Two Rivulets), который стараниями Россетти и Гилкрист хорошо расходился в Англии, но был равнодушно встречен в США. Успех его произведений в Англии благотворно подействовал на Уитмена, состояние его настолько улучшилось, что в 1879 он совершил поездку в западные штаты, а на следующий год посетил жившего в Канаде известного психиатра Р.М.Бака, который, прочтя Листья травы, приехал к нему в Камден. В 1883 Бак издал подробную биографию Уитмена.

Уитмен сумел подготовить очередное издание Листьев травы, окончательно определив композицию книги. Книгу напечатало ведущее бостонское издательство Осгуда. Однако некоторые стихотворения, которые Уитмен отказался убрать, были сочтены непристойными, что заставило Осгуда приостановить распространение тиража и заключить договор с Уитменом. Согласно договору, Уитмен получал печатные формы, и Р.Уэлш выпустил в 1882 в Филадельфии новый тираж, а также прозаическую книгу Памятные дни (Specimen Days), содержавшую автобиографию и ряд живых эпизодов времен Гражданской войны.

Перипетии с бостонским изданием получили огласку, благодаря чему издание Уэлша и допечатка, сделанная Д.Маккеем, продавались так хорошо, что Уитмен смог приобрести небольшой дом в Камдене. Несмотря на тяжелую болезнь, ему удалось в последние годы жизни подготовить издание Листьев травы, известное как «предсмертное». Маккей выпустил это издание и Прозу (Prose Works) в одинаковом оформлении.

В России Уитмен известен с начала 1860-х годов. В 1872 несколько его стихотворений перевел И.С.Тургенев, однако только в 1907 вышел первый сборник его стихов в переводе К.И.Чуковского. Уитмена переводили также К.Бальмонт, М.Зенкевич, И.А.Кашкин. Влияния его поэзии не избежали русские футуристы – В.В.Хлебников, ранний В.В.Маяковский.

Умер Уитмен в Камдене (шт. Нью-Джерси) 26 марта 1892.

Уолт Уитмен Биография

Поэт, журналист (1819–1892)

Уолт Уитмен был американским поэтом, чей сборник стихов «Листья травы» является вехой в истории американской литературы.

Синопсис

Поэт и журналист Уолт Уитмен родился 31 мая 1819 года в Уэст-Хиллз, Нью-Йорк. Считающийся одним из самых влиятельных американских поэтов, Уитмен стремился выйти за рамки традиционных эпосов и отказаться от нормальной эстетической формы, чтобы отразить потенциальные свободы, которые можно найти в Америке. В 1855 году он самостоятельно опубликовал сборник «Листья травы»; Эта книга стала вехой в американской литературе, хотя на момент ее публикации она считалась весьма противоречивой. Позднее Уитмен работал медсестрой-добровольцем во время гражданской войны, написав сборник «Барабанные метчики» (1865) в связи с опытом солдат, израненных войной. Продолжив выпускать новые издания «Листьев травы» вместе с оригинальными работами, Уитмен умер 26 марта 1892 года в Камдене, штат Нью-Джерси.

Фон и первые годы

Названный «Бардом демократии» и считающийся одним из самых влиятельных американских поэтов, Уолт Уитмен родился 31 мая 1819 года в Уэст-Хиллз, Лонг-Айленд, Нью-Йорк. Второй из восьми выживших детей Луизы Ван Велсор и Уолтера Уитмена, он вырос в семье скромных семей. В то время как ранее Уитманс владел большим участком земли, большая часть его была распродана к моменту рождения Уолта. В результате его отец пережил серию попыток вернуть часть своего прежнего богатства фермеру, плотнику и спекулянту недвижимостью.

Любовь Уитмена к Америке и ее демократии может быть по крайней мере частично приписывают его воспитанию и его родителям, которые показали свое собственное восхищение своей страной, назвав Уолта ‘;младшие братья после своих любимых американских героев. Среди имен были Джордж Вашингтон Уитмен, Томас Джефферсон Уитмен и Эндрю Джексон Уитмен. В возрасте трех лет молодой Уолт переехал со своей семьей в Бруклин, где его отец надеялся воспользоваться экономическими возможностями в Нью-Йорке. Но его плохие инвестиции не позволили ему добиться успеха, которого он жаждал.

В 11 лет его уволил из школы Уолт Уитмен, чтобы помочь с семейным доходом. Он начал работать в офисе юриста в бруклинской адвокатской команде и в конце концов нашел работу в полиграфическом бизнесе.

Растущая зависимость его отца от алкогольной политики и политики заговора резко контрастировала с его сыном ‘. s предпочтение более оптимистичного курса, более соответствующего его матери & apos;с расположением. «Я выступаю за солнечную точку зрения», — сказал он, в конце концов, как сказал.

Журналист с мнением

Когда ему было 17 лет, Уитмен обратился к преподаванию, работая педагогом. в течение пяти лет в различных частях Лонг-Айленда. Уитмен вообще ненавидел эту работу, особенно учитывая тяжелые обстоятельства, в которых он был вынужден преподавать, и к 1841 году он снова нацелился на журналистику. В 1838 году он начал еженедельник под названием «Длинные островитяне», который быстро свернулся (хотя публикация в конечном итоге возродится), а затем вернулся в Нью-Йорк, где работал над художественной литературой и продолжил свою газетную карьеру. В 1846 году он стал редактором известной газеты Brooklyn Daily Eagle, проработавшей в этом качестве почти два года.

Уитмен оказался неустойчивым журналистом с острым пером и набором мнений, которые не всегда совпадали с его руководителями или его читателями. Он поддержал то, что некоторые считали радикальными позициями в отношении прав собственности женщин, иммиграции и трудовых вопросов. Он подверг критике страстное увлечение, которое он видел среди своих собратьев-ньюйоркцев определенными европейскими путями, и не боялся идти за редакторами других газет. Не удивительно, что его срок службы часто был коротким и имел запятнанную репутацию в нескольких разных газетах.

В 1848 году Уитмен уехал из Нью-Йорка в Новый Орлеан, где стал редактором «Полумесяца». Это был относительно короткий срок пребывания Уитмена — всего три месяца — но именно там он впервые увидел зло рабства.

Уитмен вернулся в Бруклин осенью 1848 года и основал новую газету «Свободная земля» под названием «Бруклинский фримен», которая в конце концов стала ежедневной, несмотря на начальные проблемы. В последующие годы, когда температура нации по вопросу рабства продолжала повышаться, собственный гнев Уитмена по этому вопросу также возрос. Его часто беспокоит влияние рабства на будущее страны и ее демократию. Именно в это время он обратился к простому ноутбуку размером 3,5 на 5,5 дюйма, записывая свои наблюдения и формируя то, что в конечном итоге будет рассматриваться как первопроходческие поэтические произведения.

«Листья травы»

Весной 1855 года Уитмен, наконец, нашел стиль и голос, который искал, самоизданный изящный сборник из 12 неназванных стихов с предисловием под названием «Листья травы». Уитмен мог позволить себе напечатать только 795 экземпляров книги. Листья травы отмечены радикальным отходом от устоявшихся поэтических норм. Традиция отбрасывалась в пользу голоса, который исходил непосредственно от читателя, от первого лица, в строках, которые не основывались на жестком метре и вместо этого демонстрировали открытость к игре с формой при приближении к прозе. На обложке книги было культовое изображение самого бородатого поэта.

Листья травы поначалу привлекали к себе мало внимания, хотя это привлекло внимание соратника Ральфа Уолдо Эмерсона, который писал Уитману похвалу. коллекция как «самый выдающийся образец остроумия и мудрости» из американского пера.

В следующем годуУитмен опубликовал пересмотренное издание «Листьев травы», в котором были представлены 32 стихотворения, включая новую пьесу «Поэма на солнце» (позднее переименованную в «Пересечение Бруклинского парома»), а также письмо Эмерсона Уитману и поэту. ответ ему.

Очарованные этим новичком на поэтической сцене, писатели Генри Дэвид Торо и Бронсон Олкотт отважились в Бруклин, чтобы встретиться с Уитменом. Уитмен, ныне живущий дома и по-настоящему мужик по дому (его отец умер в 1855 году), проживал на чердаке семейного дома.

К этому моменту семья Уитмена была отмечена дисфункцией, внушая горячую потребность сбежать из семейной жизни. Его пьяный старший брат Джесси в конце концов отправится в сумасшедший приют в графстве Кингс в 1864 году, а его брат Эндрю также был алкоголиком.Его сестра Ханна была эмоционально нездорова, и сам Уитмен вынужден был делить постель со своим братом с умственными недостатками.

Олкотт описал Уитмена & apos; как «Бахус-бровей, бородатый, как сатир, и звание», в то время как его голос звучал как «глубокий, острый, иногда нежный и почти тающий».

Как и его более раннее издание, эта вторая версия «Листья травы» не получили большого коммерческого распространения. В 1860 году бостонский издатель выпустил третье издание «Листьев травы». В пересмотренной книге было многообещающее обещание, а также была отмечена чувственная группировка стихов «Дети детей». Сериал «Адам», в котором исследуется эротизм между мужчиной и женщиной, и сериал «Каламус», в котором исследуется близость между мужчинами.Но начало гражданской войны привело к тому, что издательская компания прекратила свою деятельность, что еще более усилило финансовую борьбу Уитмена, поскольку в течение некоторого времени стала доступна пиратская копия «Листьев».

Читайте также  Краткая биография во

Тяжести гражданской войны

В конце 1862 года Уитмен отправился во Фредериксбург в поисках своего брата Джорджа, который боролся за Союз и лечился там от ран, которые он получил. В следующем году Уитмен переехал в Вашингтон, округ Колумбия, и нашел работу неполный рабочий день в офисе казначея, проводя большую часть своего времени с ранеными солдатами.

Эта работа добровольцев оказалась жизненно важной. меняется и утомляет. По его собственным приблизительным оценкам, Уитмен посетил 600 больниц и обследовал от 80 000 до 100 000 пациентов. Работа взяла на себя физические потери,но и подтолкнул его вернуться к поэзии.

В 1865 году он опубликовал новый сборник под названием Drum-Taps, который представлял собой более торжественное осознание того, что значила Гражданская война для тех, кто в гуще событий, с такими стихами, как «Удар! Удар! Барабаны! » и «Бдение, странное, я держал на поле одну ночь». Последующее издание «Сиквел» было опубликовано в том же году и включало 18 новых стихотворений, в том числе его элегию к президенту Аврааму Линкольну: «Когда сирень последняя в цвету Дворца».

Питер Дойл и последующие годы

В первые годы после гражданской войны Уитмен продолжал посещать раненых ветеранов. Вскоре после войны он встретил Питера Дойла, молодого солдата Конфедерации и проводника вагона. Уитмен,у которого была тихая история сближения с молодыми мужчинами во время великих запретов на гомосексуализм, у него возникла мгновенная и интенсивная романтическая связь с Дойлом. Когда здоровье Уитмена начало ухудшаться в 1860-х годах, Дойл помог восстановить его здоровье. Отношения между этими двумя людьми претерпели ряд изменений в последующие годы, и Уитмен считал, что сильно пострадал от чувства отвержения Дойлом, хотя позже они оба останутся друзьями.

В середине 1860-х годов Уитмен нашел постоянную работу в Вашингтоне в качестве клерка в индийском бюро Министерства внутренних дел. Он продолжал заниматься литературными проектами, и в 1870 году он опубликовал две новые коллекции: «Демократические перспективы» и «Пропуск в Индию», а также пятое издание «Листьев травы».

Но в 1873 году его жизнь резко изменилась к худшему. В январе того года он перенес инсульт, который оставил его частично парализованным. В мае он отправился в Камден, штат Нью-Джерси, чтобы увидеть свою больную мать, которая умерла всего через три дня после его прибытия. Сам Уитмен счел невозможным продолжить работу в Вашингтоне и переехал в Камден, чтобы жить со своим братом Джорджем и невесткой Лу.

В течение следующих двух десятилетий Уитмен продолжал возиться с Листья травы. Издание сборника 1882 года принесло поэту свежее освещение в газетах после того, как прокурор Бостонского округа возразил и заблокировал его публикацию. Это, в свою очередь, привело к стабильным продажам, достаточным для того, чтобы Уитмен смог купить свой скромный дом в Камдене.

Эти последние годы оказались плодотворными и разочаровывающими для Уитмена. Работа его жизни получила столь необходимое подтверждение с точки зрения признания, особенно за границей, так как в течение его карьеры многие из его современников рассматривали его продукцию как благоразумную, неприятную и бесхитростную. И все же, несмотря на то, что Уитмен почувствовал новую оценку, Америка, которую он видел после гражданской войны, разочаровала его. Его здоровье также продолжало ухудшаться.

Смерть и наследие

26 марта 1892 года Уолт Уитмен скончался в Камдене. До самого конца он продолжал работать с «Листьями травы», которые за свою жизнь прошли через множество изданий и расширились до 300 стихотворений. Последняя книга Уитмена «Прощай, моя фантазия» была опубликована за год до его смерти.Он был похоронен в большом мавзолее, который он построил на Камденском кладбище Харли.

Несмотря на предыдущие протесты, связанные с его работой, Уитмен считается одним из самых революционных поэтов Америки, вдохновив множество целенаправленных стипендия и средства массовой информации, которые продолжают расти. Книги о писателе включают отмеченную наградами книгу Уолта Уитмена «Америка: культурная биография» (1995) Дэвида С. Рейнольдса и Уолта Уитмена: «Песнь о себе» (1999) Джерома Ловинга.

Краткая биография уитмен

Спасибо за участие.

Уолт Уитмен родился 31 мая 1819 года в Уэст Хиллс, Лонг-Айленд. Его отец был плотником, потом он попытался заняться фермерством, но неудачно, и в 1823 году семья переехала в Бруклин. Уитмен окончил лишь начальную школу и уже в 12 лет поступил на работу в типографию, где проработал четыре года.

Список профессий, которые он перепробовал в течение последующих двадцати лет, похож на каталог из сборника его поэм: учитель, редактор нескольких газет, типограф, плотник, агент по продаже недвижимости, хозяин станционной лавки. В свободное время он много читал и был страстным поклонником театра и оперы. Еще одним его любимым занятием было коллекционирование людских судеб — он без устали ходил по улицам Манхэттена и Бруклина, знакомясь с молодыми людьми и скрупулезно занося в свой блокнот их имена и истории, рассказанные ими.

В первом издании поэтического сборника «Листьев травы» Уитмен воспевает красоту человеческого тела и секса; в третьем издании, опубликованном в 1860 году, Уитмен объединил произведения откровенно гомосексуального звучания в раздел, названный им «Галамус». Вот строчки оттуда, ярко характеризующие светлый эротизм этих поэм.

Это был проблеск в обыденной жизни.
Тогда в таверне среди суеты рабочего люда в поздний зимний вечер, когда я заметил сидящего в углу
Юношу, который любит меня и я его люблю, когда я молча подошел и сел с ним рядом и он мог взять мою руку,
Не обращая внимания на шум вокруг, на хлопанье дверей, на звон стаканов, на ругань и проклятья,
Мы были там лишь двое и почти не говорили, к чему нам были лишние слова.

В другом месте «Галамуса» мысль Уитмена звучит так:

Здесь растут нежнейшие листья моей души, и здесь же лежит ее прочнейшая твердь,
Здесь я прячусь от своих мыслей, но хоть я и не раскрываю их,
Они раскрывают меня больше всех моих поэм.

Во время гражданской войны между Севером и Югом Уитмен служил в военных госпиталях медбратом. Глубочайшие эмоции, которые поселила в его душе война, он проникновенно выразил в поэмах «Drumtaps» цикла «Листья травы», а его скорбь по поводу убийства президента Авраама

Линкольна легла в основу бессмертной элегии «When Lilacs Last in the Dooryard Bloom’d».

Достойно проявив себя, работая в госпиталях, Уитмен в 1865 году получил должность в Департаменте по делам индейцев, но уже через полгода был оттуда уволен по приказу министра внутренних дел Джеймса Хэрлана, который, прочитав поэмы Уитмена, счел их непристойными. Вскоре после этого Уитмен познакомился с восемнадцатилетним юношей ирландского происхождения, уроженцем американского Юга Питером Дойлем. После освобождения из плена Дойль работал кондуктором в конном экипаже в Вашингтоне. Спустя годы он так вспоминал первую встречу с Уитменом: «На Уолте был шарф — плед, переброшенный через плечо. Он выглядел очень романтично — словно бывалый морской капитан. Он был единственным пассажиром в вагоне; мне в тот вечер было очень одиноко на душе, и я подумал: почему бы мне не подойти и не поговорить с ним. Что-то .влекло меня к нему. Он потом часто мне говорил, что и он в тот момент почувствовал нечто подобное. Я подошел. Мы тут же познакомились. Я положил руку ему на колено — мы поняли друг друга без слов. Он не стал выходить на своей остановке — ехал со мной до конца. С тех пор мы стали ближайшими друзьями».

Уитмен, со своей стороны, воспринимал их взаимоотношения не в таких розовых тонах: в своих дневниках он упоминает о «непрекращающихся угрызениях совести» в отношении Дойля. Уже тогда в его записях звучит современное определение любви между мужчинами — стремление к неразлучности — и он предостерегает сам себя: «Надо подавить в себе эту прилипчивость. Это ненормально — превращает жизнь в пытку. И во всем виновато это патологическое, болезненно расширяющееся стремление к неразлучности «. В 1873 году Уитмена поразил удар, после которого он остался частично парализованным. Оставив Дойля, он уехал в город Кэмден, штат Нью-Джерси, чтобы поправить здоровье, живя в доме у своего брата. В книжном магазине в Кэмдене он повстречал восемнадцатилетнего молодого человека, Гарри Стаффорда, который пригласил Уитмена к себе домой, чтобы познакомить его со своими родителями. Вскоре Уитмен частенько стал наведываться в гости к Стаффордам, иногда жил у них неделями и потом стал осознавать, что он обязан Гарри не только своим выздоровлением, но и всей своей жизнью. Он покупал юноше подарки, дал ему денег на будущую женитьбу, и, когда они вместе отправились погостить у натуралиста Джона Барроуса в город Эзопус, Уитмен сделал такую запись в дневнике: «Мой юный друг и я, когда путешествуем, всегда живем в одной комнате и делим одну постель на двоих». Барроус позднее сетовал: «Не могу по утрам добудиться их к завтраку».

Однако их дружбе приходил конец. Автор биографии Уитмена Филипп Кэллоу пишет: «Гарри никогда не мог понять, кем же все-таки хотел быть для него Уитмен: отцом или матерью, верным другом, или, возможно, женихом, жаждущим его руки и сердца. На самом деле Уитмен был во всех этих качествах и даже более, возродив своим примером утерянные христианские традиции социальных связей; при этом он всячески уходил от прямых ответов на вопросы; закрытый, казалось бы, навсегда ото всех, но и в любой момент рискующий открыться полностью». Во время разлуки с Уитменом Гарри писал ему: «Когда я поднимаюсь наверх в свою комнату, я всегда расстраиваюсь, так как первое, что находят мои глаза, — это твой портрет. Впрочем, такой же портрет есть и внизу и вообще: где бы я ни был, что бы ни делал, повсюду у меня перед глазами стоит твое лицо и ты смотришь на меня».

Уитмен, всегда избегавший навязчивой неразлучности, вежливо и тактично прекратил отношения с Гарри.

В 1879 году его здоровье улучшилось настолько, что он мог совершить путешествие на американский Запад. В 1884 году финансовый успех вышедшего в Филадельфии издания «Листья травы» позволил поэту купить собственный дом в Кэмдене. Через четыре года с ним случился повторный удар, но Уитмен продолжал совершенствовать «Листья травы». Как он сам говорил, «у этой работы не может быть конца». Он умер 26 марта 1892 года в Кэмдене. Являясь одним из величайших американских поэтов, Уитмен своим открытым поэтическим исследованием гомоэротических желаний оказал неизгладимое влияние на таких живших с ним в одно время писателей — пионеров гей-литературы, как Эдвард Карпентер [9] и Дж. А. Саймондс [10] (который написал исследование о творчестве Уитмена спустя год после его смерти). Карпентер в 1877 году встречался с Уитменом, а Саймондс переписывался с ним, однако, когда Саймондс в одном из своих писем прямо спросил Уитмена о гомосексуальных фантазиях в «Галамусе», тот, похоже неискренне, ответил ему, что такие вопросы «вызывают у него недоумение», и отрицал возможность присутствия в своих поэмах того, что он называл «неадекватными толкованиями».

Не стоит гадать о том, что на самом деле думал о поэмах цикла «Галамус» Уитмен — так или иначе в конце XIX — начале XX века они однозначно воспринимались как страстные гимны крепнущему самосознанию геев. В 1922 году Карпентер мог откровенно заявить: «В случае Уитмена, если рассматривать его теснейшие отношения с некоторыми друзьями мужского пола, мы видим уже присутствие нового, органично возникшего вдохновения и новую жизненную силу. Эта сила буквально излучается во всех направлениях его поэмами. Тысячи людей после их прочтения начали для себя отсчет новой эры их жизней . Мы не можем сейчас предсказать того, насколько далеко может пойти этот процесс, но то, что это является одним из факторов будущей эволюции, вряд ли подлежит сомнению. Я имею в виду то, что любовь между мужчинами — а также любовь междуженщинами — может стать фактором будущей человеческой эволюции: таким же необходимым и общепринятым, как обычная любовь, которая обеспечивает. выживание человечества».

Читайте также  Краткая биография тренёв

Уитмен был заметнейшей и влиятельнейшей фигурой на заре движения гомосексуалов за свои права. Его поэмы пробудили дремавшую во многих гомосексуальную чувственность. В этом смысле он был первым современным писателем для геев, имеется в виду, что его произведения воспринимаются гомосексуалами как специально адресованные им, что сам процесс их чтения создает у них чувство общности. Уитмен создал язык гомосексуального желания, он дал голос любви, которая не смела назвать своего имени, хотя сам он так и не решился открыто его назвать. То, что его влияние сильно и по сей день, можно оценить по той дани уважения, которую отдают ему такие знаменитые поэты XX века, как Харт Грэйн, Федерико Гарсия Лорка и Аллен Гинсберг, написавший трепетную поэму-меланхолию «Уолт Уитмен в супермаркете» — она наиболее часто встречается в антологиях современной американской поэзии.

Уолт Уитмен, натуралист демократии, изобретатель рэпа

31 мая 2019 года исполняется 200 лет со дня рождения одного из самых своеобычных поэтов Нового времени — американца Уолта Уитмена

Текст и подбор иллюстраций: Андрей Цунский

Photo by: Universal History Archive/UIG via Getty Images

«Читая книгу, биографию прославленную,

И это (говорю я) зовется у автора человеческой жизнью?

Так, когда я умру, кто-нибудь и мою напишет жизнь?»

Уолту Уитмену двести лет. Это трудно понять умом. Его стихи как будто написаны сейчас, сегодня, это писал наш современник! Но кто ж поспорит с календарем. Хотя он-то как раз мог.

Уитмена называют «реформатором американской поэзии». Но почему американской? Он что, писал не по-английски? И почему не мировой — ведь это он дал свободному стиху дорогу в испанскую, немецкую, итальянскую. возьмите сами географический атлас. Да он всю поэзию поставил в такое положение, что она уж не могла оставаться прежней. И у нас нет ни одного поэта от Серебряного века и далее со всеми остановками, который не отдал бы дань Уитмену, даже не желая того.

Бестиарий русских Уитменов

В России о Уитмене всегда было непросто писать.

Для начала — читая критику разных лет, заметки о поэте, отзывы читателей — и простых, и великих — невозможно понять, о ком вообще идет речь. Как только его не называли и чего только о нем не писали. Совершенные глупости и сладкие для обывателей сплетни даже не в счет.

«Уэльт Уайтмэн»

Впервые в русской печати «Отечественные записки» — «учено-литературный и политический журнал» уже не Белинского, но еще не Некрасова — упомянули в первом выпуске за 1861 год. Анонимный рецензент с трудом нашел слова и об авторе, и о поэме: «Английские журналы сильно вооружаются против американского романа «Листья Травы» Уэльт Уайтмэна, — автора, в свое время рекомендованного Эмерсоном. Впрочем, нападение относится более к нравственной стороне романа. «Он должен бы быть напечатан на грязной бумаге, как книги, подлежащие лишь полицейскому обзору», — говорит один рецензент: «Это эмансипация плоти!» — восклицает другой. Но должно быть, что его книга имеет какие-нибудь достоинства, хотя бы достоинства изложения, если ее не прошли молчанием, а кричат со всех сторон — shocking!» И еще двадцать с лишним лет о нем в России писать не будут.

«Уолт Гуитман»

В 1883 году Н. Попов (в разных работах его называют то Н., то П. Попов, журнал доступен не всем) в «Заграничном вестнике» пишет: «Кто этот Уолт Гуитман? Это дух возмущения и гордости, Сатана Мильтона. Это Фауст Гете, но более счастливый, — ему кажется, что он разгадал тайну жизни; он упивается жизнью, какова она есть; и прославляет рождение, наравне со смертью, потому что он видит, знает осязает бессмертие. Это всеиспытующий натуралист, приходящий в восторг при изучении разлагающегося трупа настолько же, насколько при виде благоухающих цветов». Статья была сильно изрезана цензурой. Бедному Попову досталось со всех сторон. За переводы (и правда, далекие от оригинала) его отругал К. И. Чуковский. А за эти, пропущенные цензурой строки, он и вовсе угодил в тюрьму: «Он решительно отказывается сказать хоть одно слово в защиту эксплуатирующих классов. Немудрено после этого, что Гуитмана . обзывают коммунистом, социалистом, безбожником и т. д.». Непросто у нас писать о Уитмене. Но это была первая серьезная русская статья о великом поэте. Спасибо вам, господин Попов! Не забыт у нас Уитмен, не забыты и вы.

«Вальт Витман»

В 1892 году Уитмен удостоился чести попасть в «Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона». Статью о нем написала Зинаида Афанасьевна Венгерова, автор множества предисловий и статей для того же «Брокгауза» о Шекспире, Китсе, Метерлинке, Оскаре Уайльде. Набоков вспоминал, как она заявила Герберту Уэллсу, что обожает его книгу «Затерянный мир» [applause, LOL].

Зинаида Афанасьевна, возможно, поделила литературу на «серьезную» и «несерьезную». Не повезло Уэллсу, не повезло Дойлу, ну и уж заодно Уитмену досталось. «Сборник поэтических произведений Витмана» Leaves of Grass, несомненно, стоит вне всякой европейской литературы; это — продукт американской почвы. [Витман] мечтает для своей страны о поэзии, которая, отбросив все европейские источники вдохновения, забыв греческое искусство и средневековый романтизм, отразила бы жизнь американца. Он полагает, что открытие Америки так же интересно, как поход аргонавтов, что война между штатами столь же драматична, как осада Трои». Начитанная строгая девушка наотрез отказала Уитмену в отношении к европейской (тогда — мировой) литературе, определив его в разряд «местных авторов», и резюмировала: «При всей глубине отдельных частей, общая хаотическая непонятность замысла и антихудожественные приемы мало соответствуют репутации гениальности, признаваемой за автором». А «Листья травы» она назвала «ритмической прозой». Еще немного, небольшое усилие, и («Возле памятника в полночь!») Уитмен стал бы с ее легкой руки родоначальником рэпа. Хотя. и тут ведь без него вряд ли обошлось.

«Уот Уаптман»

Популярность в России началась для Уитмена, когда о нем начали писать люди популярные — а стало быть, одиозные. Среди них выделялся дядя Виктора Борисовича Шкловского — Исаак Шкловский, известный читающей публике как Дионео, золотое перо «Русских ведомостей», «Русского богатства» — и частый автор «Одесского листка». Именно там в 1896 году он впервые написал о «Уоте Уаптмане», сравнив его по степени таланта с Ницше.

Вторая статья Дионео «Оскар Уайльд и Уот Уитмэн» опубликована 1898 г. в «Русском Богатстве», и там Дионео не экономит на комплиментах: «несомненно, самый популярный теперь поэт английской, американской и австралийской демократии. Для Уитмена Америка и демократия одно и то же». Сейчас такое редко напишут.

На другом берегу русского общественного мнения зачитывались книгой Макса Нордау «Вырождение», где автор уделил Уитмену аж четыре страницы: «несомненно, помешанный. бродяга и развратник. Он страдает нравственным помешательством и не в состоянии отличить добро от зла. страдает манией величия. Подобострастничает пред американской денежной аристократией и падает ниц пред высокомерным янки». А еще к психопатам и аморальным личностям Нордау причислил Толстого, Золя, Ибсена, Метерлинка, Ницше, Суинберна. но очень тепло отозвался о Чезаре Ломброзо. Хоть завтра печатай в. — но будем вести себя скромнее.

Американский Толстой

Уитмена читал и любил Лев Толстой. Вот его слова:

«Главный недостаток Уота Уитмэна заключается в том, что он, несмотря на весь свой энтузиазм, не обладает ясной философией жизни. Относительно некоторых важных вопросов жизни он стоит на распутьи, и не указывает нам, по какому пути должно следовать. А, между тем, ошибки и недосмотры ясно-сознающего человека могут быть более полезны, чем полуправды людей, предпочитающих, оставаться в неопределенности».

Напиши это кто другой — и впору обижаться. Но если Толстой заметил — уже немало. А когда он спорит, да еще и называет «ясно сознающим человеком» — это с его стороны признание. А читал он Уитмена, и говорят — много. И подолгу. Похоже, правда. Сходное ощущение природы. Антропоморфированные образы деревьев и лошадей. Да они сами внешне похожи! Сравните. А Уитмена даже прозвали в Америке — «американский Толстой». Интересно, а кто — американский Достоевский?

С авторского на русский

Уитмена одним из первых переводил Тургенев. Это нельзя назвать полноценным литературным переводом — скорее заметки для себя. Список смысловых опор без ритмического рисунка.

Затем стоит упомянуть переводы Бальмонта. Вот кто искренне любил поэзию Уитмена — и не передал ее читателю совершенно: «через него душа моя, постепенно освобождаясь от фанатизма сердца, от горячей моей приверженности к единичным событиям и ощущениям единичной моей жизни, вступает в океан всемирности, слив все инструменты в громовой орган, поет самозабвенно. » — чур меня. Когда Чуковский показал свои переводы Уитмена Маяковскому, тот покритиковал: «. вы переводите его чересчур бонбоньерочно, надо бы корявее, жестче. И ритмика у вас бальмонтовская, слишком певучая». Чуковский очень расстроился.

Но он не просто расстроился — он сделал после этого прекрасные переводы. Это он сказал: «Пора Уолту Уитмену становиться русским поэтом». Это он дал Уитмену его окончательное «русское» имя. А потом — кто переводил Уитмена? Классики русской школы перевода. Одной из самых сильных на свете. Н. Банников, А. Старостин, И. Кашкин — попасть в такие руки для поэта все равно что самому выучить русский язык!

Шелест листьев травы

Но Уитмена важно не просто прочитать — его нужно услышать. Поэзия не живет одной лишь бумагой. Где же его искать?

В фильме «Общество мертвых поэтов» к изгнанному обществом и начальством учителю ученики обращаются, стоя на столах, со стихотворением Уитмена: «О Капитан мой, Капитан!» Да весь этот фильм пронизан Уитменом. А в фильме Дж. Джармуша «Вне закона» Роберто Бениньи читает «Листья травы» в тюремной камере. Причем. по-итальянски. Да ладно. Звучит Уитмен в кино и по-русски. Читает его Вениамин Смехов, создавший советский образ Смока Беллью.

В сериале «Миллиарды» к вернувшемуся в офис после выигранного суда Бобби Аксельроду подхалим Ари Спирос обращается с приветствием — надо же, со стола, и тоже с «Капитаном». Правда, в этом случае реакцией «капитана» стало «Спирос! Слезь. » Уитмен по силам далеко не каждому.

Но это все — цитаты.

Голос самого Уитмена

Мы можем услышать благодаря другому американскому гению — Эдисону. Это важно. Нам ведь нужно понять, как читать его поэзию и как она звучит. Но этот отрывок даст немного. Мы можем довериться великому Джеймсу Эрлу Джонсу, голосом которого говорит не только Дарт Вейдер. «Листья травы» в его исполнении — это впечатлит вас, даже если вы по-английски ни слова не знаете. И лучше читайте его сами — а то люди вон сколько понаписали, и каждый по-своему.

Если примерно подсчитать, сколько упомянуто здесь фамилий, проникнитесь — двести лет все эти люди жили, учились, писали, работали и старались для того, чтобы вы читали. Не только для этого, конечно. Но даже это повод завтра пойти на Красную площадь. За книгами!

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: