Обострение кризиса феодализма - Sogetsu-Mf.ru

Обострение кризиса феодализма

Самым крупным рабовладельческим государством древности была Римская империя, игравшая заметную роль в судьбах многих народов нашей Родины. Народы Прич...

Обострение кризиса феодализма

Кризис рабовладельческой системы. Основные черты феодального строя

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5

Падение рабовладельческой Римской империи

Самым крупным рабовладельческим государством древности была Римская империя, игравшая заметную роль в судьбах многих народов нашей Родины. Народы Причерноморья и Закавказья испытали на себе тяжесть римской оккупации, а древние славяне в течение нескольких веков вынуждены были вести борьбу с римлянами. Постоянная погоня за новыми тысячами рабов побуждала Рим вести в больших масштабах завоевательные войны и вмешиваться в дела соседних государств. Весь рабовладельческий мир Европы и Ближнего Востока, от Испании на западе и до Парфии на востоке, был в значительной мере связан общностью судеб. Кризис рабовладельческой формации был всеобщим и более или менее одновременным. Кризису сопутствовали так называемые «варварские завоевания», принявшие наибольший размах в эпоху «великого переселения народов» (III — VI вв.). Сущность их состояла в том, что «варварские» народы, у которых шел процесс разложения первобытнообщинных отношений, начинали переходить в наступление против римских рабовладельцев, рассматривавших эти народы как источник пополнения империи рабами. Варваров привлекали богатства Рима.
Объединенные в огромные союзы, двигавшиеся в походы против римских городов (иногда со всем имуществом и семьями), эти народы представляли грозную силу для рабовладельческой империи и для рабовладельческого строя в целом.
Однако главной причиной падения рабовладельческого строя было то, что сам способ производства, основанный на непосильном подневольном труде полуголодных рабов, не имевших ни семьи, ни жилища, ни какой бы то ни было заинтересованности в результатах своего труда, ни гарантии сохранности своей жизни, изжил самого себя. Достигнутый уровень развития производительных сил пришел в вопиющее противоречие с примитивной формой производственных отношений. Рабовладельческое хозяйство основывалось не на высокой технике, а на большом количестве рабов.
Идеологи римского рабовладельческого хозяйства в период кризиса рекомендовали своим собратьям-рабовладельцам крайне жестокие и бесчеловечные методы обращения с рабами: побои, голод, даже сознательные физические увечья. Ответом на это были убийства господ рабами, восстания как в отдельных латифундиях (больших имениях), так и в целых областях. Классовая борьба являлась показателем обострившегося кризиса.
Единственным выходом был переход к новым формам производственных отношений, соответствующим достигнутому уровню производительных сил. Сельскохозяйственная техника того времени позволяла вести хозяйство самостоятельно каждой отдельной семье. Поэтому новые производственные отношения могли принять форму эксплуатации владельцем земли ряда крестьянских семей, заинтересованных в успехах своего единоличного хозяйства. Уже в самом начале кризиса рабовладения в I — II вв. н. э. появилась практика дробления имений, сдачи земельных участков в аренду, помещения рабов и вольноотпущенников на земле господина в качестве арендаторов, ведущих самостоятельное хозяйство. Этот процесс происходил повсеместно, свидетельствуя о зарождении элементов будущей формации — феодализма — в недрах рабовладельческого общества Европы и Азии.

Основные черты феодального строя

При феодализме в руках господствующего класса находятся средства производства и прежде всего земля. Собственность господствующего класса феодалов на землю давала ему возможность эксплуатировать зависимое крестьянство, феодалы передавали крестьянам земельные наделы, на которых они вели единоличное хозяйство собственными орудиями труда. Поэтому феодальная земельная собственность является основой феодализму
Экономически реализуя право собственности на землю, феодалы получали часть продукта крестьянина (земельная рента). На протяжении феодального строя существовали три исторически сменявшихся вида ренты: отработочная (барщина), натуральная (оброк продуктами) и денежная. В конкретно-исторических условиях развития отдельных народов последовательность смены форм феодальной ренты была различной. Распространение денежной ренты, связанное с ростом товарности сельского хозяйства, означало появление предпосылок, а затем и начало разложения феодального способа производства.
При наличии у крестьян самостоятельного хозяйства феодалы могли заставить их работать на себя лишь средствами внеэкономического принуждения. Поэтому типичной чертой феодального строя является личная зависимость крестьян от землевладельцев и их прикрепление к земле.
Для феодализма характерно господство натурального хозяйства в деревне и в усадьбе феодала. Центрами ремесла и торговли были укрепленные города, в которых наряду с работой ремесленников на заказ постепенно развивалось мелкое товарное производство, рассчитанное на рынок. С течением времени появлялось товарное производство и в сельском хозяйстве.
Феодализм возникал путем разложения рабовладельческих отношений, зашедших в тупик вследствие низкой производительности рабского труда, физического вымирания рабов и постоянных восстаний против рабовладельцев. Ряд народов перешли к феодализму в результате разложения первобытнообщинного общества, достигшего такого уровня развития производительных сил, при котором было возможно не общинное, а индивидуальное крестьянское хозяйство.
Рост металлургического промысла, распространение железного плуга и ткацкого станка, распространение земледельческих и огородных культур, садоводства, виноделия и т. д. — таковы основные явления в области развития производительных сил, делавшие возможным возникновение и развитие феодальных производственных отношений.
Феодализм представлял собой прогрессивное явление по сравнению с первобытно-общинным и рабовладельческим строем прежде всего потому, что он давал больший простор развитию производительных сил, чем предшествующие формации. Вместо коллективного труда общинников, объединенных лишь вследствие примитивности техники, или вместо труда бесправных рабов, рассматривавшихся господами наравне со скотом, при новой формации основой производства стал труд многих тысяч крестьянских семей, ведших свое хозяйство своим сельскохозяйственным инвентарем и поэтому заинтересованных в результатах своего труда. Несмотря на наличие Барщины и феодальных поборов, средневековый крестьянин был несравненно свободнее, чем античный раб.
Феодальная эксплуатация вызывала постоянное сопротивление крестьянства. Классовая борьба в эпоху феодализма была направлена, прежде всего, против землевладельцев, а также против богатой верхушки горожан, купцов и ростовщиков. Классовая борьба велась непосредственными производителями материальных благ с целью отстоять право и возможность своего дальнейшего развития, отстоять долю полученного их трудом прибавочного продукта. С течением времени классовая борьба подрывала основы феодального строя. В этом заключается прогрессивное значение антифеодальной борьбы в эпоху феодализма.

Б.А. Рыбаков — «История СССР с древнейших времен до конца XVIII века». — М., «Высшая школа», 1975.

Кризис позднего Средневековья

  • Кризис XIV—XV вв., также известный как Кризис Позднего Средневековья, или «кризис феодализма» — термин, употребляемый в западной и советской историографии для обозначения кризисных процессов, которые происходили в некоторых странах Западной Европы в XIV—XV вв.

Уже в 30-х годах XX века западные историки при рассмотрении социально-экономических процессов, имевших место в некоторых европейских странах в XIV—XV вв., обращали особое внимание на «кризисные явления» в европейской экономике этих периодов, выдвигая на первое место в качестве определяющих факторов движение цен, населения, «запустение» земель и т. п. По их мнению, с 20-х годов XIV века начинается экономический спад в истории Европы. Численность населения падает (эпидемии XIV века не являются здесь основной причиной, а лишь усиливают начавшуюся раньше убыль). Обработанные земли частью забрасываются, города приходят в упадок, продукция сельского хозяйства и промышленности уменьшается, прогресс техники приостанавливается, затормаживается развитие торговли, особенно внешней, падают цены. С последней четверти XV века начинается новый подъём, сопровождаемый ростом цен. Упадок наступает постепенно и не имеет катастрофического характера. Так же постепенно он изживается. Упадок не значит бедственного положения для всего населения: некоторые его части вполне могли процветать в данный период.

Такие историки, как Вильгельм Абель, Мэри Керуэль, Д. Гризиотти-Кречманн, Постан и др. опирались, с одной стороны, на более раннюю историографическую традицию, восходившую к работам немецких и австрийских историков конца XIX — начала XX в. — К. Т. Инама-Штернега, К. Лампрехта, А. Грунда, О. Шлютера и др., с другой — на выводы, навеянные исследованиями относительно кризисных явлений в аграрном секторе капиталистических стран в 20-х годах XX столетия, в частности на работы М. Зеринга.

Эти тенденции получили своё дальнейшее развитие в западной историографии послевоенного периода. В это время детально разработанные работы, посвящённые «кризису» западноевропейского феодализма в XIV—XV веках, появляются не только из-под пера западных историков (Фридрих Лютге, Эрнст Кельтер, а также английских исследователей Джона Солтмарша, Джозайи Кокса Рассела, Г. Р. Тревор-Ропера, М. Добба, М. Постана и др., Эдуард Перруа, Карло Чиполла, Карл Хельнер, Йохан Шрейнер, Робер-Анри Ботье), но и историков стран «народной демократии» (Франтишек Гаус, Мариан Маловист). В 1950-х годах эта проблема стали предметом специальных международных симпозиумов и сессий.

Читайте также  Внешняя политика россии в эпоху дворцовых переворотов

Примерно в то же время с критикой концепции выступили советские историки, в частности видный советский медиевист Е. А. Косминский. Косминский признавал кризисные явления в Англии, с натяжками признавал кризис во Франции и отдельных районах Германии, однако отмечал, что говорить о «европейском кризисе» нужно крайне осторожно, поскольку нет исторических данных, которые бы подтверждали наличие кризиса в Голландии, Италии, Испании, скандинавских странах, Северной и Восточной Европе. Косминский также отрицает классификацию кризиса как мальтузианского, что было сделано Постаном: «Крайне сомнительно, что население Европы в XIII веке выросло настолько, чтобы доступная для возделывания, распашки и колонизации земля не могла прокормить возросшее население». Как отмечал впоследствии другой известный советский медиевист М. А. Барг, вопрос о кризисе феодализма был принципиально важным для марксистской историографии, поскольку советские историки никак не могли признать, что кризис феодализма как экономической системы произошёл до начала Нового времени и буржуазных революций.

Связанные понятия

В историческом контексте термин «Новый империализм» обозначает период колониальной экспансии крупных европейских держав, а также США и Японии, в конце XIX — начале XX веков; период беспрецедентной конкуренции между ними в приобретениях заморских владений. В эпоху Нового империализма западные державы (и Япония) подчинили почти всю Африку и значительные части Азии. Новый империализм как явление характеризуют как дальнейшее развитие острого соперничества между великими державами в борьбе за мировые.

Европа оставалась незаселённой людьми довольно долго. Откуда пришёл человек в Европу, спорно. Известно только, что Европа не являлась местом зарождения человечества. Существуют версии о том, что первые гоминиды пришли в Европу из Индии. С этим согласуются генетические исследования. Но наиболее разработанной является гипотеза о приходе гоминидов в Европу из Африки через Переднюю Азию. Есть предположение, что это произошло в середине виллафранкского времени. До Homo Sapiens Европу и Западную Азию заселяли.

Большинство политических и культурных явлений до нового времени имело универсальный, а не национальный характер. Громко заявив о себе в конце XVIII века в связи с революциями в Америке и Франции и приведя к распаду европейские империи и колониальные системы в XIX и XX веках, национализм по сей день остаётся одной из ведущих мировых идеологий.

Кризис феодализма и развитие капиталистических отношений на Украине

Вместе с Россией Украина вступила в период общего кризиса феодально-крепостнической формации. Развитие производительных сил Украины пришло в конфликт со старыми производственными крепостническими отношениями. Всё отчётливее развивался капиталистический хозяйственный уклад в экономике Украины.

В первой половине XIX в. Украина являлась преимущест­венно сельскохозяйственной областью, однако её промышленное развитие делало заметные успехи.

На Украине увеличивалось количество мануфактур, росло число предприятий с вольнонаёмным трудом. Численность вольнонаёмных рабочих на Украине в 1828 г. составляла 22,5% общего количества рабочих, занятых в промышленных предприятиях. В 1825 г. на Украине функционировало 649 промышленных предприятий, а в 1850 г.— 1 655 (вместе со свеклосахарными заводами). В 40-х годах дворянская суконная мануфактура уже пришла в упадок, её место заняла купеческая фабрика. В это же время впервые появились в суконной промышленности механические станки. На Киевщине во второй четверти XIX в. существовало 15 купеческих фабрик с годовой продукцией стоимостью в 668,5 тыс. руб. Стали возникать также основанные на вольнонаёмном труде салотопенные, свечносальные, мыловаренные предприятия, хотя ещё незначительные по своим размерам; обычно они принадлежали купцам или мещанам; только 5,9% всех предприятий по обработке животных продуктов принадлежали дворянам. Начало распространяться свеклосахарное производство. В 1827 г. в Киевщине был основан первый сахарный завод, а накануне крестьянской реформы па Украине уже функционировало 255 свеклосахарных заводов. По количеству выпускаемой продукции первое место оставалось за свеклосахарными заводами Киевщины. С 1843 г. в свеклосахарной промышленности стали применяться паровые двигатели.

Свеклосахарная промышленность была сосредоточена главным образом в руках помещиков, но появились и предприятия, принадлежавшие не дворянам. Русские купцы также вкладывали свои капиталы в свеклосахарную промышленность на Украине. Правобережная Украина была более развита в промышленном отношении. На Левобережной Украине наиболее промышленной являлась Черниговская губерния. В степной Украине промышленность была совсем слабо развита.

В начале XIX в. на Украине были открыты залежи каменного угля. Это имело первостепенное значение для развития металлургической промышленности. В связи с открытием железной руды в Бахмутском уезде, Екатеринославской губернии, а также около Мариуполя в конце первой четверти XIX в. началось развитие железоделательной и металлообрабатывающей промышленности.

Крепостное право было главным тормозом развития производительных сил в сельском хозяйстве. Помещики увеличивали доходность своих имений расширением запашки и усилением эксплуатации крепостного крестьянства. Расширение помещичьей запашки производилось за счёт обезземеливания крестьян: развился процесс сгона крестьян с земли или сокращения крестьянской запашки, особенно на Правобережье. В Киевской губернии количество обезземеленных крестьян доходило до 34%. Почти всё крепостное крестьянство Украины работало на барщине, причём последняя сплошь и рядом была ежедневной. Быстро увеличивалась численность месячников. В конце первой половины XIX в. наибольшее количество их было в губерниях Екатеринославской (12,4% общего количе­ства крепостных) и Харьковской (11,33%).

Техника сельского хозяйства на Украине была низкой, в помещичьем и крестьянском хозяйствах преобладало трёх­полье при отсутствии почти всякого удобрения. Степная Украина (Новороссия) в первой половине XIX в. была ещё слабо заселена. Екатерина II, Павел I и Александр I роздали тут помещикам тысячи десятин земли. Помещики, а также казна переселяли на новые места своих крестьян целыми деревнями — к 1819 г. население степной Украины уже доходило до 3 млн. человек (тут было немало русских, но преобладали украинцы). Между степными помещиками происходила жестокая борьба за рабочие руки. Сюда стремились в поисках наёмной работы оброчные крестьяне русских и северных украинских губерний. Особенно значителен был отход крестьян из Полтавской губернии. Но отсутствие железных дорог тормозило приток рабочей силы, и потребность помещиков степной Украины в вольнонаёмном труде полностью не могла быть удовлетворена.

Вопрос о вольнонаёмном труде вообще становился всё более настоятельным для помещичьего хозяйства. Он оживлённо обсуждался на страницах «Записок Общества сельского хозяйства Южной России». Расчёты экономических статей говорили в пользу вольнонаёмного труда. Харьковский профессор Степанов в своих «Записках по политической экономии» категорически высказывался за применение свободного тру да. Пропаганда свободного труда встречала наименьшее сопротивление среди помещиков степной Украины, где вообще процент крепостных был невелик и где крупное хозяйство можно было вести преимущественно на базе вольнонаёмного труда.

В области сельского хозяйства на Украине также развивались новые явления, происходил тот же процесс разложения феодального уклада, что и во всей России.

После присоединения к России Крыма и берегов Чёрного моря перед помещиками Украины открылись широкие возмож­ности вывоза за границу зерновых продуктов и сельскохозяйственного сырья.

Обстановка начала XIX в. также была благоприятна для помещиков Украины. Развивавшаяся европейская промышленность предъявляла всё больший спрос на зерновые продукты. Украинские помещики усилили вывоз продуктов своих хозяйств через порты Чёрного и Азовского морей. Они всячески закручивали пресс крепостного угнетения, чтобы увеличить доходность своего хозяйства, крепостное же право тормозило подъём производительности труда. Некоторые дворяне начали выступать с проектами безземельного освобождения крестьян (Кара-зин, князь Репнин).

Континентальная блокада мало задела украинских помещиков, так как хлебный экспорт направлялся отсюда в первую очередь не в Англию, а в Грецию, Италию, Турцию, Австрию. В 1815 г. через Одессу было вывезено товаров на сумму 14 664 тыс. руб., а в 1816 г.— 37 717 тыс. руб. Через порты Чёрного моря проходила почти половина всего общероссийского хлебного экспорта.

С конца 30-х годов расширились возможности сбыта сельскохозяйственных продуктов. Неурожай в Западной Европе (1846—1847 гг.) и отмена хлебных законов в Англии создали благоприятную конъюнктуру для украинского помещичьего хозяйства. Хлебные цены выросли: в Одессе цены на пшеницу поднялись вдвое — с 18 до 36 руб. ассигнациями за четверть. Увеличился вывоз зерновых продуктов через черноморско-азовские порты. В 1839 г. было вывезено свыше 2 млн. четвертей, а в 1847 г. вывоз поднялся до 5% млн. четвертей.

Читайте также  Внешняя политика русского государства

Порты Чёрного моря имели важное значение для народно­хозяйственного развития Украины: через них шёл весь украинский вывоз в Западную Европу. Рост Одессы, Херсона, Таганрога, Николаева, Очакова был связан с развитием сельскохо­зяйственного экспорта. Одесса становилась главным городом по экспорту: с 1804 по 1817 г. её торговля увеличилась с 5 млн. до 17 млн. руб.

Чтобы подвезти к портам громадное количество зерновых продуктов, требовалось не менее 300 тыс. пар волов; их были обязаны дать крепостные крестьяне, и подводная повинность стала для них особо тяжёлым бременем. Необходимость перехода к железнодорожному транспорту стала очевидной для украинских помещиков. В 1857 г. было учреждено Общество Южной железной дороги, в числе акционеров которого находилась вся местная землевладельческая знать. Был выдвинут проект строительства железной дороги Харьков — Феодосия.

Рядом с помещичьим крепостным хозяйством начало развиваться и недворянское землевладение. Купцы становились владельцами ненаселённых имений и вели хозяйство с помощью вольнонаёмного труда.

Во второй четверти XIX в. на Украине стало усиленно развиваться тонкорунное овцеводство. Этому содействовал рост суконной промышленности в Центральной России и возрастающий спрос на шерсть. На чернозёмных землях паслись тысячи мериносов, шерсть которых привозилась на украинские ярмарки в Харьков, Полтаву, Ромны и продавалась русским и украинским владельцам суконных мануфактур, а частью вывозилась за границу. Помещики обращали луга в пастбища, присоединяли к пастбищам крестьянские земельные наделы. Тариф 1822 г. содействовал развитию овцеводства, защищая местную шерсть от иностранной конкуренции. Лошадей закупали для нужд армии; цена на них была довольно высокая. Это также содействовало развитию пастбищ. Овцы и лошади «пожирали людей». Крестьянство беднело, разорялось, численность его домашнего скота уменьшалась. Не менее широко было распространено овцеводство и в степной Украине, где за недостатком рабочих рук засев земли зерновыми культурами был невыгоден. Украинские помещики почти полностью удовлетворяли спрос на шерсть, предъявлявшийся Центральной Россией, Белоруссией и Украиной. Часть шерсти вывозилась в Южную Европу через порты Черноморья. Развивалась также культура льна. В 1836 г. в Англию было вывезено 52 тыс. четвертей льняного семени, а в 1847 г.— 733 тыс. четвертей. Украинские помещики расширяли посевы ржи, чтобы использовать её для винокурения. В 1827 г. правительство отказалось от водочной монополии и перешло к откупной системе, что содействовало развитию винокурения. В одной Киевской губернии в 40-х годах насчитывалось 372 водочных завода с 3 500 рабочими; заводы вырабатывали 3 млн. вёдер вина общей стоимостью в 1,6 млн. руб. серебром.

Несмотря на незначительный рост городского населения, ёмкость внутреннего рынка Украины всё же серьёзно вы­росла. Обороты основных украинских ярмарок — Харьковской, Полтавской, Роменской и Контрактовой в Киеве — всё возрастали. Так, на Контрактовой ярмарке заключались сделки по купле и продаже сахара для всей империи. Ярмарки на Украине становились всероссийскими рынками сырья: сюда съезжались купцы из Москвы и многих других русских городов для закупки украинских сельскохозяйственных продуктов и сбыта русских фабрикатов. Украина была экономически тесно связана с империей. С ярмарок товары распределялись по всей Украине через коробейников, офеней и разносчиков. Сбывая промышленные изделия по сёлам и хуторам, они одновременно скупали украинское сырьё для сбыта на тех же ярмарках. Из среды крепостного крестьянства выделялись отдельные лица, занимавшиеся скупкой сырья, зерна и местных кустарных изделий. Эти торговые люди, выкупившиеся из крепостной неволи, часто вкладывали свои денежные средства в промышленные предприятия. Крупные сахарозаводчики Яхненко и Симиренко были выходцами из зажиточного крестьянства. Владелец крупного сахарного завода в Черниговской губернии, вырабатывавшего до 200 тыс. пудов сахару в год, вышел из купцов. Украинская буржуазия развивалась и укрепляла свои экономические позиции.

В процессе развития буржуазных отношений и разложения феодально-крепостного хозяйства развивалась украинская буржуазная нация.

FullHistoria

Подробно о истории

  • Главная
  • Новое
  • Популярное
  • Карта сайта
  • Поиск
  • Контакты

Обострение кризиса феодальных отношений

Некоторая централизация Японии, осуществленная Токугава, прекращение междоусобных войн на первых порах содействовали подъему производительных сил. В течение всего XVII века расширялись посевные площади, совершенствовалась техника сельского хозяйства. В деревню проникали товарно-денежные отношения. Рента становилась смешанной, натурально-денежной. Развивалось ремесло. Появились домашняя промышленность и первые мануфактуры. Купцы-скупщики снабжали крестьянские семьи сырьем и забирали у них готовую продукцию. Различные районы страны специализировались на производстве определенных изделий домашней промышленности. Значительно расширилась внутренняя торговля. На этой основе в феодальной экономике Японии начал формироваться капиталистический уклад.

В XVIII в. мануфактурное производство расширилось, охватив ряд отраслей (прядение, ткачество, винокурение, соеварение, красильное и гончарное дело, сахароварение, производство бумаги и т. п.). В конце XVIII в. в г. Кйрю была изобретена прядильная машина, приводимая в действие от водяной мельницы.

Подъем производительных сил сопровождался усилением внутренних противоречий феодальной экономики. Принявшая крайние формы эксплуатация крестьянства уже к середине XVIII в. привела к застою в экономическом развитии, к упадку сельскохозяйственного производства. Абсолютистские порядки, произвол властей и самурайства, цеховые регламентации стали препятствием к развитию ремесла и мануфактурной промышленности.

Происходило дальнейшее усиление феодальной эксплуатации и произвола. Налоги взыскивались за несколько лет вперед. Крестьянское население быстро разорялось. Это вызывало крупные крестьянские восстания. Волна их прокатилась по Японии в XVIII и начале XIX столетия. С конца XVIII в. наряду с крестьянскими восстаниями вспыхивали антифеодальные выступления городской бедноты. В 1787 г. население Осака восстало против высоких цен на рис, установленных купцами-монополистами при поддержке токугавских властей. В дальнейшем «рисовые бунты» охватили и другие города Японии.

Обострение классовой борьбы было одним из ярких проявлений кризиса токугавского режима. К этому времени, когда в Западной Европе и Северной Америке побеждал и утверждался промышленный капитализм и начинался новый этап колониальной агрессии европейских держав на Востоке, феодальная система в Японии переживала глубокий внутренний кризис.

В первой половине XIX в. еще более обострился кризис феодально-абсолютистского режима Токугавского сегуната, причем в Японии в отличие от других стран Азии в недрах феодального общества формировался капиталистический уклад.

К этому времени натуральный оброк уже принял в японской деревне смешанную, денежно-натуральную форму. Потребность в деньгах усиливала зависимость крестьян от ростовщиков, купцов, кулаков.

Хотя закон запрещал заклад и отчуждение земли, крестьяне вынуждены были закладывать свои земельные участки, которые переходили в руки новых владельцев — ростовщиков и купцов. В деревне появилась малочисленная, но экономически сильная прослойка богатых крестьян — гоно, которые также захватывали заложенные земельные участки и эксплуатировали разорявшуюся крестьянскую бедноту. К гоно примыкали госи — землевладельцы из рядовых самураев. К середине XIX в. около трети всей обрабатываемой земли уже находилось в руках «новых помещиков» — купцов, гоно и госи. Формально оставаясь держателями земли, крестьяне помимо оброка князю должны были еще вносить высокую арендную плату ее новым фактическим владельцам. Многие крестьяне превращались в пауперов.

В первой половине XIX в. значительно увеличилось число и размеры мануфактур. Если за весь XVIII век было основано УО мануфактур, то за первые две трети XIX в. их возникло 300. Расширялись крупные горные разработки меди, золота, железа. Особенно значительное распространение мануфактурны* предприятия получили в юго-западных районах. В большинстве мануфактур применялся труд наемных рабочих. В 1854 г. в Японии насчитывалось свыше 300 промышленных предприятий с числом рабочих более 10. На некоторых мануфактурных предприятиях имелось по нескольку десятков ткацких станков

Появление капиталистических мануфактур означало, что в Японии наряду со сложившейся ранее торговой буржуазией начала формироваться и промышленная буржуазия.

В своеобразных условиях происходил процесс первоначального накопления капитала. Обнищавшие крестьяне устремились в города. Тяжелый гнет, непосильные налоги, усилившаяся эксплуатация со стороны торгово-ростовщического капитала приводили к массовому разорению ремесленников. Так складывалась категория людей, лишенных собственных средств производства и вынужденных продавать свою рабочую силу. С другой стороны, крупные торгово-ростовщические дома (Ми-цуи и др.), возникшие еще в средние века, сосредоточили в своих руках значительные богатства. Но феодальные порядки мешали тому, чтобы эти богатства превратились в капитал, были вложены в развитие промышленности. Абсолютистский характер и деспотизм сегунской власти, сословный строй, цеховая регламентация — все это препятствовало развитию капитализма в Японии.

Читайте также  Перестройка в общественно-политической жизни

Свадебный подарок
Не заплатив ни цента, Дональд Трамп подарил своей невесте Мелани Кнаусс кольцо стоимостью $1.5 млн. Платиновое кольцо, украшенное 15 бриллиантами общим весом 13 карат, он получил в качестве аванса за услуги, которые Трамп собирается оказать ювелирной фирме Graff. .

Иран в позднее средневековье
Большая часть городских домов была сложена из самана (сырой земляной или глиняный кирпич) и только дома феодальной знати строились из обложенного кирпича. Улицы были узки и тесны, их редко мостили. Новая столица была застроена великолепными дворцовыми ансамблями. Особенно выделялись шахский дворец «Чехиль-сутун», шахская мечеть, медресе .

Защита интересов России в Средней Азии.
В середине XIX в. в Средней Азии существовало три государства в форме восточных деспотий: Кокандское ханство (население – 2,5 млн. узбеков, таджиков и киргизов), Бухарский эмират (около 2 млн. представителей различных национальностей), Хиванское ханство (700 тысяч узбеков, туркмен, каракалпаков). Кроме того, на этой территории проживали .

Атлантическое единство Европы сменилось новым феодализмом

Происходящее сегодня в ЕС можно описать одним словом — паника. Второе слово, а точнее, понятие — триумф национальных государств при полной растерянности Брюсселя. Что интересно, это происходит на фоне логичного ослабления трансатлантических связей по причине массового изоляционизма. Из-за пандемии коронавируса «Единая Европа» стремительно рушит то, что сама построила, и впадает в новый феодализм.

Если сегодня последствия такого ослабления неочевидны, то это только вопрос времени и воображения. Никакой политик в условиях COVID-19 не способен проводить массовые военные учения. Вспомним сорванные Defender Europe 2020 с явной антироссийской направленностью — 40 тысяч военных из 17 стран НАТО.

Кроме того, оказалось, что из всего доступного арсенала средств европейские власти пока пользуются самыми простыми, схожими по эффективности и деликатности с ломом приемами. Закрыть, запретить, объявить мобилизацию, если будет недостаточно — вывести на улицы войска, засадить всех по домам.

Судя по цифрам роста заболеваемости, в условиях Европы это работает не совсем эффективно.

Смертность от COVID-19 находится на уровне 2,3%. В Италии — от 4% до 6%, такие цифры приводит научный руководитель Центра экологической политики Московской школы управления Сколково Николай Дурманов.

Так почему же мы наблюдаем столь истеричные действия по всей Европе? Ответ тоже известен: процент смертности среди людей старше 65 — порядка 15%. Европа стара, 15% для нее — огромные цифры, миллионы жизней.

Не говоря о том, что управляющий класс в целом тоже далеко не молод.

Вакцина против коронавируса пока не изобретена. Лечат симптомы. В какой-то момент человек, если мы говорим об острой фазе COVID-19, начинает задыхаться. Чтобы дать шанс организму выработать иммунитет и поддержать его жизнеспособность, необходимо умелое использование аппарата искусственной вентиляции легких (ИВЛ) вместе с анестезией.

В Латвии всего 100 аппаратов ИВЛ. Стариков куда больше: 660–670 тысяч.

Так как медицинское оборудование не работает само по себе, требуются медики. И не стоматологи, а врачи совершенно определенной квалификации. Иначе жизнь стариков, наших мам и пап, находится под угрозой. Этих медиков в каждой стране, конечно, больше, чем аппаратов ИВЛ, но тоже не хватает.

Очевидно, что нельзя мгновенно нарастить мощности по выпуску ИВЛ. И совершенно невозможно клонировать взрослых, квалифицированных и готовых к работе врачей.

Так как коронавирус крайне прилипчив, то ситуация, в которой почти одновременно заболеют 100 тысяч или больше пожилых людей, даже для Латвии абсолютно реальна.

А теперь объясните, какое отношение к спасению стариков от COVID-19 имеют меры политической, а по факту и экономической изоляции в Европе? Не проще ли попытаться организовать систему временной изоляции и социального сопровождения на период эпидемии старшего поколения?

Разве для этого нужно закрывать границы, отменять перелеты, сокращать рабочие часы торговли и персонал, вводить комендантский час, ликвидировать личный прием посетителей в государственных и муниципальных учреждениях, прекращать выдавать паспорта и визы, отменять занятия в школах и вузах, переносить выборы, рейсы общественного транспорта, словом, как во времена крепостного права, привязывать людей к земле без введения Юрьева дня?

Кстати, с отменой рейсов общественного транспорта совсем смешно. Когда транспорт ходит реже, люди вынуждены передвигаться в переполненных трамваях, троллейбусах, маршрутках и так далее. Рай для вируса.

Так что же мы наблюдаем в Европе? Реинкарнацию и возвращение феодализма? Набор идиотских тысячи и одной меры, для нормальной реализации которых на текущий моменте ни у одной европейской страны нет нормальных технологических решений и интеллектуальных сил?

Если кто-то собирается остановить движение, этот кто-то желает остановить жизнь. В этот момент хочется громко стукнуть невидимку и закричать — ау, милейший, вы о чем? Вернитесь в реальность! Попробуйте-ка запретить людям дышать. Ведь в этом случае невозможность заразится COVID-19 стопроцентна!

Когда все мы дружно и весело начнем работать из дому, применяя креативность и сказочное вдохновение, рекомендованное английским премьером Борисом Джонсоном, кто все-таки будет сортировать глубоко замороженное куриное мясо на складах Германии?

Ведь если прекратить сортировать курятину, она внезапно закончится, но не на складах, а на полках магазинов. Чуть позже — во всех холодильниках разных стран. Как можно остановить строительство новых зданий и еще миллион самых разных вещей современной экономики, которым невозможно сказать СТОП даже на секунду или заниматься ими удаленно от слова совсем?

Реальность же состоит в том, что невозможно, отгородившись от соседей, надеяться сохранить в ЕС такие вещи, как общий рынок товаров и услуг, единый бюджет и рынок труда.

Более того, если мы посмотрим на карту, то поймем, что возникший хаос и распад прежних связей неизбежно толкнут окраины Европы в лоно российского влияния. Малое тяготеет к большому, как ни крути.

Если изоляция и карантин продлятся более двух месяцев (а это почти медицинский факт, учитывая, что тренды на усиление изоляции в Латвии и Европе будут только нарастать), это обернется мощнейшим падением уровня жизни, который нельзя будет быстро восстановить и компенсировать старыми инструментами.

Сегодня Банк Латвии уже говорит о падении ВВП на 6,5%. А если карантин продлится четыре месяца? Цифры станут двузначными?

И ладно бы только Латвии. Что делать, если экономики Германии и Франции упадут на двадцать процентов? За счет каких денег будет жить ЕС? Что там с принятием второго долголетнего бюджета Союза с 2021 до 2027 года? Тишина. Ни круга на воде.

Поможет ли Америка? Вопрос риторический. Трамп уже заговорил о катастрофе национального масштаба.

И помогать Штаты будут только себе и только за счет других.

Если часть экономистов думает, что гиперинфляция послевоенной Германии, столь прекрасно описанная в романах Ремарка, никогда не вернется в Европу и все раны излечит печатный станок, то времена, когда цены на пачку масла будут менять дважды в день — утром и вечером, — не за горами.

Ресурсов на всех не хватит, и каждое правительство из чувства самосохранения начнет отдавать приоритет внутренним проблемам. Все станут действовать в польском стиле, когда своя рубашка ближе к телу.

Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Ольга Уварова/ автор статьи

Приветствую! Я являюсь руководителем данного проекта и занимаюсь его наполнением. Здесь я стараюсь собирать и публиковать максимально полный и интересный контент на темы связанные с историей и биографией исторических личностей. Уверена вы найдете для себя немало полезной информации. С уважением, Ольга Уварова.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Sogetsu-Mf.ru
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: