Оккупация карелии финскими войсками

Николай Стариков

политик, писатель, общественный деятель

Холодная мерзость: что творили финны в концлагерях во время Второй мировой

Холодная мерзость: что творили финны в концлагерях во время Второй мировой

Следственный комитет РФ возбудил уголовное дело по геноциду в Республике Карелия во время оккупации Финляндией в 1941–1944 годах. Финны оборудовали 14 концентрационных лагерей, в которых погибли как минимум 8 тыс. мирных жителей, а свыше 7 тыс. советских военнопленных были убиты самыми варварскими способами. Финны эти обвинения пытаются отрицать, что вызвало осуждение со стороны Московского бюро по правам человека. «Известия» — о странице истории войны, которую усиленно пытаются забыть наши северные соседи.

Документы рассказывают

Судя по опубликованным недавно архивным документам, крупных концентрационных лагерей в Финляндии было не менее четырнадцати, причем шесть в одном только оккупированном Петрозаводске. Также финны создали свыше 30 трудовых лагерей и более 40 лагерей для военнопленных. Всего за время оккупации Карелии с 1941 по 1944 год за колючей проволокой оказались более 24 тыс. человек — военнопленных и представителей гражданского населения.

Число жертв среди мирных жителей оценивается в 8 тыс. человек, в том числе свыше 2 тыс. детей. Свыше 7 тыс. военнопленных, как отмечают в Следственном комитете, «было зарыто живьем, умерщвлено в газовых камерах и расстреляно». Даже сейчас в Карелии проживает более двух тысяч бывших несовершеннолетних узников финских концлагерей, непосредственных свидетелей совершавшихся там зверств.

Фото: Управление ФСБ по Республике Карелия

Из справки народного комиссара государственной безопасности Карело-Финской ССР Михаила Баскакова от 3 июля 1943 года следует, что за организацию массовых убийств несут ответственность как минимум 24 финских военных. В их числе глава военного управления Восточной Карелии (военная администрация оккупированной территории) подполковник Котилайнен, его помощник подполковник Рагнар Нордстрем, начальника штаба военного управления подполковник Куусилу, начальники округов подполковники Сихвонен, Вясянен и Палохеймо. Непосредственными исполнителями актов геноцида названы комендант Петрозаводского концлагеря Валентин Микс, а также помощник начальника Святозерского концлагеря младший сержант Полевой. Насколько известно, большинство из них кары за свои деяния избежали.

Финская сторона эти обвинения пытается оспорить.Директор Национального архива Финляндии Юсси Нуортева назвал заявление российского СК «неожиданным и прискорбным», он уверяет, что финны не умерщвляли людей в газовых камерах и не закапывали их живьем. Кроме того, он отрицает цифру в 8 тыс. погибших мирных жителей. «В наших архивах приведена точная цифра со всеми именами. Умерших было 4 060», — заявляет Нуортева.

Финская пресса опубликовала также мнение сотрудника Национального архива Финляндии профессора Дмитрия Фролова. «У нас имеются в свободном доступе все данные, которыми мы поделились с российской стороной. Поэтому остается только удивляться, откуда у них такая информация», — сказал Фролов. Он ссылается на находящуюся в интернете в свободном доступе базу данных погибших советских военнопленных и гражданских лиц, созданную национальным архивом.

«Мы ещё в 2010–2011 годах передали российской стороне копии учетных карточек советских военнопленных, умерших в финских лагерях. В соответствии с финскими данными в лагерях Карелии скончалось 1998 советских военнопленных. Общее количество погибших пленных в 1941–1944 годах было около 20 000. В этой связи цифра в 7000 человек только в Карелии вызывает некоторое недоумение. Сведения о причинах смерти и местах захоронения есть в базе данных», — уверяет Фролов.

Ему вторит историк Антти Лайне, именующий финских солдат, вторгшихся в СССР, «необычными оккупантами». Лайне поясняет: «Дело в том, что из 83 тыс. жителей Восточной Карелии больше половины, то есть 41 тыс. человек, имели финские корни. К ним относились лучше, чем к русским, жившим на этой же территории. Финны были необычными оккупантами, поскольку они начали создавать на захваченной территории Восточной Карелии школьную и социальную систему. Целью создания лагерей для интернированных лиц не могло быть уничтожение людей. Лагеря создавались из страха, что русское население может начать партизанскую деятельность и диверсии».

Политика геноцида

Так где же правда? «Известия» обратились к директору института истории, политических и социальных наук Петрозаводского государственного университета, доктору исторических наук Сергею Геннадьевичу Веригину.

Профессор Веригин давно занимается темой финских концлагерей в Карелии, и вот что он рассказал: «На всю территорию Карелии, в которой тогда обитали всего 86 тыс. человек, финны создали свыше ста мест принудительного содержания местного населения. Это концлагеря для гражданского населения, трудовые лагеря, концлагеря для военнопленных, тюрьмы и другие места принудительного содержания. Честно говоря, я даже затрудняюсь назвать какую-либо иную оккупированную территорию, где в годы Второй мировой войны была создана столь высокая плотность лагерей для её жителей.

Я считаю, что оккупационная политика финнов была расистской. Конечной её целью было создание чистого в этническом отношении государства — Великая Финляндия. В соответствии с этим она четко делила жителей завоеванных земель на категории в зависимости от их национальности. Те обитатели Карелии, кто был по крови финно-уграми, оказывались в преимущественном положении в сравнении со славянами, которых и отправляли в концлагеря».

Лагерь №14. Фото: ptzgovorit.ru

Ученый подчеркивает, что людей насильно помещали в лагеря, где их ожидало полуголодное существование, каторжная работа, издевательства, антисанитария и болезни. Заключенные умирали в больших количествах. «Массовыми расстрелами и сожжением деревень, как то практиковали гитлеровцы, финны не занимались. Впрочем, у финских оккупантов и не было нужды в массовых казнях. Люди умирали своей смертью — в силу тех условий, в которые их поместили. В 1942 году смертность в финских концлагерях была даже выше, чем в немецких».

Жетон военнопленного лагеря. Фото: ptzgovorit.ru

Веригин добавляет, что не может согласиться с позицией финских историков по ряду вопросов, связанных с оккупацией Карелии. «Они утверждают, что в документах, которые были переданы в Национальный архив Карелии, значатся фамилии около 4 тыс. погибших в концлагерях. Но, во-первых, это данные с февраля 1942 по июнь 1944 гг. — а люди умирали и во второй половине 1941 года. Во-вторых, сами списки велись небрежно, мы видим много перечеркнутых фамилий. Для финнов погибшие русские люди не являлись существенным вопросом. Мы до сих пор не знаем точной цифры — сколько мирного гражданского населения погибло в концлагерях на оккупированной территории Карелии. То же самое касается и количества погибших в карельских концлагерях военнопленных.

Антти Лайне отмечает, что финны создали школьную и социальную сеть. Но ведь он вводит читателей в заблуждение: эта сеть создавалась только для финно-угорского населения Карелии! Когда «полноценные» карельские и вепсские дети ходили в школы, посещали детские сады, лечились в амбулаториях и медицинских пунктах, русские дети от голода умирали в концлагерях».

Далеко идущие цели

Схожую точку зрения высказал «Известиям» историк, писатель, директор Военного музея Карельского перешейка Баир Иринчеев, специализирующийся на теме советско-финских войн. «В интерпретации событий 1941–1944 годов между историками в России и Финляндии имеются значительные различия. Но есть факты, которые не отрицает ни финская, ни российская сторона. Финны рассчитывали, что Карелия на веки вечные войдет в состав их государства, и рассматривали ту часть её населения, что не относится к угро-финнам, как излишний и вредный элемент. Этого сейчас никто отрицать не может.

С другой стороны, насколько я понимаю, они хотели всю грязную работу оставить немцам. Почему, собственно, финны помещали «неправильное» население в концлагеря? Потому что они хотели дождаться окончательного сокрушения Советского Союза, дабы выслать славянское население Карелии на территорию России, занятую гитлеровцами — в рейхскомиссариат «Москва» или куда-нибудь еще. Делайте с ними, мол, что хотите… Более того, финны практиковали обмен с немцами советских военнопленных: дескать, отдайте нам наших финно-угров, а взамен забирайте политруков и евреев. Финны в порядке такого обмена передали немцам около двух тысяч человек, которые, судя по всему, были сразу расстреляны», — отметил специалист.

По словам Иринчеева, Финляндия вменяет в вину советским разведгруппам примерно 187 смертей своих гражданских лиц, но умалчивает о «подвигах» своих аналогичных формирований. «А ведь в одном Петровском Яме от рук финских диверсантов погибло 28 человек медицинского персонала советского госпиталя!» — подчеркнул Иринчеев.

Теперь на месте концлагеря музей. Фото: ptzgovorit.ru

В заключение стоит отметить, что в 2018 году Национальный архив Финляндии взялся за расследование причастности добровольцев из этой страны, воевавших в рядах СС, к убийствам гражданского населения Советского Союза. Далеко не всем известно, что финское воинское формирование численностью в 1408 человек действовало в 1941–1943 годах на Украине и Кавказе. Оно было частью танковой дивизии СС «Викинг», в составе которой воевали добровольцы из разных стран Европы.

Читайте также  Роль монастырей в xvii

По результатам изучения дневников добровольцев был подготовлен отчет, в котором указывается: финны, служившие в «Викинге», знали о преступлениях немецких нацистов и сами в них участвовали. Историк Юсси Нуортева приводит запись из дневника унтершарфюрера СС Кейо Кяярияйнена, сделанную 23 июня 1941 года: «Сегодня мы получили указания по поводу ведения боевых действий: среди прочего, всех пленных расстреливать».

Унтершарфюрер СС Яакко Хинтикка описал в своем дневнике бой близ североосетинского села Толдзгун: «Захватили пять шпионов в гражданском и прикончили. На закате отвели на гору и расстреляли. Еще пару пленных к ним добавили. Жесткое было дело, они всё просили пощады, но автомат не знает жалости. Самый молодой был 17-летний, следующий — 20-летний, остальные — бородатые деды. Последним расстреляли самого молодого, он сначала закопал товарищей и потом сам отправился на тот свет». Подобных свидетельств в записях оккупантов — в избытке.

Обложка: Фото: Архив Минобороны Финляндии

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оккупация Карелии финскими войсками

Отношения СССР и Финляндии в 1920-30-ых годах были напряжёнными. Советско-финская (Зимняя) война 1939-1940 годов стала ключевым событием, подтолкнувшим правительство Финляндии к союзу c Германией. Идея возвращения потерянных территорий получила большое распространение в общественном мнении Финляндии. Креп интерес и к территориям, ранее Финляндии не принадлежащим. Таковой являлась Восточная Карелия. Появился ряд исследований, в которых доказывалась близость этого региона к культуре Финляндии. Таким образом, военная экспансия Финляндии имела цель не только вернуть отторгнутые территории, но и захватить новые.

Начало Великой Отечественной войны дало возможность Финляндии реализовать эти планы. Совместно с Германией финны перешли границы СССР на севере, оккупировав большую часть Карело-Финской ССР.

Организация аппарата управления на оккупированных землях

На захваченных территориях финны перешли к внедрению своей административной системы. Созданное приказом маршала Маннергейма Военное управление Восточной Карелии (ВУВК) было главным органом в этой системе. Его руководителем стал подполковник Котилайнен. Он выпустил распоряжение, которое обязывало всех местных жителей выполнять приказы финской администрации. Появился перечень требований для населения, который провозглашал ряд запретов. В их число входили запреты на оружие и радиоаппаратуру, нахождение в ночное время суток на улице, присваивание или порчу государственного имущества, хранение и распространение политических книг. Советские солдаты должны были сложить оружие и сдаться в плен. Жителям предписывалось описать своё имущество и вернуться к занятию повседневной работой.

Административно-территориальное устройство захваченных земель также подверглось изменению. Вместо прежних образований появились три крупных округа: Олонецкий, Масельгский и Беломорский. Округа состояли из более мелких единиц – районов, которые в свою очередь делились на участки. Для управления участками назначались коменданты. Они осуществляли административное, хозяйственное и военное руководство участками. Крупными деревнями управляли уполномоченные Военного управления с помощниками-старостами. Кандидатуры на низовые управленческие должности (поселковых комендантов и сельских старост) выбирались из числа местных жителей.

В крупных населённых пунктах были созданы полицейские участки. Полицейские следили за соблюдением норм и порядков, установленных властями. К нарушителям порядка применялись различные карательные санкции, в том числе и расстрел. Около трети местного населения было перемещено в специальные лагеря. Их узники содержались в плохих условиях, что привело к гибели 14 тысяч человек.

Всё население оккупированных территорий делилось на две группы. К первой группе относились представители «национального» населения, куда входили близкие финнам народности. Ко второй группе, «ненациональному» населению, принадлежали все остальные жители Карелии. Первая группа находилась в более привилегированном положении по отношению ко второй. «Национальному» населению отдавался приоритет в обеспечении материальными благами.

Пропаганда на оккупированных территориях

Оккупационная администрация уделяла большое внимание просветительским мероприятиям для «национального» населения. Их задачей, помимо просветительства местного населения, являлось и формирование взглядов на историческую роль финнов и их сопротивление экспансии России по отношению к Финляндии. Помимо этого, подчёркивалась близость коренных народов Карелии к культуре Финляндии и работа финской администрации на их благо. Пропагандистская работа проводилась через газеты и радио. Самыми крупными из них были газета «Свободная Карелия» и радио Олонца. Финские пропагандисты доказывали несправедливость того, что Восточная Карелия входит в состав России, утверждая, что это земля должна принадлежать карелам. О коренном населении рассказывалось в доброжелательном ключе, подчёркивались его положительные качества. Новости проходили через отдел цензуры и публиковались только после его одобрения. Школьные предметы преподавались на финском языке. Приоритетными предметами стали такие гуманитарные науки, как история, религия, география и финский язык. Другой вопрос, которому уделялось внимание финских властей, было изменение топонимики и личных имен и фамилий жителей. Распоряжением ВУВК населённые пункты предписывалось преобразовать по единому образцу.

Последствия финской оккупации

Конец оккупации был положен летом 1944 года в ходе Свирско-Петрозаводской операции. 21 июня войска Карельского фронта перешли в наступление. 9 августа большая часть Карелии была освобождена. Военные действия и оккупация нанесли большой ущерб Карело-Финской ССР. Оказалось разрушено множество предприятий и населённых пунктов, сократилось количество население. Оккупация отрицательно сказалась на сельском и лесном хозяйстве. Преодоление этих последствий требовало больших сил от жителей Карелии.

  • Оборонительная операция в Заполярье и Карелии 1941 года (29 июня — 10 октября)
  • Наступление советских войск в южной Карелии. Выход их на границу с Финляндией
  • Оккупация Германией стран Европы

С одной стороны, Гюстав Карлович Маннергейм – доблестный храбрый русский генерал, 31 год отдал служению России, участник сражений Первой мировой войны, в том числе Брусиловского прорыва. С другой, финский маршал Маннергейм воевал на стороне Гитлера, вторгся на Карельский перешеек, установил блокаду Ленинграда с севера, поддержал белофиннов во время Гражданской войны. Поэтому.

Добавлю. В октябре 1941 г. финские войска оккупировали Петрозаводск. В городе действовало 6 спецлагерей – концентрационных, переселенческих, трудовых. В них содержалось около 25 тыс. пленных. Всего же в Карелии до 1944 г. было 14 лагерей, через них прошла треть населения. Около 14 тыс. заключенных погибло от голода, эпидемий, расстрелов.

Почему все-таки не была установлена доска Маннергейму в Санкт-Петербурге? По заявлению министра культуры В.Р.Мединского, этот акт в преддверии 100-летия Революции должен был объединить общество.

Вспомнил бы сейчас кто-нибудь о Маннергейме, если бы он, кроме участия в ПМВ, нигде бы больше не отличился? Вряд ли, к тому же, в Российской империи хватало генералов и полководцев, которых можно ставить в пример и которые не имеют позорных страниц в своей биографии.

Доску установили, но потом демонтировали из-за нескольких атак вандализма. Сейчас она находится в Ратном отделе музея Первой мировой войны в Царском селе.

Финская оккупация Карелии (1941—1944)

В 1941—1944 годах финская армия оккупировала восточную Карелию, которая никогда не принадлежала ни Финляндии, ни Швеции, в составе которой находилась Финляндия до 1809. В Карелии был установлен режим террора, направленный против нефинноязычного населения этой территории.

Содержание

  • 1 Концентрационные лагеря
  • 2 Фотодокументы
  • 3 Преследование финских военных преступников
  • 4 Библиография
  • 5 Примечания
  • 6 См. также

Концентрационные лагеря [ править | править код ]

Первый лагерь для советских граждан славянского происхождения, в том числе женщин и детей, был создан 24 октября 1941 года в Петрозаводске.

Целью создания финских концентрационных лагерей была «этническая чистка»: уничтожение русского населения в российском регионе, оккупированном финской армией [1] [2] [3] .

Численность заключенных в финских концентрационных лагерях в Карелии:

  • 13 400 — 31 декабря, 1941
  • 21 984 — 1 июля, 1942
  • 15 241 — 1 января, 1943
  • 14 917 — 1 января, 1944

Всего на территории оккупированной Карелии действовало 13 финских концентрационных лагерей, через которые прошло 30 тысяч человек. Около трети из них погибло. В эту статистику не входят данные о лагерях военнопленных, первые из которых начали создавать ещё в июне 1941 года и режим в которых мало отличался от режима концентрационных лагерей.

В своем письме домой 17 апреля 1942 года известный финский политический деятель и депутат сейма Вяйне Войонмаа (V.Voionmaa) писал [4] : «…из 20 тысячного русского населения Ээнислинна, гражданского населения 19 тысяч находятся в концлагерях и тысяча на свободе. Питание тех, кто пребывает в лагере, не очень-то похвалишь. В пищу идут лошадиные трупы двухдневной давности. Русские дети перерывают помойки в поисках пищевых отходов, выброшенных финскими солдатами. Что сказал бы Красный крест в Генуе, если бы знал об таком…»

Читайте также  Возвышение москвы на рубеже хii—xiii вв

Из-за плохого питания в финских концентрационных лагерях уровень смертности был очень высок, в 1942 году он был даже выше, чем в немецких концлагерях (13.7% против 10.5%) [5] . По финским данным во всех «переселенческих» лагерях с февраля 1942 года по июнь 1944 года умерли от 4 000 (примерно 90% из которых в 1942 году) [6] до 4600 [7] человек, или 3409 человек по персональным спискам, в то время как по свидетельству бывшего заключенного А.П.Коломенского (в обязанности которого входило вывозить и захоранивать трупы умерших из «переселенческого» лагеря №3) только за 8 месяцев с мая по декабрь 1942 года и только в этом лагере погибли 1 014 человек [8] .

Заключенные финских концлагерей, также, как и немецких, отрабатывали «трудовую повинность». На принудительные работы направляли заключенных с 15-летнего возраста, а в «трудовом» лагере в Кутижме — даже 14-летних подростков [9] , с состоянием здоровья не считались [10] . Обычно рабочий день начинался в 7 часов и продолжался до 18-19 часов, на лесозаготовках до 16 часов дня с часовым летом или двухчасовым зимой перерывом на обед [11] . Поскольку мужчины в первые дни войны были призваны, большинство «рабочей силы» в лагерях составляли женщины и дети. В 1941-1942 годах работу заключенных лагерей не оплачивали, после поражения немцев под Сталинградом стали платить от 3 до 7 финских марок в день, а непосредственно перед заключением перемирия еще больше — до 20 марок (по свидетельским показаниям А.П.Коломенского) [12] .

Особой жесткостью по отношению к заключенным отличалася охрана «переселенческого» лагеря № 2 (неофициально считавшегося «лагерем смерти» — в этот лагерь направляли «недостаточно лояльных» заключенных) и его комендант, финский офицер Соловаара (Шаблон:Lang-fi), осуждения которого как военного преступника после войны безуспешно добивались советские власти. В мае 1942 года он на построении лагеря устроил показательные избиение заключённых, вся вина которых заключалась в том, что они просили милостыню. За попытки уклониться от лесозаготовок или отказаться от работ финские солдаты избивали заключённых до смерти на глазах всех работающих для того, чтобы, как выражались финны, «другие учились» [13] .

Согласно сведениям, полученным советской Чрезвычайной государственной комиссией по расследованию злодеяний финских оккупантов в 1941—1944 годах, финскими оккупантами практиковались медицинские опыты над узниками концлагерей и клеймление узников, причём в отличие от немецких нацистов финны не только делали татуировки узникам, но и клеймили их калёным железом. Также как и немцы, финны торговали рабами с «восточных территорий», продавая насильно угнанных на работы советских граждан для использования их в сельском хозяйстве [2] , то есть в Финляндии фактически практиковалась работорговля.

Всего по данным К. А. Морозова за 1941—1944 годы в Карелии погибло около 14 000 мирных жителей. В данное число не входят военнопленные, однако следует учитывать следующее обстоятельство — до 1942 года в РККА фактически отсутствовал единый документ, удостоверяющий личность рядового и сержантского состава (красноармейская книжка). Поэтому как немцы, так и финны, причисляли к военнопленным абсолютно всех лиц, хотя бы примерно подпадающих под призывной возраст. Если при этом учесть, что подавляющее большинство сельского населения в СССР паспортов тоже не имело — становятся понятны совершенно фантастические цифры «сдавшихся в плен» и соответственно к числу «военнопленных», погибших в лагерях, следует отнести немалое количество гражданского населения.

Фотодокументы [ править | править код ]

Фотография концлагеря (т.н. «переселенческого» лагеря), располагавшегося в Петрозаводске в районе Перевалочной биржи на Олонецкой стороне. Лето 1944 года [14] . Без комментариев.

Эти фотографии с сайта Линия Маннергейма были сделаны финским сержантом Тауно Кяхоненом в 1942 году:

  • Фото сделано околоМедвежьегорска весной 1942 года. Для справки: активные боевые действия в этом районе закончились в конце ноября-начале декабря 1941 года..
  • Фото сделано летом 1942 года под Олонцом. Для справки: линия фронта на тот момент проходила на несколько десятков километров южнее, по Свири. Действия финских солдат — без комментариев.
  • Русские солдаты зимой 1941/42 годов. По официальной версии — погибшие в бою. Без комментариев.

Преследование финских военных преступников [ править | править код ]

Никто из финских военных преступников до начала 2007 года не понёс наказания именно за преступления против человечности и военные преступления, в отличие, например, от нацистских военных преступников и их пособников из республик Прибалтики и Украины.

По данным финского исследователя Х.Сеппяля [2] , после окончания войны руководитель Союзнической Контрольной комиссии А. А. Жданов передал 19 октября 1944 года премьер-министру Финляндии У. Кастрену список, в котором значился только 61 человек, которых советская сторона требовала задержать за военные преступления. Из лиц, перечисленных в списке кроме военных комендантов 34 человека были на службе в штабе Военного управления, в основном в концлагерях, и шесть человек в лагерях военнопленных. По списку с октября 1944 года по декабрь 1947 года финскими властями было задержано 45 человек, из которых 30 были освобождены за отсутствием вины (то есть, их вина была неочевидна для финских властей), 14 наказаны незначительными сроками лишения свободы за конкретные уголовные преступления(вскоре освобождены) и один — штрафом. Остальные так и не были разысканы, финские власти ссылались на «неясность» для них списка, а советская сторона не настаивала на его уточнении, хотя имела для этого все возможности. В частности, бывшие военные коменданты В. А. Котилайнен и А. В. Араюри после войны уехали из Финляндии. Их имена также были в списке, их обвиняли в неравном распределении продуктов, (что привело к смерти от голода и болезней многих заключённых концлагерей) и использовании детского труда. С обоих обвинение было снято после их возвращения в Финляндию в 1948 и 1949 годах. На основании финских документов оба они обвинялись в расизме, но уже в конце 40-х годов финские юристы не расценивали это как преступление. По мнению доктора права Ханну Рауткаллио, никакого состава преступления в сущности не было: «Правду в отношении к гражданскому населению надо искать между крайностями. Там, конечно, были отклонения, но комиссия Куприянова в своем рапорте объявила преступным почти всё, что делали финны».

Также, пользуясь случаем, советская сторона потребовала выдачи 22 лиц, в основном бывших российских подданных, обвинявшихся в «контрреволюционной деятельности». В данном случае финская сторона не стала ссылаться на «неясность» списка и разыскала 20 человек (двое успели скрыться); они были арестованы и переданы советским властям. В их числе оказался и один пособник финских оккупантов, гражданин СССР.

Финских военных преступников и их пособников, оказавшихся в плену или задержанных советскими военными властями, судили советские трибуналы. Все они получили реальные сроки и смогли вернуться на родину только после амнистии, объявленной Хрущевым в 1954 году.

  • В 1999 году Финляндия потребовала от прокуратуры Республики Карелия выдать финской стороне по списку ветеранов-партизан, которых в Финляндии «будут судить компетентным судом». [15]

nord_ursus

Записки северного медведя

Cogito ergo sum

Всем нам хорошо известны различные места боевых действий Великой Отечественной войны — Смоленск, Ленинград, Ростов, Сталинград, Севастополь. Но тема Карельского фронта как-то всегда оставалась подзабытой. А ведь половина Карелии (тогдашней Карело-финской ССР), включая Петрозаводск, была оккупирована финскими войсками, союзными немцам. В 1941 году Финляндия выступила против СССР в стане союзников нацистской Германии. Причин, побудивших финское руководство к такому шагу, было несколько. Это и жажда реванша за Советско-финскую (Зимнюю) войну 1939-1940 годов, и ведущий своё начало с 1918 года антисоветский настрой финской политической элиты вкупе с намерением присоединить Карелию к Финляндии, и, наконец, боязнь попасть под немецкую оккупацию, угроза которой появилась в апреле 1940 года, когда немецкие войска оккупировали Норвегию и вышли к финской границе.

Итак, в Карелии финские войска действовали самостоятельно, участвуя в реализации плана «Барбаросса», в июне-сентябре 1941 года финны вновь заняли принадлежавшие им до 1940 года Карельский перешеек и Северное Приладожье, а затем перешли старую границу, замкнув на Карельском перешейке блокаду Ленинграда с севера, а в Восточной Карелии продвигаясь к Мурманской железной дороге и Онежскому озеру. Одновременно с этим часть аэродромов в Северной Финляндии была предоставлена самолётам Люфтваффе, которые бомбили Мурманск и советские порты на Кольском полуострове.

2. 2 октября 1941 года Петрозаводск в результате боёв был оккупирован финской Карельской армией (Karjalan armeija):

3. Финский солдат водружает флаг над вокзалом:

Читайте также  Правление николая i

5. Вскоре город был переименован финнами в Яянислинна (Äänislinna), что переводится с финского как «Город на Онего». На самом деле, приведённая русская транскрипция не вполне верна, так как звука, соответствующего финской букве Ä, в русском языке нету.

6. В зданиях присутственных мест на площади Ленина разместилась оккупационная администрация:

7. А в деревянных зданиях слева размещалась оккупационная военная комендатура:

8. Финские солдаты на фоне памятника Ленину:

9. А самого Ильича финны свергли и поставили на его месте пушку:

10. Вид города сверху:

11. В Петрозаводске и на прилегающих территориях во время оккупации действовало 10 концентрационных лагерей, первый из которых был открыт 14 октября 1941 года.

В концлагеря помещалось преимущественно русское население, которое, как «неродственное», было значительно ущемлено в правах по сравнению с финно-угорским, и, по распоряжению главнокомандующего финскими войсками К. Г. Маннергейма, впоследствии должно было быть выслано в немецкую зону оккупации. За годы финской оккупации Карелии через концлагеря прошло около 30 тысяч человек, а смертность в концлагерях составляла в среднем около 10%, то есть в финской зоне оккупации условия были лишь немногим лучше, чем в немецкой.

12. Дети-узники петрозаводского концлагеря. Это фото было сделано в 1944 году после освобождения города и представлялось как доказательство на Нюрнбергском процессе.

13. Финские солдаты на фоне здания Совмина:

14. Ворота педучилища, в здании которого оккупационными властями была устроена финская школа:

15. Финны на улице Дзержинского:

Надо сказать, что в деле союза с Гитлером Маннергейм был осторожен и старался выполнять не все его требования, так как понимал, что Советский Союз ещё может и победить, и в этом случае за союзническую верность Гитлеру ему и Финляндии ничего хорошего не будет.

Летом 1944 года началась Выборгско-Петрозаводская наступательная операция. 20 июня Красная армия взяла Выборг, а на следующий день перешла в наступление в Восточной Карелии, где начала теснить войска финской Олонецкой группы (Aunuksen ryhmä). Финны отступали в некоторых местах без боя, и 28 июня 1944 года части Красной армии освободили Петрозаводск. К концу августа финские войска полностью отступили за линию границы.

16. Советские офицеры в Петрозаводске после его освобождения. Фото на фоне Александро-Невского собора:

С этого момента в Карелии снова наступил мир.

oper_1974

  • Add to friends
  • RSS

Мемуарная страничка

Честные злодеи Родиной не торгуют.

Финские войска, вышедшие к старой границе состояли из пяти дивизий — 12,18,2,10,15, впрочем и эти части нельзя назвать свежими, еще хуже обстояло дело с желанием воевать.
Показателен такой случай (из показаний пленного Нуммине Матти Эдуарда, солдата 57 пп, на допросе в штабе 43 сд 19.09.41) — 6 сентября 2-й батальон 57 пп финнов получил приказ идти в наступление.
Солдаты побежали, кто до штаба полка, кто до штаба дивизии, что бы заявить о своем нежелании «идти на русскую землю». Батальон собрали, построили и командир дал команду: «Кто не желает воевать — пять шагов вперед!».
Из 130 солдат батальона вышло более сотни. Сразу же после этого состоялся суд и многие получили от четырех до восьми лет каторги (впрочем, намеченная атака состоялось).

В сущности судьба Восточной Карелии была решена 16 июня, когда Верховное командование дало приказ войскам в Восточной Карелии начать плановый отход к финской границе. В то же время было приказано направить на Карельский перешеек три дивизии.
Приказ командования вызвал изменения в планах эвакуации, по новому приказу местное население не подлежало эвакуации. В случае если население по собственной инициативе начало бы двигаться в Финляндию, людям следовало помочь.
С эвакуацией скота решено было просто. Министерство сельского хозяйства и ветеринарная служба, опасаясь заболеваний скота, запретили перегонять коров из Карелии в Финляндию.
Находящемуся на свободе населению выдали продовольствие по талонам июня и за половину июля, практически месячную норму. В магазинах «Вако» для скорейшего освобождения складов началась распродажа товаров, так как в связи с отступлением армии все транспортные средства оказались занятыми.

В Шелтозерском районе в период подготовки к эвакуации произошли неожиданности. Как пишет О. Тихонов, секретарь Центрального Комитета Куприянов 13 июня отдал Тучину приказ отправить людей и скот в леса, организовать партизанский отряд, подготовить базу и усилить политработу с местным населением.
16 июня Тучин сообщил, что он ожидал приказа ЦК и что численность партизанского отряда на данный момент 73 человека. На следующий день он запросил 20 автоматов и 70 винтовок. 20 июня Тучин получил разрешение на проведение активных действий.
Щелтозерский комендант капитан Лаури Ориспя в июле в отчете об эвакуации писал, что местное население соблюдало спокойствие, но «. к сожалению, один инцидент все же произошел. Староста деревни Мяен-кюля (Горнее Шелтозеро) Мийтро Пилвехинен, или Тучин, который очень усердно помогал нашему руководству и награжден медалью за помощь в поимке десанта, попросился с нами в Финляндию.
Но его истеричная жена не согласилась на переезд, а Пилвехинен в одиночку не согласился уезжать. После этого, чтобы как-то оправдать себя в глазах русских, он организовал из местного населения шайку, задачей которой было противодействовать финнам».

Далее Ориспя рассказывает, что «шайка» застрелила одного полицейского. При преследовании ее двое были задержаны, а самого Пилвехинена поймать не удалось. Ориспя никак не верил, что Пилвехинен мог быть агентом, настолько он был старательным.
Лейтенант Монтонен хорошо знал Пилвехинена по работе в Военном управлении и допускал, что в самом конце он мог организовать какое-то сопротивление, но поначалу вызывал полное доверие. Монтонен также подтвердил, что в связи с убийством финского полицейского арестовали двух человек, которых расстреляли за попытку к бегству.
В списках партизанских отрядов нет упоминаний о создании партизанских отрядов в Шелтозере и Сегозере в конце войны. Судя по всему, в Шелтозере все же работала подпольная группа. Тучин-Пилвехинен искусно служил двум хозяевам и поддерживал подпольную группу в Шелтозере.

В начале эвакуации территории военных управлений закрепили за воинскими подразделениями, и первоочередными при эвакуации были объекты и грузы, представляющие военный интерес. Несмотря на заранее подготовленные планы, эвакуацию пришлось проводить в такой спешке, что многие материалы и склады пришлось уничтожить, архивы сжигать, а порой оставлять военное имущество противнику.
С оккупированной территории в Финляндию эвакуировалось 2799 человек, или 3,35 процента от всего населения, находившегося в оккупации. Из них национальных было 2196 человек, ненациональных — 603. Из национальных карелов было 1422, вепсов 314, финнов 214, ингерманландцев 176, прочих 70. Из ненациональных русских было 244, украинцев 259 и прочих 100 человек.
В целом можно сказать, что количество переселившихся в Финляндию было незначительным. На настроение местных жителей повлияли многие факторы, в частности, организованное сопротивление.

Население также видело, что финны перед уходом уже не питали чувства родства и что сами были в большом затруднении. Значительная часть жителей поддерживала советский строй и не хотела переезжать в чужую страну, тем более в такую, которая была на грани военного краха и, как знать, возможно, и оккупации.
Для некоторых эвакуация была неизбежной. Для тех, например, что находились на службе у финнов и боялись привлечения к суду за предательство. Женщины, состоявшие в браке с финнами или мужчинами, ушедшими в родственные батальоны, также подлежали эвакуации.
Лагеря строго охранялись до тех пор, пока не уходили последние подразделения охраны. Лагерей к началу эвакуации было восемь, из них шесть — в Петрозаводске. Находящиеся в районе лесозаготовок отдельные лагеря закрыли и рабочих отправили в большие лагеря. Заключенных обеспечили продовольствием до 8 июля 1944 года и зарплату им выдали продуктами.

Хельге Сеппяля. «Крах политики великой Финляндии». Журнал «Север» 1995 № 4,5,6.

Хельге Сеппяля финский военный историк, родился в 1924 году в Ювяскюля. В 1942-1944 годах был на фронте. В 1958 году окончил артиллерийское училище, в 1960 — Высшее военное училище. Автор многих статей и книг по военной истории. В «Севере» публиковался в 1985 и 1988 гг. Живет в Хельсинки.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: