Русская православная церковь. к.п. победоносцев - Sogetsu-Mf.ru

Русская православная церковь. к.п. победоносцев

Органы церковного управления, административно-территориальное деление церкви и роль церковно-приходских школ и главы Синода в России конца XIX в.

Русская православная церковь. к.п. победоносцев

Русская православная церковь. К.П. Победоносцев

Реформы, проводившиеся в России во второй половине XIX в., практически не затронули организационную структуру Русской Православной Церкви. Как и раньше, царь оставался главой Церкви (верховным земным покровителем), но непосредственными делами церковного управления ведал Святейший Синод. Он состоял из присутствия и собственно управления. Присутствие объединяло высших иерархов Православной Церкви, выносивших свои решения по важнейшим вопросам жизни Церкви.

Компетенции Святейшего Синода принадлежали все дела Церкви: истолкование церковных догматов, распоряжения по обрядовости и молитвам, назначение должностных лиц, заведование имуществом, просвещение, борьба с еретиками и раскольниками, цензура, судебные дела духовных лиц. Возглавлял это влиятельное ведомство обер-прокурор Святейшего Синода. С 1880 и до конца 1905 г. на этой должности бессменно находился известный консервативный деятель К. П. Победоносцев.

Церковь делилась на 66 епархий — 64 в пределах России, одна в Америке (Алеутская) и одна в Японии. Каждая епархия, возглавляемая архиереем, назначаемым царем по согласованию с Синодом, подчинялась непосредственно Синоду. Епархиальный архиерей мог носить титул митрополита, архиепископа или епископа. Он являлся в пределах епархии не только высшим церковным административным лицом, но и главным учителем веры и нравственности.

Структура местного церковного управления, помимо архиерея, включала еще духовную консисторию, ведавшую собственно управлением и церковным судом, училищный совет, занимавшийся делами церковно­приходских школ, и попечительский совет, оказывавший помощь бедным лицам духовного звания. Каждая епархия делилась на благочинные округа, каждый из округов включал от 15 до 35 приходских храмов. Вне епархий находились церкви придворного и военного ведомства, а также 10 крупнейших монастырей.

Всего в России к концу XIX в. насчитывалось более 80 млн. православных верующих и 37 тыс. приходов. В число православных входили и старообрядцы (раскольники), которых, поданным Синода на 1895 г., насчитывалось около 13 млн. человек и которые не подчинялись синодальному управлению.

В России действовало 4 духовные академии (900 студентов), 58 духовных семинарий (около 19 тыс. учащихся), 183 духовных училища (около 32 тыс. учащихся), 49 епархиальных женских училища (около 13 тыс. учащихся) и 13 женских училищ духовного звания (около 21 тыс. учащихся).

С начала 1880-х гг. Церковь стала играть активную роль как бы второго Министерства народного просвещения. Александру III была близка идея широкого развития в стране сети церковно-приходских школ. Подобные начальные учебные заведения не только давали основы грамотности, но и прививали духовно-нравственные т. к. преподавателями являлись по преимуществу церковно-приходские священники. К началу 1880-х гг. таких школ было немного — всего около 5 тыс. К 1894 г. церковно-приходских школ стало почти 31 тыс., в них обучались более 1 млн. мальчиков и девочек.

Оберпрокурор Святейшего Синода К. П. Победоносцев являлся одним из образованнейших правоведов своего времени. Ему принадлежит целая серия историко-юридических трудов, а его трехтомный «Курс гражданского права» служил учебным пособием нескольким поколениям студентов.

Причину общественных нестроений, источник видимых недостатков реального мира Победоносцев видел не в общественных учреждениях, не в системе отношений между людьми, а в нравственной природе самого человека. Несовершенные люди не могут построить на земле ничего совершенного — вот главный камертон мировоззрения К. П. Победоносцева. Человек слишком грязен и темен, и пока душа его не просветлится светом Небесной Истины, ждать ничего хорошего не приходится. Обер-прокурор Синода выступал непримиримым критиком любых попыток социального реформирования общества. Главные мировоззренческие постулаты черного кардинала империи, как его называли противники, отразились в «Московском сборнике К. П. Победоносцева. Обер-прокурор Святейшего Синода категорически выступал против воспроизведения в России любых форм государственно-либеральных западноевропейских моделей. Всеобщее избирательное право и парламентаризм Победоносцев назвал великой ложью нашего времени.

Конструктивными факторами истории для него являлись государство и Церковь, неразделимые, «как дух и тело». Отделение Церкви от государства неминуемо приведет к гибели и того и другого, — считал обер-прокурор. Русское государство, провозглашал он, может существовать только при сильной верховной царской власти, потребность в которой глубоко таится в душе русского человека.

Как широко образованный человек Победоносцев хоро-сенат и Синод не знал, как складывался исторический путь России, Петербург и предвидел трагические повороты в судьбах Отечества. Он не раз высказывался о неизбежном крушении Российской империи. Это пророчество производило странное впечатление на слушателей, ведь оно звучало из уст высокопоставленного должностного лица, обязанного защищать основы и начала империи, а не предрекать их грядущую гибель.

Победоносцева нельзя было обвинить в пассивности. По мере сил и возможностей он старался пресекать опасное, с его точки зрения, развитие общественных событий в стране. Однако политика недопущения и запретов, непременным сторонником которой являлся глава Синода, сама по себе была лишена какого-либо созидательного содержания и не сулила никакой перспективы стране.

Русская православная церковь. к.п. победоносцев

История Православной Церкви до начала разделения Церквей

Задача этого труда несложная и понятна будет всякой душе истинно христианской; эта задача — внушить учащимся детям любовь к Церкви, научить любить ее сознательно за то, что она все превозмогла и сберегла в себе тот святой огонь, который Спаситель пришел Сам низвести на землю! Горит огонь этот и поныне, и, если Бог даст, даже эта малая книжка сможет зажечь его в юных сердцах, когда по прочтении ее станет им понятно чувство умиления и благодарности за то, что соблюдена нам наша Церковь во всей красоте своей!

Грустно и обидно, если при мысли об «Истории Церкви» возникает представление о заучивании известных фактов, расположенных в известном порядке, как то: последовательное перечисление семи Вселенских соборов с обозначением цели каждого и т. п. История Церкви должна запечатлеться не в одной памяти, но в сердце каждого, как таинственная история страдания ради великой бесконечной любви. Должно помнить, что все те, которые в борьбе и страдании претерпели до конца, терпели не только ради имени Божия, но нераздельно и ради Церкви Его: как во времена языческие самые страшные гонения не могли искоренить открытого исповедания Господа, так и во времена иконоборства никакие страшные гонения не могли заставить отречься от святых икон, когда их освятила Церковь, не могли заставить умолкнуть те чудные песнопения, которые именно во время преследований слагались с такой любовью в честь этих икон.

При должном отношении к истории Церкви скажется во всей полноте великое значение самой Церкви и станет понятно, что ничто не может сокрушить ее и что она теперь та же, что была в те далекие времена — источник нашей лучшей радости и единственное наше земное сокровище.

Наше сказание начинается с описания Рима в ту пору, когда в последний раз прибыл в Рим святой апостол Павел, и оканчивается в ту пору, когда впервые упомянуто в истории о нашей вновь просвещенной стране, и история Русской Православной Церкви сразу становится тождественной и уже нераздельной с историей русского народа.

В нашем рассказе мы не касаемся истории Церкви апостольской, самых первых годов служения апостолов, не считая себя вправе перефразировать сказания самих апостолов.

Наша книжка предназначена для учительской школы: детям этих школ уже знакома книга Деяний, пусть же привыкнут они прямо в этой святой книге находить простое вдохновенное сказание о том, как сложилась история Церкви с самой той минуты, как приняла она Духа Святого. Пусть представление об этих первых годах роста Церкви останется во всей чистоте своей без примеси нашего словосочинения… Что можем мы убавить или прибавить, например, в величавой картине обращения Савла? Священные слова лучше сохранить и для ума, и для сердца, и для слуха в неприкосновенной святости «Слова Божия», в цельном составе той книги, в которой они «сияют лучезарною красою».

Содержание книги Деяний святых апостолов

Глава I. Повеление господа Иисуса Христа.

Он повелел им: не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца… ибо Иоанн крестил водою, а вы, через несколько дней после сего, будете крещены Духом Святым (Деян. 1:4,5).

И будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли. Сказав сие, Он поднялся в глазах их, и облако взяло Его из вида их (Деян. 1: 8, 9).

Ожидание в молитве и моление об исполнении обещания.

Избрание на апостольское служение нового апостола: жребий выпадает Материю.

Глава II. Пятидесятница.

Сошествие Святого Духа на апостолов. И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра… И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать(Деян. 2: 2 — 4).

Великое смущение народа.

Мощное слово Петра: он приводит целый ряд пророчеств, которые ясно указывают на только что совершившиеся события, и в заключение призывает народ к покаянию: покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа. Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим и всем дальним, кого ни призовет Господь Бог наш(Деян. 2: 38, 39).

Читайте также  Российские сословия xix века

Народ умиляется сердцем: в этот самый день крестится около 3000 душ. Верующие пребывают в любви и молитве, и с каждым днем спасаемые прилагаются к Церкви.

Глава III. Первое чудо: исцеление хромого от рождения.

Изумление и страх народа.

Петр снова обращает речь свою к народу: что дивитесь сему, или что смотрите на нас, как будто бы мы своею силою или благочестием сделали то, что он ходит. И ради веры во имя Его, имя Его укрепило сего, которого вы видите и знаете, и вера, которая от Него, даровала ему исцеление сие перед всеми вами, и снова заканчивает эту свою речь призывом к покаянию тех, которые по неведению распяли Христа: Бог, воскресив Сына Своего Иисуса, к вам первым послал Его благословить вас, отвращая каждого от злых дел ваших… Итак покайтесь и обратитесь, чтобы загладились грехи ваши, да придут времена отрады от лица Господа (Деян. 3: 12, 16, 19,20,26).

Глава IV. Злоба и досада саддукеев.

Апостолов отдают под стражу.

Первосвященники Анна, Каиафа и другие, призвав апостолов, требуют, чтобы они признались, чьей властью они сотворили чудо.

Петр, исполнившись Духа Святого, дает ответ: то да будет известно всем вам и всему народу Израильскому, что именем Иисуса Христа Назорея, Которого вы распяли, Которого Бог воскресил из мертвых, Им поставлен он перед вами здрав (Деян. 4: 10).

Первосвященники, недоумевая перед смелостью этих простых, некнижных люде и не имея возможности опровергать очевидное чудо, решают отпустить апостолов, запретив им с угрозой учить о имени Иисуса.

Но Петр и Иоанн единодушно возвысили голос к Богу и сказали: Владыко Боже, сотворивший небо и землю и море и все, что в них! И ныне, Господи, воззри на угрозы их, и дай рабам Твоим со всею смелостью говорить слово Твое (Деян. 4: 24, 29).

Многое множество народа уверовало, и у уверовавших было одно сердце и одна душа(Деян. 4: 32).

Глава V. Апостол Петр обличает во лжи Ананию и Сапфиру. Кара Божия постигает их.

Чудеса исцеления продолжаются, народ прославляет апостолов.

Зависть первосвященников и саддукеев возрастает. Апостолы, по их приказанию, заключены в темницу. Ангел Господень ночью выводит их из темницы: сказал: идите и, став в храме, говорите народу все сии слова жизни (Деян. 5: 19, 20).

Изумление и ярость синедриона, когда узнали, что заключенные апостолы на свободе и проповедуют в церкви.

Апостолы перед синедрионом.

Смелые ответы Петра и других апостолов на вопрос первосвященника: не запретили ли мы вам накрепко учить о имени сем? — доводят гнев синедриона до крайних пределов. Замышляют умертвить их.

Знаменитый законоучитель Гамалиил своей разумной речью отклоняет членов синедриона от их намерения наложить руки на апостолов.

Апостолы с радостью переносят бесчестие побиения во имя Господа Иисуса.

Отпущенные с повторением запрещения говорить о Христе, они продолжают открыто благовествовать слово Божие, и число верующих все возрастает.

Глава VI. Ропот еллинистов, недовольных распределением пособий, ежедневно раздаваемых апостолами из общей казны.

Апостолы решают именно на это служение поставить 7 диаконов, чтобы самим пребывать в молитве и служении слова.

Рукоположение Стефана, Филиппа и пяти других диаконов.

Стефан силой своей проповеди увлекает многих: и из священников очень многие покорились вере (Деян. 6: 7).

ПОБЕДОНОСЦЕВ КОНСТАНТИН ПЕТРОВИЧ

Константин Победоносцев, 1902 год

Константин Петрович Победоносцев (1827 — 1907), русский государственный деятель, юрист, обер-прокурор Святейшего Синода (1880 — 1905).

Родился 21 мая 1827 года в Москве, в семье профессора Московского университета, дед Победоносцева был священником. В семье было 11 детей, сам Победоносцев характеризовал свою семью как «благочестивую, преданную царю и отечеству, трудолюбивую».

В 1841 году поступил в Училище правоведения в Санкт-Петербурге, кончил курс в 1846 году и поселился в родном доме в Москве, на службе в сенате.

Современники отзывались о молодом Победоносцеве как о человеке “тихого, скромного нрава, благочестивом, с разносторонним образованием и тонким умом”. Отец готовил Победоносцева к священническому званию, но он избрал иную стезю. По окончании Училища правоведения (1846) Победоносцев начал службу в московских департаментах Сената.

В 1859 — 1865 годах он служит профессором-юристом Московского университета. Его курс “Гражданского права”, выдержавший пять изданий, превратился в настольную книгу юристов.

В конце 1850-х выступал как либеральный писатель-публицист. В начале 1860-х принял деятельное участие в разработке судебной реформы (1864), отстаивая принципы независимости суда, гласности судопроизводства и состязательности судебного процесса.

В 1861 году был приглашен для преподавания юридических наук цесаревичу Николаю Александровичу, для чего на год переехал в Санкт-Петербург, в 1863 году сопровождал цесаревича в поездке по России и, как он сам пишет, «стал известен и двору».

В 1865 году он оставляет профессорскую должность и окончательно переселяется в Петербург, где продолжает придворную преподавательскую деятельность, был преподавателем истории права у цесаревича Александра Александровича, a позднее — у его наследника Николая Александровича: «Я стал известен в правящих кругах, обо мне стали говорить и придавать моей деятельности преувеличенное значение. Я попал, без всякой вины своей, в атмосферу лжи, клеветы, слухов и сплетен».

В 1868 году Победоносцев стал сенатором, в 1872 году — членом Государственного совета.

По свидетельству известного адвоката А. Ф. Кони, речи Победоносцева, произнесенные в Сенате и Госсовете, производили сильное впечатление на слушателей, поражая своей безукоризненной логикой, ясностью и силой убеждения.

В тот же период активно занимался и научно-публицистической деятельностью, опубликовал 17 книг, множество статей, документальных сборников, переводных сочинений по истории и юриспруденции.

В конце 1870-х во взглядах Победоносцева произошел коренной перелом. Победоносцев теперь был убежден в ложности идей парламентаризма, свободы печати, демократии. Видел в православии консолидирующее национальное начало, органически слитое с монархизмом и государством, в укреплении которого Победоносцев видел высший смысл общественной деятельности.

Портрет обер-прокурора Синода К. П. Победоносцева. А. В. Маковский, (1899), Государственный Русский музей

В 1880 году был назначен обер-прокурором Святейшего Синода, в этой должности пребывал в течение 26 лет.

После убийства Александра II (1881) при обсуждении проекта преобразований, представленного М. Т. Лорис-Меликовым, выступил с острой критикой реформ 1860-70-х. Победоносцев — автор манифеста 29 апреля 1881 “О незыблемости самодержавия”. Был одним из создателей тайной правительственной организации “Священная дружина” (1881-83), призванной бороться с народническим экстремизмом.

В 1896 году в “Московском сборнике” Победоносцев подверг критике основные устои современной ему западноевропейской культуры и принципы государственного устройства, видя основные пороки в “народовластии и парламентаризме”, ибо они “родят великую смуту”, затуманивая “русские безумные головы”. Политические перевороты в мировой истории Победоносцев объяснял интригами людей.

Как христианский мыслитель Победоносцев полагал, что философия и наука имеют статус вероятностных предположений, не могущих содержать в себе абсолютного, безусловного и цельного знания. Лишь православная вера, которую русский народ “чует душой”, способна давать целостную истину. С позиции Православия Победоносцев убедительно критиковал материализм и позитивизм. Он последовательно отстаивал идеал монархического государственного устройства, называя современную ему западную демократию “великой ложью нашего времени”.

В начале XX века влияние Победоносцева на политику правительства стало ослабевать. После принятия, под давлением революционного подъема, Манифеста 17 октября 1905, провозгласившего буржуазные “свободы”, 19 октября вышел в отставку.

«Исторический вестник» на смерть Победоносцева написал: «К его имени в течение слишком четверти века приковывалось внимание современников, оно не сходило со столбцов нашей печати, одни его ненавидели и проклинали, другие славословили, перед ним преклонялись и его благословляли: одни в нем видели ангела-спасителя России, другие — ее злого гения. Безразлично к нему никто не относился».

Труды

Автор многочисленных произведений по юридической, церковной, педагогической и общественно-политической проблематике.

  • «Письма о путешествии» (1864 г.)
  • «Курс гражданского права» в 3-х чч. (1-е изд. — 1868 г.)
  • «Некоторые во­просы, возникающие по духовным завещаниям»
  • «Юридические заметки и вопро­сы по наследственному и завещательному правам»
  • Судебное руководство (1872)
  • «Историко-юридические акты эпохи XVII и XVIII веков» (1887 г.)
  • «История Православной Церкви до разделения церквей» (СПб., 1891; издана и переиздана позднее без указания автора на титульном листе.)
  • «Праздники Господни» (1893 г.)
  • «Победа, победившая мир». Издание К. П. Победоносцева, девятое. Москва. Синодальная типография, 1898 (Содержание: перевод сочинения английского писателя Лилли (William Samuel Lilly) The Christian Revolution; перевод с латинского I-й и IX-й книг блаженного Августина «Исповедь»; описание жизни первых христиан, извлечённое из сочинений английского Епископа Лейтфута (Joseph Barber Lightfoot)).
  • «Вечная память. Воспоминания о почивших». Издание К. П. Победоносцева. Москва. Синодальная типография, 1896 (Содержание: великая княгиня Елена Павловна, Надежда Павловна Шульц, Баронесса Эдита Фёдоровна Раден, Николай Васильевич Калачов, Аксаковы, Николай Иванович Ильминский, Великая Княгиня Екатерина Михаиловна, Прощание Москвы с Царём своим (Александром III), Речь в заседании Исторического Общества).
  • «Московский сборник», сборник статей о церкви и государстве (1896 г.)
  • «Сборник мыслей и изречений митрополита Московского Филарета» (1897 г.)
  • «История детской души» (1897 г.)
  • «Новая школа» (1899 г.)
  • «Воспитание характера в школе» (1900 г.)
  • Церковь. Церковь и государство. Московский сборник. Издание К.П. Победоносцева, пятое, дополненное. М: Синодальная типография, 1901
    • http://pravbeseda.ru/library/index.php?page=book&id=567
    • http://pravbeseda.ru/library/index.php?page=book&id=568
  • «Власть и начальство» (1901 г.)
  • «Ученье и учитель» (1900—1904 гг.)
  • «Призвание женщины в школе и обществе» (1901 г.)
  • «Экскурсии в русскую грамматику» (1904 г.)
  • «Откуда нигилизм» (1904 г.)
  • Фома Кемпийский «О подражании Христу» (1869)
  • «Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа в новом русском переводе» (1906)

Серый кардинал Александра III. Константин Победоносцев

2 июня исполнилось 190 лет со дня рождения Константина Победоносцева — известного русского мыслителя и государственного деятеля, который по праву считается одним из ключевых представителей отечественной консервативной мысли. В советской исторической литературе образ Константина Петровича Победоносцева всегда наполнялся негативным содержанием, поскольку он всегда рассматривался как главный теоретик «реакции» при императоре Александре III.

Большую часть своей жизни Константин Победоносцев занимался научно-преподавательской деятельностью. Его отец Петр Васильевич был профессором словесности и литературы Императорского Московского университета, поэтому преподавательская карьера не была для Константина Победоносцева чем-то новым и неизведанным. В 1859 году 32-летний Победоносцев защитил магистерскую диссертацию по праву, а в 1860 году был избран профессором по кафедре гражданского права Московского университета.

Безусловно, толчком к грандиозной карьере Победоносцева и получению им реальной возможности влиять на политику империи стало назначение его в конце 1861 года на должность преподавателя правоведения к наследнику престола великому князю Николаю Александровичу — сыну Александра II. Так состоялось обстоятельное знакомство Победоносцева с императорской семьей. Эрудированного преподавателя привлекли к работе комиссий, подготавливавших судебную реформу, а затем в 1868 году включили в состав Сената. Но пиковым назначением Победоносцева стало утверждение его в должности обер-прокурора Святейшего Синода в апреле 1880 года. Первоначально назначение Константина Победоносцева обер-прокурором Синода было положительно воспринято российской интеллигенцией либерального толка, поскольку он считался более прогрессивным деятелем, чем его предшественник граф Дмитрий Андреевич Толстой, занимавший обер-прокурорский пост в 1865-1880 гг. Достаточно сказать, что после Синода Толстой вскоре получил назначение на пост министра внутренних дел и шефа жандармов. Дмитрий Толстой считался человеком крайне консервативных убеждений, противником либеральных реформ, и интеллигенция относилась к нему очень прохладно.

Константин Победоносцев, в отличие от Дмитрия Толстого, в молодости был человеком не просто либеральных, а даже демократических взглядов. Он выписывал «Колокол» Александра Герцена, а как юрист отстаивал независимость судебной власти. Кстати, именно поэтому в 1864 году его привлекли к проведению судебной реформы — «либеральный» император Александр II нуждался именно в таких советниках. Поэтому когда Победоносцев сменил Толстого, либеральная общественность если и не торжествовала, то, по крайней мере, вздохнула с облегчением. Считалось, что новый обер-прокурор синода будет проводить более взвешенную и лояльную политику. Но этого не случилось. За годы мировоззрение Константина Победоносцева поменялось кардинально.

Практически сразу же после своего назначения на новую должность, Победоносцев разочаровал российских либералов. После убийства Александра II в 1881 году, Победоносцев выступил с решительной поддержкой самодержавной власти и стал автором Высочайшего манифеста от 29 апреля 1881 года, в котором самодержавный строй провозглашался в Российской империи незыблемым.

Победоносцев стал главным идеологом власти и оказывал определяющее влияние на политику в сфере образования, религии, межнациональных отношений. В советское время политику Победоносцева называли не иначе, как охранительной, но в ее основе было не столько верноподданническое желание угодить императору, сколько достаточно серьезный базис из собственных теоретических разработок. По своим убеждениям Победоносцев был безусловным противником политической демократии, которую он считал разрушительной для государства, особенно для России. Главной ошибкой демократической идеологии Победоносцев видел механистическое понимание общественно-политических процессов, их упрощение. Будучи серьезно верующим человеком, Победоносцев отстаивал мистическое происхождение власти, наделял ее сакральным значением. Институты власти, по мнению Победоносцева, имеют тонкую связь с самой историей страны, ее национальным своеобразием. Либерализм и парламентаризм он считал подходящими лишь для тех государств, где для такого строя существует серьезная почва. Например, возможность эффективного существования парламентской системы Победоносцев допускал для Англии, США, для небольших европейских государств вроде Нидерландов, однако не видел ее будущего в романских, германских, славянских странах Европы. Разумеется, с точки зрения Победоносцева, не являлся эффективной моделью парламентаризм и для российского государства. Более того, для России парламентаризм был, с точки зрения обер-прокурора, вреден и мог повлечь за собой лишь прогрессирующий моральный и нравственный упадок, связанный с нарушением исконного, сакрального политического порядка российского государства.

Главным преимуществом монархии над парламентаризмом Победоносцев считал колоссальную личную ответственность монарха за управляемые ими народ и государство. Выборное руководство страны, осознавая свою сменяемость, обладает куда меньшей ответственностью. Если власть монарха передается по наследству, то президенты и депутаты, побыв несколько лет на своих постах, уходят в отставку и более ничем не отвечают за дальнейшую судьбу страны и даже за судьбу принятых ими законов.

Конечно, власть нуждается в определенном ограничителе, и Победоносцев также это признавал. Но этот ограничитель он видел не в институтах представительства, вроде парламента, а в религиозно-нравственных убеждениях и качествах самого монарха. Именно его вера, моральные и нравственные установки, духовное развитие и могут стать, согласно Победоносцеву, главным препятствием для развития деспотизма и злоупотреблений. Как человек консервативных убеждений, Победоносцев очень большое внимание уделял религии, причем считал единственно правильной христианской церковью именно православную церковь. Он видел крайнюю необходимость в увеличении влияния церкви на общественную и политическую жизнь страны. В частности, обер-прокурор синода выступал за масштабное строительство новых храмов, проведение церковных праздников в максимально торжественной обстановке, поддерживал открытие церковно-приходских школ. Но, вместе с тем, политика Победоносцева по поддержке православной церкви оборачивалась и ущемлением религиозных прав и свобод иноконфессиональных групп населения. Больше всего при нем страдали старообрядцы, молокане, духоборы, баптисты и другие подобные группы. Победоносцев инициировал репрессивную политику против этих религиозных течений, превратив государственный репрессивный аппарат в инструмент утверждения интересов православной церкви. Такая позиция Победоносцева проистекала из его личного понимания православия. Для него религия представляла собой не только веру, но и государственную идеологию. Поэтому все иноверные группы, особенно если их последователями являлись русские по происхождению люди, представляли, с точки зрения обер-прокурора синода, опасность для безопасности государственного строя.

Политика Константина Победоносцева в отношении религиозных меньшинств запомнилась очень жесткими действиями по отношению к старообрядцам, баптистам, молоканам, которых власть стала преследовать и подвергать самым настоящим полицейским репрессиям. Часто действия власти приобретали просто вопиющий характер. Например, в феврале 1894 г. архимандрит Исидор Колоколов при поддержке казачьей сотни захватил старообрядческий Никольский монастырь в станице Кавказской Кубанской области. Монахи — старообрядцы были изгнаны из своей обители, при этом власти не стали останавливаться перед чудовищным для любого христианина поступком — разрушением монастырского кладбища. Казаки разрушили могилы епископа Иова и священника Григория, выкопали и сожгли их тела, а в могильных ямах сделали уборные. Такая жестокость вызвала непонимание в обществе, причем возмутилось даже большинство казаков станицы, не относившихся к старообрядцам. Это нападение, разумеется, не было единственным примером вмешательства государства в сферу религии в годы обер-прокурорства Константина Победоносцева.

— Победоносцев в молодости

Многие проповедники сектантских групп были помещены в Суздальскую монастырскую тюрьму. Примечательно, что отправляли в нее и православных священнослужителей, которые позволяли себе критиковать чрезмерно авторитарную и жестокую политику Святейшего Синода. Известно, что Константин Победоносцев обдумывал и возможность помещения в монастырскую тюрьму Льва Толстого, которого считал еретиком. Но здесь уже вмешался сам государь император, который не дал обер-прокурору своего согласия на репрессии в отношении великого писателя.

Не меньшую ненависть со стороны Победоносцева, чем представители русских религиозных меньшинств, вызывала многочисленная еврейская община. Именно Константин Победоносцев стоял за серьезным антисемитским поворотом внутренней политики Российской империи, причем антисемитизм обер-прокурора синода не понимали и не признавали многие видные государственные и, что еще важнее, религиозные деятели. Антисемитская политика государственной власти в те годы преследовала собой не только цель обезопасить Россию от чуждой, как считал Победоносцев, этноконфессиональной общины, но и направить народное недовольство против евреев. Сам Победоносцев в многочисленных письмах и выступлениях не скрывал своих антисемитских воззрений, но в то же время подчеркивал интеллектуальный потенциал евреев, который и внушал ему опасения. Поэтому обер-прокурор синода рассчитывал выселить большую часть евреев из Российской империи, а меньшую часть — растворить в окружающем населении. Победоносцев, в частности, стал инициатором выселения евреев из Москвы в 1891-1892 гг., при нем стали происходить еврейские погромы, против которых выступали многие видные религиозные деятели, включая епископов православной церкви.

Однако репрессивная политика Константина Победоносцева не привела к желаемым результатам. Именно в то время, когда он возглавлял синод, в Российской империи началось стремительное распространение революционных идей, были созданы революционные организации социал-демократов, социалистов-революционеров, анархистов. Приблизил ли Победоносцев своей реакционной политикой революционные события 1905-1907 гг.? Это маловероятно, так как рост революционных настроений в обществе был вызван целым рядом социально-экономических и политических факторов, но все же не стоит исключать и определенное влияние политики обер-прокурора синода. Стремясь запретить любое инакомыслие, подавить иноконфессиональные общины, цензурировать литературу и печать, Победоносцев «копал яму» для самодержавия, т.к. уровень экономического и социального развития мира на рубеже XIX — ХХ вв. уже требовал определенных политических и культурных реформ. Константин Победоносцев, возможно, это понимал, но не хотел признавать. Николай Бердяев считал, что Победоносцев был нигилистом не меньше, чем критикуемые им революционеры. Только объектом нигилистического отношения Победоносцева была не государственная система и общественный строй, а человек. В человека Победоносцев не верил, считал человеческую природу «дурной» и греховной, а соответственно — нуждающейся в «ежовых рукавицах» цензуры и репрессий.

Другой известный русский философ и богослов, Георгий Флоровский, говорил о непонимании Победоносцевым духовной жизни, богословия. В церкви Победоносцев видел государственный институт, позволяющий сакрализировать существующий политический строй. Поэтому он стремился не допускать дискуссий на религиозные темы, безжалостно отправлял в монастырскую тюрьму священнослужителей, позволявших себе критическую оценку проводимой синодом религиозной и национальной политики.

В то же время, ум и одаренность Победоносцева тоже отмечали многие современники. В их числе были и Василий Розанов, и Сергей Витте, и тот же Николай Бердяев — разные люди с разными позициями, но сходившиеся во мнении, что Победоносцев действительно был неординарным человеком, при всей спорности его политической позиции. Сложно усомниться в том, что Константин Победоносцев искренне любил Россию и желал ей добра, только понимал это добро по-своему. Так, как оберегают своих детей и внуков родители и деды, порой пытаясь оградить подрастающее поколение от ошибок и «шишек», но при этом не понимая, что таков закон развития и человека, и общества — идти вперед, осваивать новое и неизведанное.

Константин Петрович Победоносцев покинул пост обер-прокурора синода в 1905 году — как раз в год начала Первой русской революции. К этому времени он был уже очень пожилым 78-летним человеком. Ему не удалось предотвратить появление в России парламента — Государственной Думы, пусть она и обладала куда меньшими полномочиями, чем парламенты европейских государств. Константин Победоносцев стал свидетелем революционных событий и скончался в год подавления Первой революции — в 1907 году, на восьмидесятом году жизни. Человеку из XIX века, впитавшему в себя ценность старой, самодержавной России, в новой стране, какой она безусловно стала после принятия Манифеста, уже не находилось места. Победоносцев состарился вместе со старой Россией и умер всего лишь за десять лет до того, как прекратило свое существование само русское самодержавие.

Церковь и государство

— Вы в своей книге о Победоносцеве пишете, что он был один из первых обер-прокуроров Синода, кто понимал самостоятельное значение Церкви, и вообще был искренне верующим человеком — что среди обер-прокуроров Синода бывало, к сожалению, нечасто. А как Победоносцев понимал церковно-государственные отношения?

— Для него государство было частью некоего цельного социального организма, обязательно должно было в своей деятельности уделять внимание духовной жизни общества. Он считал, что все материальные улучшения, совершенствование учреждений, проведение той или иной политики — все это абсолютно бессмысленно, если подорвана духовная основа. А духовной основой существовавшего в России порядка он считал мировоззрение народа, опирающееся на православную веру и православную Церковь. И государство, с точки зрения Победоносцева, должно было в первую очередь выполнять те запросы и требования, которые были связаны с духовной сферой. Запросы эти могли предъявлять не обязательно иерархи, но и благочестивые миряне.

Итак, государство не должно ставить свои государственные цели выше духовных. Например, в 1860–1870-е годы государство, исходя из своих соображений, в том числе из экономии государственных средств, вступило на путь сокращения количества приходов и духовенства. Для Победоносцева же со­ображения государственной экономии здесь не имели никакого значения, он решительно выступал против политики, проводившейся в то время правительством.

— А что имело значение?

— Поддержание традиционного церковного мировоззрения народа, осознание того, что власть едина с ним духовно. Если власть начинает сокращать приходы и закрывать храмы, у народа в сознании произойдет переворот. Если власть православная, то она не может закрывать храмы, иначе это уже какая-то другая власть. И если народ станет думать именно так, то, как считал Победоносцев, настанут хаос и смута.

— Возможна ли была тогда иная политика в сфере государственно-церковных отношений? Были ли деятели, которые могли повести иную линию в этой сфере и дать Церкви больше самостоятельности?

— Я думаю, что другая линия вряд ли была возможна. Церковь и государство к этому времени настолько срослись, что без каких-то принципиальных изменений в самом государстве и изменение отношений с Церковью было невозможным. Вспомним, что в 1905 году, когда система государственной власти изменилась, хотя и не принципиально, отношения государства с Церковью не изменились вообще. Остались та же обер-прокуратура, тот же Синод. Пока был царь и обер-прокурор был представителем царя, это еще куда ни шло. А когда существовала обер-прокуратура и рядом с царем существовала еще Государственная Дума, а обер-прокурор был включен в состав совета министров как один из членов кабинета, то это стало чем-то невообразимым, напоминало карикатуру. Обер-прокуроры стали стремительно сменяться, некоторые на своем посту проводили всего несколько месяцев. Значительные изменения наступили только после падения монархии.

— Когда революция 1905 года развернулась, Победоносцев говорил «я же вас предупреждал»?

— Разумеется, говорил. Но он был потрясен, раздавлен, бесконечно переживал по поводу разразившегося хаоса, из которого, как ему казалось, уже нет никакого выхода. Для него все это было очень болезненным потрясением. В том числе потому, что против него выступили некоторые церковные деятели, среди них фактически первоиерарх русской Церкви митрополит Петербургский Антоний (Вадковский). Победоносцев-то считал, что все делает в первую очередь для Церкви. Он был этим просто поражен.

— Победоносцев умер в 1907 году, к концу первой русской революции. Как он себя тогда ощущал?

— Безусловно, плохо он себя ощущал. Он чувствовал, что кругом безумие, и не понимал, почему это происходит. Победоносцев считал, что все его предали, включая церковных иерархов и священников. Они же все как один выступили за изменение системы управления Русской Церковью, то есть за возвращение к тому, что сам он отвергал.

— Но почему против него выступили даже церковные деятели?

— Конечно, потому что он не давал свободы Церкви. Над Синодом он властвовал очень жестко и все обсуждения сразу пресекал. Со стороны иерархов это вызывало, естественно, протест. Он на этот протест отвечал новыми жесткими мерами, и довольно быстро у него отношения с иерархией испортились.

— Тогда получается, что он не признавал самостоятельности Церкви?

— Признавал, но под своим патронажем и покровительством. Он считал, что он единственный человек в России, осознавший истинные потребности народа и Церкви, и он один знает, что нужно делать и куда идти.

По сути, Победоносцев был человеком очень амбициозным. Собственно, его неприязнь к реформам 1860–1870-х годов и к реформам как таковым во многом началась из-за личной обиды. Его, такого великолепного специалиста по гражданскому праву (а он был действительно одним из очень немногих на тот момент специалистов в этой области), не приняли в расчет и сделали реформу по другому плану, не тому, который он предлагал.

— Было ли вообще творческое начало у Победоносцева, или его характеристика как своего рода «старой невинной девушки» была заслуженна и справедлива?

— Творческое начало у него было, но очень своеобразное, в русле консервативного народничества, постепенной и незаметной работы на местах в нижних этажах общественного организма. Он не терпел ничего громкого, широковещательного, хотя лично себя воспринимал как некоего пророка, носителя истинных народных начал. В целом он считал, что тихая и незаметная работа на местах постепенно будет пересоздавать социальную ткань, завязывать новые связи.

В этой работе он проявлял колоссальную энергию, лично общаясь с огромным количеством священников и учителей церковно-приходских школ. Его жена была попечительницей образцовой школы для учительниц — Свято-Владимирской женской учительской школы. А набирали в эту школу исключительно крестьянских девочек. Выпускницы этой школы создали неформальную сеть, из которой жена Победоносцева и он сам черпали альтернативную информацию о том, что происходит на местах.

Во всем этом был если не мощный творческий посыл, то по крайней мере очень большая работа и инициативность.

Ольга Уварова/ автор статьи

Приветствую! Я являюсь руководителем данного проекта и занимаюсь его наполнением. Здесь я стараюсь собирать и публиковать максимально полный и интересный контент на темы связанные с историей и биографией исторических личностей. Уверена вы найдете для себя немало полезной информации. С уважением, Ольга Уварова.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Sogetsu-Mf.ru
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: