Судьбоносный для руси «путь из варяг в греки»

«Из варяг в греки»: начало исторического пути России Текст научной статьи по специальности « История и археология»

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — В. Я. Петрухин

Текст научной работы на тему ««Из варяг в греки»: начало исторического пути России»

«Из варяг в греки»: начало

исторического пути России

В начале древнейшей русской летописи— «Повести временных лет» говорится: «Был путь из варяг в греки и из грек по Днепру, и верховьях Днепра волок по Ловати, и по Ловати можно войти в Ильмень озеро великое, из того же озера потечет Волхов, и втече в Озеро великое Нево, и устье того озера вниидет в море Варяжское. И потому морю идти до рима, а от Рима придти по тому же морю ко Царюгороду, а от Царягорода придти в Понт море, в него же втекает Днепр река». «Путь из варяг в греки», из Скандинавии до столицы Византии Константинополя (Царьграда русской летописи), и вокруг Европейского континента до Рима описан Нестором-летописцем в начале XII в. Это описание предваряло рассказ о начале русской истории. По летописному преданию, сам апостол Андрей Первозванный, несший проповедь христианства к северным народам, был первопроходцем на этом пути: из Константинополя он пошел по Днепру, предсказав грядущую славу Киева, и подивился обычаям новгородских славян на Волхове; далее он отправился по Варяжскому (Балтийскому) морю на запад, в Рим.

Такова церковная легенда. История свидетельствует о том, что главные, судьбоносные для начальной Руси события действительно происходили на пути из варяг в греки. Нестор рассказывает под 859 г. о том, как славяне изгнали варягов, бравших с них дань, стали управлять сами, но погрязли в племенных усобицах. Тогда в 862 г. они отправили послов за море, к варягам, чтобы призвать к себе князя, который правил бы, «судил и рядил» в соответствии с их славянскими обычаями, по договору, «ряду». Третейский судья из-за моря нужен был славянам для того, чтобы избежать бесконечных племенных распрей. На княжение согласился пойти Рюрик со своими братьями Синеусом и Трувором: они взяли с собой дружину, именуемую русью, и сели в славянских городах; старший брат Рюрик получил Ладогу, затем Новгород на Волхове, город

ильменских словен, Синеус — Беоозеро в земле финского племени весь, Трувор — Изборск у славянского племени кривичей.

Это летописное повествование считалось наивным и лишенным реальных исторических корней. Сама летописная дата призвания князей была неточной— ведь Нестор описал первый поход руси на Царьград-Константинополь под 866 г., а на самом деле русь впервые осаждала столицу империи в 860 г., до призвания князей. Однако новые изыскания заставляют с большим доверием относиться к летописному преданию. Люди, называвшие себя русью, действительно стали известны уже в IX в. тем, что на своих легких судах совершали набеги на города Византии и стремились дальше, к богатствам Востока, к Багдаду. Грабежом или торговлей они получали часть своих богатств, и восточные серебряные монеты стали обычными находками в кладах на реках Восточной Европы и в Скандинавии. По данным нумизматики приток этих монет в Скандинавию усилился именно в 60-е годы IX в., когда, по летописи, варяжские князья обосновались в восточнославянских городах. Здесь дружины руси могли кормиться зимой, собирать дань и готовиться к летним походам. Недаром сами скандинавы уже в X в. называли земли Руси «Гардами» — «городами».

Своим собственным именем Русь обязана речным путям Восточной Европы. Первоначально это имя, которое носили дружины скандинавов, означало гребцов, участников походов на гребных судах. На реках Восточной Европы с их порогами и волоками непригодны были длинные корабли викингов, главной движущей силой были весла. На этих весельных судах русь и двинулась на Царьград в надежде взять город «на копье» или получить откуп «на уключину» — на каждого гребца.

В этом предприятии у руси были надежные союзники. Уже наследник Рюрика, Вещий Олег, перенесший свою столицу и имя «русь» из Новгорода в Киев, собрал для похода на Византию все подвластные ему племена славян. Для того чтобы ежегодно осуществлять такое грандиозное предприятие, в котором была задействована в той или иной мере вся Восточная Европа, необходим был устойчивый механизм как внешних, так и внутренних отношений руси — отношений с византийским миром и миром славян. Византийский император Константин Багрянородный в середине X в. описывает этот механизм: походу руси вовне, в Византию, предшествует зимнее полюдье, кормление княжеской дружины среди подвластных руси славян — древлян, дреговичей, кривичей, северян и пр. Эти славяне живут по рекам, впадающим в.Днепр. Именно они весной сплавляют по этим рекам лод-

ки-однодеревки и продают их руси. Значит, между славянами и русыо были установлены не просто даннические, но договорные, взаимовыгодные отношения. У славян русь получает в виде дани те товары, которые она везет в Константинополь.

Очевидно, что не только стремление к созданию «правового государства» питало новгородскую вечевую традицию— призывать князя по договору: славяне, как и варяги, стремились к богатствам Византии. После легендарного похода Олега, описанного в летописи под 907 г., русь в 911 г. заключила выгодный торговый договор с греками. Русские купцы могли 6 месяцев в году жить и кормиться в Царьграде, без ограничения покупать драгоценные товары. Не удивительно, что все три главных города на пути из варяг в греки— Новгород, Киев и Царьград-Константинополь получили у скандинавов наименование, включающее слово «град» — «город», место, где могла кормиться дружина: Новгород варяги звали Хольмгардом, Киев — Кэнугардом, Царьград — Миклагар-дом (Великим городом). ‘ .

После победы Олега каждые 30 лет, по истечении срока договора, русь во главе славянского воинства ходила в поход на Византию. Конечно, она не обходилась и без дополнительных воинских контингентов из-за моря: скандинавские наемники получили название варягов (т. е. давших клятву верности), которое отличало их от собственно руси — варягами в древнерусской традиции стали называть всех жителей Скандинавии. Имя же «Русь» распространилось не только на славяно-русское войско, но и на все территории Восточной Европы, подвластные русским князьям.

Конечно, и Византия была заинтересована в нормальных договорных и даже союзнических отношениях с русью и варягами. Уже в X в. греки использовали этих опытных воинов в ,борьбе,с врагами империи. В XI в. русь и варяги составили наиболее привилегированный контингент византийской армии — варяжскую гвардию, охранявшую самого императора. , :

Ежегодные торговые экспедиции, многочисленные походы на греков и на Восток, опыт побед и поражений, а главное — договорных отношений с Византией приближали Русь (а с ней и Скандинавию) к миру цивилизации. Княгиня Ольга первая из русских, правителей совершила мирную поездку в Царьград и приняла крещение, чтобы добиться равноправных отношений Русского государства и империи. Греки, однако, не спешили признавать равноправными партнерами тех, кого они считали (и не без оснований с их стороны) «северными варварами». Уже князю Владимиру пришлось завоевывать руку византийской принцессы, за-

хватив греческий город Херсонес в Крыму. Последовавшее в 988 г. крещение открыло для Руси путь к византийской культуре. На глазах Нестора-летописца сбывалось пророчество, которое церковная легенда приписывала апостолу Андрею: в Киеве и других русских городах греческие мастера возводили прекрасные церковные здания, а в середине XI в. была построена Киевская София, собор, соперничавший по красоте со Святой Софией в самом Царьграде.

Ныне тысячелетний традиции воссоздаются — восстанавливается единство цивилизованного мира. Не случайно одним из первых мероприятий оживающего после бесконечного ремонта Государственного Исторического музея стала выставка «Путь из варяг в греки», открывшаяся 27 мая в палатах Ирины Годуновой в Новодевичьем монастыре. Естественно и то, что выставка и научная конференция, посвященная той же проблеме, проводились при поддержке посольств Греции и Швеции (особенно хотелось бы отметить роль Шведского института в организации конференции). Экспонаты выставки отражают все разнообразие этнокультурных контактов на пути из варяг в греки — от заклепок, которыми крепились борта ладей, и варяжского оружия до монет и рукописных книг, греческих и древнерусских.

Почти одновременно, 29 мая, в Кремле, в колокольне Ивана Великого открылась выставка «Наследие варягов. Диалог культур», организованная Государственным музеем-заповедником «Московский Кремль». Обе выставки удачно дополняют друг друга. Если первая характеризует, прежде всего, саму деятельность наших предков на пути из варяг в греки, то вторая посвящена в основном высшим достижениям средневекового мастерства, традиции которого складывались на тех же международных путях, связующих Скандинавию, Русь и Византию. Драгоценные изделия в кладах, найденных по преимуществу на острове Готланд на Балтийском море, и в большом кладе, найденном в Московском Кремле, выполнены в одной технике филиграни — украшены мельчайшими шариками (зернью) и напаянными проволочками (скань). Надо признать, что и «наследие варягов» и русский клад в целом относятся к одному культурному кругу — воспроизводят византийские художественные традиции. «Диалог культур», судя по находкам в Скандинавии и на Руси, продолжался и в XI, и в XII вв., и позднее, когда на смену «пути из варяг в греки» пришли другие магистрали.

Обе выставки, в частности обилие на них археологических экспонатов, преследуют, помимо целей знакомства широкой публики

с достижениями средневековой культуры и возрождения музейной работы, еще одну цель: интенсификацию археологических исследований. Именно сейчас, при слабости законодательства по охране памятников истории и культуры и неясности земельного законодательства, под угрозой оказываются памятники археологии. Если в городах, в том числе в Москве, Новгороде и Киеве, есть некоторые возможности для постоянного наблюдения за состоянием археологических объектов, то за пределами городов эти объекты оказываются практически «бесхозными». Беспокойство вызывает судьба Гнездова—крупнейшего поселения на пути из варяг в греки, расположенного как раз между Киевом и Новгородом, под Смоленском на Верхнем Днепре. Большая часть археологических экспонатов выставки, посвященной пути из варяг в греки, происходит из этого поселения и расположенных вокруг многочисленных курганов: один из них содержал и древнейшую русскую надпись, сделанную в начале X в. кириллицей на амфоре, привезенной из Херсонеса. Большая часть гнездовских курганов и поселения еще не исследованы. Если удастся сберечь и исследовать наши памятники, удастся сберечь и тысячелетнюю культуру.

Из варяг в греки: славянский цивилизационный путь

Торговые связи, проложенные между Балтийским и Средиземным морями, не только обеспечивали восточных славян заморскими вещицами, но и определили их историю.

Читайте также  Положение крестьянства и крестьянское движение на украине

О легендарном торговом пути мы знаем из «Повести временных лет» (начало XII в.) — источника уникального и незаменимого, но не самого надежного. Если верить летописцу, путь «из варяг в греки и из грек…», коим пользовался и апостол Андрей Первозванный, соединял «море Варяжское» и Царьград (а между ними Русь) и был водным. Он, однако, являлся участком более масштабной системы коммуникаций европейского Севера и Юга: из Царьграда плавали на Запад, там корабли проходили Гибралтар, огибали западное побережье Европы и шли снова на север и в Балтийское море.

Маршрут пути «из варяг в греки…» (более 2,5 тыс. км): «Варяжское море» (Балтийское) и Финский залив — «озеро Нево» (Нева) — Ладожское озеро — Волхов — озеро Ильмень — Ловать — Днепр — Черное море — Царьград (Константинополь).

По такому пути, который сложился в IX-X вв., ходить на варяжских кноррах и русских ладьях (долбленых однодерёвках) было не так-то просто. Из-за порогов и участков, не соединенных водою, часть его приходилось преодолевать по суше — волоком. Путешественники меняли одни суда на другие, переоборудовали их и продолжали движение. От Балтийского моря до Константинополя добирались, вероятно, не менее чем за три месяца.

Технические проблемы пути и данные географии и климатологии заставили ученых в ХХ в. сомневаться, что водный путь «из варяг в греки», обрисованный в «Повести временных лет», вообще мог существовать. Тысячу лет назад из-за сухого климата Ловать и Волхов были значительно мельче, а ведь по ним и сегодня на ладье двигаться очень трудно — с 1986 г. несколько научных экспедиций пытались пройти путь «из варяг в греки» с использованием древних технологий, но терпели неудачу. Одни историки считают, что в действительности значительная часть торговых коммуникаций Севера и Юга пролегала по суше, другие — что часть рек преодолевалась зимой.

«Заморские гости», худ. Н. Рерих. Источник: muzei-mira.com

Прим.: Еще одной неприятностью были, конечно разбойники. Печенеги подстерегали русских у днепровских порогов, где ладьи нужно было перетащить по суше. Именно на порогах печенеги убили в 972 г. князя Святослава Игоревича, возвращавшегося в Киев из военного похода.

Летописные сведения довольно скудны, и точных, детально описанных маршрутов мы не знаем (они могли быть разными). Например, неясно, как переправлялись от Ловати до Днепра, или из Днепра в Западную Двину. Из-за этой неопределенности под понятием «путь из варяг в греки» принято понимать не один конкретный маршрут, а вообще систему существовавших и проходивших по территории Древней Руси транспортных связей между Византией, восточными славянами и Балтийским регионом.

Сомнений, что эти связи не просто имели место, но и активно использовались, нет никаких. Купцы перевозили широкий набор товаров. Варяги и славяне везли на юг меха (соболиные, бобровые, лисьи, куницы…), мед, воск, смолу, амбру, серебро и железо (возможно), кость, оружие, различные предметы искусства (в том числе ювелирного), хлеб, рабов… Из Византии на Русь доставляли оружие и драгоценности, ткани и вина, стекло и керамику, стремена, инструменты, статуэтки, иконы и книги…

В общем, торговали в огромных количествах и всем подряд — от фибул и сковородок до мечей и якорей. О развитости купеческих связей говорит тот факт, что в Скандинавии или в устье Невы археологами найдено немало арабских монет того периода. На Руси уже тогда было немало заморских товаров, и люди, пользующиеся достатком, на себе носили вещи, произведенные в разных уголках мира. К примеру, богатая женщина непременно имела южные бусы и подвески, стеклянные изделия, вероятно, также и «импортные» шелковые ткани. Воины-дружинники обзаводились франкскими мечами с Рейна, хазарскими и византийскими поясами.

Торговля — двигатель цивилизации

Торговля стимулировала развитие ремесел — в X-XII вв. активно развивались Новгород, Псков, Полоцк, Чернигов, Смоленск, Любеч, Киев и другие города. В них строили места для хранения товаров, постоялые дворы, мастерские. Разнообразие и высокий уровень ремесленного мастерства на Руси надолго подорвали затем монголо-татары, уводившие к себе русских ремесленников в большом количестве. Кроме того, развитие торговых коммуникаций способствовало политическому объединению Новгорода, Киева и вообще восточнославянских племен под началом сначала новгородского, а затем киевского князя. Путь «из варяг в греки» стал осью, вокруг которой складывалась и укреплялась Древняя Русь. Подлинное историческое значение пути «из варяг в греки» состоит также в культурном и политическом влиянии, которое оказали на Русь ее торговые партнеры. Варяги дали Руси как минимум правящую династию Рюриковичей и (вероятно) название народа и государства. Они же способствовали военным успехам, в результате которых с начала Х в. Русь торговала на выгодных условиях с Византией. Знакомство с Константинополем завершилось принятием христианства на Руси. По пути «из грек» восточным славянам доставляли первых священников и ремесленников, первые иконы и книги. Так Русь приобщилась к христианской цивилизации и ступила на новый исторический путь.

Наиболее активно путь «из варяг в греки» использовался в X — первой половине XI вв. и на участке Новгород — Киев. После этого международные торговые коммуникации смещаются, лишь связи с Царьградом остаются еще какое-то время интенсивными (варяжские и русские наемники даже участвовали в обороне Константинополя от крестоносцев в 1204 г.). В XII в. падает роль норманнов и налаживаются сухопутные пути из Германии и Польши через Галицкую Русь. Новгород в то же время ориентируется все больше на балтийскую торговлю (затем особенно активно — с ганзейскими городами), что было намного выгоднее. А затем и Византию превзошли по богатству и торговой активности итальянские города. Опасные и трудные речные пути на территории Руси постепенно утратили актуальность. Но прежде путь «из варяг в греки и из грек» сполна выполнил свое историческое предназначение.

Судьбоносный для руси «путь из варяг в греки»

Путь «из варяг в греки» — условное название водного пути, который пролегал по рекам и вел из Балтийского моря в Черное, к берегам Византии. Это был один из ключевых маршрутов Древней Руси, важный для ее торговых и культурных связей.

Одно из самых известных древнерусских свидетельств о пути «из варяг в греки» содержится в Повести временных лет монаха Нестора: «Тут был путь из Варяг в Греки и из Греков по Днепру, а в верховьях Днепра — волок до Ловоти, а по Ловоти можно войти в Ильмень, озеро великое; из этого же озера вытекает Волхов и впадает в озеро великое Неро, и устье того озера впадает в море Варяжское. И по тому морю можно плыть до Рима, а от Рима можно приплыть по тому же морю к Царьграду, а от Царьграда можно приплыть в Понт море, в которое впадает Днепр река». Несмотря на такое подробное изложение маршрута и данные исторических дисциплин, определить точную географию пути современная наука не может.

Историки продолжают спорить, кто же первым проложил этот маршрут. Сам Нестор описал его изначально, скорее, как путь «из греков в варяги», сделав акцент на движении с юга на север. Некоторые участки пути подразумевали плавание против течения рек, что до сих пор вызывает сомнения у исследователей. Тем не менее путь, вероятнее всего, был инициирован жителями северных земель. В течение IX столетия почти все регионы Европы затронула экспансия скандинавов, так называемое движение викингов. Проникнув на север Восточно-Европейской равнины, викинги встретились со славянами, а один из их именитых конунгов — Рюрик — стал во главе ильменских словен. Кроме того, одной из теорий происхождения самого термина «Русь» является «северная» концепция. Согласно ей, словом, образованным от скандинавского глагола «грести» в финском варианте ruotsi, называли себя дружины викингов, проходивших на гребных судах по рекам.

Что касается конкретных имен, если верить средневековым скандинавским сагам, слава первооткрывателя пути «из варяг в греки» принадлежит датскому конунгу Эйрику Путешественнику. Сага гласит, что вождь искал Одаинсак — мифические сады бессмертия, которые, по преданию, находились где-то на Востоке. В их поисках Эйрик Путешественник преодолел множество преград и оказался на территориях будущих Руси и Византии. События этой саги подтвердила и археология: ученые обнаружили в местах следования конунга скандинавские предметы быта, характерные для Средневековья.

Альтернативная точка зрения на этот вопрос принадлежит шведским ученым. Они утверждают, что путь «из варяг в греки» был известен раньше событий саги почти на 100 лет. Ученые приписывают открытие пути Ивару Видфамме — еще одному древнескандинавскому конунгу, побывавшему в Константинополе. Однако эта версия не подтверждается материальными находками.

В целом путь «из варяг в греки» стал магистральным как для формирования древнерусского государства, так и для торгового и культурного обмена между северными и южными странами. Он пережил свой расцвет при древнерусских князьях Святославе и Владимире Святом в X–XI веках, а окончательно лишился своего значения после захвата Нижнего и Среднего Поднепровья во время монгольского нашествия.

Путь «из варяг в греки» — условное название водного пути, который пролегал по рекам и вел из Балтийского моря в Черное, к берегам Византии. Это был один из ключевых маршрутов Древней Руси, важный для ее торговых и культурных связей.

Одно из самых известных древнерусских свидетельств о пути «из варяг в греки» содержится в Повести временных лет монаха Нестора: «Тут был путь из Варяг в Греки и из Греков по Днепру, а в верховьях Днепра — волок до Ловоти, а по Ловоти можно войти в Ильмень, озеро великое; из этого же озера вытекает Волхов и впадает в озеро великое Неро, и устье того озера впадает в море Варяжское. И по тому морю можно плыть до Рима, а от Рима можно приплыть по тому же морю к Царьграду, а от Царьграда можно приплыть в Понт море, в которое впадает Днепр река». Несмотря на такое подробное изложение маршрута и данные исторических дисциплин, определить точную географию пути современная наука не может.

Историки продолжают спорить, кто же первым проложил этот маршрут. Сам Нестор описал его изначально, скорее, как путь «из греков в варяги», сделав акцент на движении с юга на север. Некоторые участки пути подразумевали плавание против течения рек, что до сих пор вызывает сомнения у исследователей. Тем не менее путь, вероятнее всего, был инициирован жителями северных земель. В течение IX столетия почти все регионы Европы затронула экспансия скандинавов, так называемое движение викингов. Проникнув на север Восточно-Европейской равнины, викинги встретились со славянами, а один из их именитых конунгов — Рюрик — стал во главе ильменских словен. Кроме того, одной из теорий происхождения самого термина «Русь» является «северная» концепция. Согласно ей, словом, образованным от скандинавского глагола «грести» в финском варианте ruotsi, называли себя дружины викингов, проходивших на гребных судах по рекам.

Читайте также  Землепроходцы и первооткрыватели

Что касается конкретных имен, если верить средневековым скандинавским сагам, слава первооткрывателя пути «из варяг в греки» принадлежит датскому конунгу Эйрику Путешественнику. Сага гласит, что вождь искал Одаинсак — мифические сады бессмертия, которые, по преданию, находились где-то на Востоке. В их поисках Эйрик Путешественник преодолел множество преград и оказался на территориях будущих Руси и Византии. События этой саги подтвердила и археология: ученые обнаружили в местах следования конунга скандинавские предметы быта, характерные для Средневековья.

Альтернативная точка зрения на этот вопрос принадлежит шведским ученым. Они утверждают, что путь «из варяг в греки» был известен раньше событий саги почти на 100 лет. Ученые приписывают открытие пути Ивару Видфамме — еще одному древнескандинавскому конунгу, побывавшему в Константинополе. Однако эта версия не подтверждается материальными находками.

В целом путь «из варяг в греки» стал магистральным как для формирования древнерусского государства, так и для торгового и культурного обмена между северными и южными странами. Он пережил свой расцвет при древнерусских князьях Святославе и Владимире Святом в X–XI веках, а окончательно лишился своего значения после захвата Нижнего и Среднего Поднепровья во время монгольского нашествия.

Путь из варяг в греки: описание маршрута и его значение

Водный путь «из варяг в греки» также назывался Варяжским или Восточным. Он соединял север (Балтийское море) и юг (Византию), до XII века оставаясь одним из самых важных и востребованных. Огромное значение путь имел для русских купцов, которые могли торговать с Константинополем и скандинавскими странами, хотя первоначально дорогой пользовались варяги для нападения на Европу.

Протяженность маршрута

Путь «из варяг в греки» пролегал только по водной поверхности: рекам, озерам и морям. В условиях IX—X вв. еков это было крайне удобно для тех, кто желал поскорее добраться из одной точки в другую.

Стоит сразу отметить, что названия «варяги» и «греки» не полностью соответствуют современным. Варяги на карте — это скандинавские жители, обычно наемные воины, греками же в Древней Руси были жители Византии, которые говорили на греческом языке. Путь «из варяг в греки» проходил по следующему маршруту:

  1. Он начинался на Скандинавском полуострове в одном из крупных торговых городов — Сигтуне или Бирке. Также он мог начинаться на острове Готланд или на южном берегу Балтийского моря — в Щецине, Старигарде, Винете или Ральсвике.
  2. Далее он проходил по Балтийскому (Варяжскому) морю и выходил через Финский залив.
  3. После этого корабли следовали по реке Неве в Ладожское озеро.
  4. Проплывали реку Волхов в озеро Ильмень, следовали по рекам Ловать и Днепр.
  5. Через Черное море корабли добирались до Константинополя (Царьграда), нынешнего Стамбула.

Таким же образом плыли в обратную сторону.

Географические особенности

Проследить дорогу «из варяг в греки» по карте довольно просто, там же можно заметить, что она соединяла Северную Европу с Южной. Длина маршрута составляла более 2 тысяч километров. Путешественники должны были обладать крепкими и надежными судами, которые позволили бы легко пройти такое расстояние. Обычно ладьи имели значительные размеры (от 16 м в длину и 2 м в ширину), на них были установлены паруса и несколько пар весел (не менее 8—10).

Чаще всего путешественники шли по рекам весной и летом, осенью отправлялись немногие, так как приближающаяся зима сковывала дорогу льдом. Нередко путешественникам приходилось останавливаться в городах для перезимовки. Другие особенности пути:

  1. Направляясь в сторону Византии, корабли должны были плыть по рекам Волхов и Ловать против течения. В обратную сторону приходилось двигаться против течения всего Днепра.
  2. Между Ловатью и Днепром (точнее, между Ловатью — Двиной, Двиной и Днепром) нет водного прохода, то есть путешественникам нужно было тянуть корабли на себе несколько километров.
  3. Некоторые историки считают, что путешественники плыли не на одном корабле, а пересаживались с тяжелых морских на более легкие и подвижные речные. Последние составляли в длину не более 10—12 метров и опускались только на полметра в воду. Чаще всего пересаживались дважды. После прохождения Балтийского моря меняли морские суда на речные. Второй раз пересаживались в Черном море: в основном использовали византийские торговые суда средиземноморского типа.
  4. Многие реки были трудны для судоходства из-за большого количества порогов, а озера Ладожское и Ильмень сотрясали штормы.

Несмотря на все трудности, водная дорога намного безопаснее и дешевле сухопутной: не нужно было кормить лошадей и менять их, для себя путешественники также ловили рыбу. Кроме того, на берегу многих купцов подстерегали разбойники, от которых было проще оторваться по рекам.

Историческое значение

Историки до сих пор не могут точно установить, кто первым открыл этот путь. Существуют две точки зрения:

  1. Освоение шло с севера, а первым его открыл конунг (верховный правитель) Ивар Приобретатель (Широкие Объятья) в VII веке. Описания в скандинавских источниках говорят о том, что открытие совершил Эйрик Путешественник. Это косвенно подтверждается начавшимися набегами скандинавов на южный берег Черного моря и Крым.
  2. Монах Нестор, автор «Повести временных лет», дал подробное определение и описание пути, но в обратную сторону — от греков к варягам. Он же упоминает о том, что этим путем с юга прошел апостол Андрей, проповедуя Евангелие. Однако это событие могло произойти только в I веке н. э., что делает рассказ Нестора несколько неправдоподобным.

Сегодня большинство историков придерживается первой версии. В IX веке викинги-скандинавы совершали набеги в Европу, наверняка часть пути они прошли реками, постепенно открывая дорогу до Византии. Но воинственные северные жители принесли не только разрушения. На их землях тогда уже правили князья с дружиной, существовала хорошо продуманная религия, в то время как славянские племена только формировали племенные союзы. Неудивительно, что этим путем в Древнюю Русь пришел Рюрик — первый правитель, призванный русичами.

Некоторое время Варяжский путь использовался для военных целей и грабежей, постепенно викингов вытеснили купцы со всех прилегающих земель. Впрочем, первыми купцами стали сами викинги, привозившие в Византию славянских рабов. В XI веке вдоль всего пути постепенно выстроились деревни и крепости, поселились люди, занимавшиеся обслуживанием кораблей и путешественников.

Привозные товары

С развитием торгового дела уменьшился и сам путь. Теперь купцам не нужно было проплывать всю дорогу от Балтики до Черного моря — достаточно было довезти товар до крупных перевалочных пунктов — Киева и Новгорода. Торговали разными товарами:

  1. Из Скандинавии направляли солдат и рабов, сырец-железо, амбру, вещи из китовой кожи, моржовую кость. Также привозили награбленные товары: французские вина, драгоценности и серебряные предметы, тонкие ткани.
  2. Из Прибалтики шел янтарь.
  3. Северная Русь (Новгород) поставляла пушнину (меха), лен и кожу, смолу, мед и воск, леса, кованую утварь и керамику.
  4. Южная Русь (Киев) торговала хлебом, серебром, ремесленными изделиями.
  5. Константинополь продавал посуду, ткани, вина, книги, иконы, стеклянные и ювелирные изделия, пряности.

Каждая сторона поставляла собственное оружие и изделия своих ремесленников и художников.

Стоит отметить, что с развитием торговли роль набегов не уменьшилась: даже после воцарения Рюрика славяне продолжили ходить в Константинополь за добычей.

Наибольшее значение путь пережил в X—XI вв. еках при князьях Святославе Игоревиче и Владимире Святославовиче. С XII столетия его роль начала снижаться. Этому способствовали раздробленность русского государства, упадок Византии и последующий перенос центра торговли в Венецию, захват ордынцами Нижнего и Среднего Поднепровья.

Морская дорога «из варяг в греки» существовала около 250 лет, но ее значение для развития Руси огромно. Сперва этот путь использовали варяги в набегах, затем по нему стали активно переправляться купцы, благодаря чему на территории русских земель появились и развились крупные торговые города — Киев и Новгород. Эти же путем прошел первый русский князь Рюрик.

Из варяг в греки путь из ниоткуда в никуда

«Из варяг в греки» — путь из ниоткуда в никуда

Знаменитый Волховско-Днепровский путь «из варяг в греки» занимает исключительное место в средневековой истории Восточной Европы. Ведь помимо чисто экономического значения ему приписывают и выдающуюся государственнообразующую роль — того географического «стержня», на который были «нанизаны» древнерусские земли. Однако последние исследования убеждают в том, что перед нами типичный для Средневековья историко-географический фантом.

Путь «из варяг в греки» появляется в «Повести временных лет» на первых же страницах, во вставном сказании о хождении апостола Андрея на Русь: «И бе путь из варяг в греки и из грек до Днепру и верх Днепра волок до Ловати, и по Ловати внити в Илмерь озеро великое; из него же озера потечет Волхов и втечет в озеро великое Нево; и того озера внидет устье в море Варяжское; и по тому морю внити даже и до Рима. ». После вставки об «Оковском лесе» летописец продолжает: «А Днепр втечет в Понтеское [Черное] море треми жерелы [устьями], иже море слывет Руское, по нему же учил апостол Андрей, брат Петров. ». И далее оказывается, что Первозванный апостол и был первым, кто проделал весь этот путь (в обратном направлении — «из грек в варяги»).

Из приморского малоазийского города Синопа Андрей приходит в крымскую Корсунь (Херсонес Таврический). Здесь, узнав, что рядом находится устье Днепра, он довольно неожиданно «всхоте поити в Рим». Случайно («по приключаю») апостол останавливается на ночлег на берегу Днепра, где позже суждено было возникнуть Киеву. «Заутра встав», он пророчествует своим ученикам о будущем величии Киева, осененного Божией благодатью, поднимается на «горы сия», благословляет их и воздвигает на этом месте крест. Затем он продолжает свой путь до Новгорода, где становится изумленным свидетелем банного самоистязания новгородцев: «…како ся моют и хвощутся. едва вылезуть еле живы; и обольются водою студеною, и тако оживут; и тако творят по вся дни, не мучимые никемже, но сами ся мучают. ». Добравшись до Рима, он рассказывает об этом поразившем его обычае, и римляне «слышавше дивляхуся». После этого апостол без всяких приключений возвращается в Синоп.

Читайте также  Эволюция революционного движения в россии в xix веке

Можем ли мы поставить под сомнение это известие «Повести временных лет»? Не только можем, но и должны. Дело в том, что ни в каком другом средневековом источнике этот путь не описан. И более того, хождение по нему апостола Андрея — сомнительное во всех смыслах*, — на сегодняшний день является единственным подтверждением его существования. Это может показаться невероятным, но, тем не менее, дело обстоит именно так.

* См.: Цветков С.Э. Хождение апостола Андрея «из грек в варяги». Дунайский
след. URL:

Прежде всего о пути «из варяг в греки» молчат скандинавские источники, что признают даже те ученые, которые не сомневаются в реальности Волховско-Днепровского маршрута (См.: Брим В. А. Путь из варяг в греки // ИАН СССР, VII серия. Отделение общественных наук. Л. 1931. С. 219, 222, 230; Джаксон Т. Н., Калинина Т. М., Коновалова И. Г., Подосинов А. В. «Русская река»: Речные пути Восточной Европы в античной и средневековой географии. М., 2007. С. 285). Ничего не знают о нем и арабские географы и историки, сообщающие только о некоей Русской или Славянской реке, чьи истоки граничат с Морем мрака и страной Йаджуджа и Маджуджа (Гога и Магога), то есть с Балтийским морем и Северным Уралом. Но на роль этой реки может претендовать отнюдь не Днепр, а Дон или Волга, так что в арабских известиях мы видим смутные очертания Балтийско-Волжского пути.

Император Константин Багрянородный, человек, безусловно, сведущий в русско-византийской торговле, описывая плавание русов по Днепру к Черному морю, заметил, что русские ладьи рубятся и спускаются на воду в верховьях Днепра и по его притокам. И это были всего лишь заготовки для судов, которые оснащались в Киеве, где, собственно, и снаряжался торговый караван в Константинополь. Ни о каких торговцах с Балтики, плавающих по Днепру, в Византии не ведали.

Из западноевропейских историков имеется лишь показание Адама Бременского (повторенное затем Гельмольдом) о том, что «из шлезвигской гавани обыкновенно отправляются корабли в Склаванию [славянское Поморье], Сведию [Швецию], Семланд [Земландский полуостров] и до самой Греции». Чтобы понять, как попали в этот отрывок греки, необходимо помнить, что немецкие хронисты XI – XII вв. вообще имели довольно смутные представления о Восточной Европе. Судя по географическому описанию того же Адама, ему казалось, что Балтийское море «наподобие пояса (название Балтийского моря производилось от лат. balteus — «пояс». — С. Ц.) простирается по областям Скифии до самой Греции», соединяясь с Мраморным морем — Геллеспонтом. Таким образом, Киев оказывался «достойным соперником державного Константинополя, славнейшим украшением Греции».

По-видимому, источником формирования подобных географических представлений явилось энциклопедическое сочинение римского ученого-компилятора V в. Марциана Капеллы «О свадьбе Филологии и Меркурия», в котором можно прочитать, что «Меотийские болота» (Азовское море) являются «заливом Северного океана». Адам Бременский, по его собственному признанию, стремился в своих географических описаниях опереться на авторитет античной традиции, но не нашел упоминаний о Балтийском море ни у кого, кроме Марциана (Древняя Русь в свете зарубежных источников. М., 1999. С. 276).

Итак, «Греция» Адама Бременского начинается сразу за Восточной Прибалтикой. Что же касается самого пути «в греки», то Адам, как мы видим, был убежден в существовании не речного, а морского маршрута из Балтики в Константинополь — в обход Новгородской земли и прямиком в Азовское море. Поэтому связать его известие с Волховско-Днепровским путем невозможно.

Сохранилось описание средневекового пути из Риги в Смоленск (договор 1229 г.). Согласно этому документу, после доставки товаров по Западной Двине, товары перегружались на телеги и сухим путем отправлялись в Смоленск. Здесь даже Западно-Двинский и Днепровский бассейны оказываются полностью замкнутыми водными системами.

По сообщению «Повести временных лет», Владимир, готовясь в 1014 г. совершить поход на Новгород, чтобы привести к покорности своего сына Ярослава, прекратившего платить «урок» Киеву, наказал своим людям: «Требите путь и мостите мост». Если даже прав Данилевский, полагая, что в данном случае «автор летописи устами Владимира косвенно процитировал пророка Исайю: «И сказал: поднимайте, поднимайте, равняйте путь, убирайте преграду с пути» (Данилевский И. Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (IX – XII вв.). Курс лекций. М., 1999. С. 121), — то все равно, пусть и чужими словами, летописец отразил реальное обстоятельство: чтобы попасть в начале XI в. из Киева в Новгород, требовались специальные инженерные мероприятия. Вообще, ни о каких плаваниях из Новгорода в Киев и Черное море летопись ни сообщает.

Не в силах подтвердить реальность Волховско-Днепровского пути и археология. В.Я.Петрухин формулирует ее выводы следующим образом: «По данным археологии, в IX веке основным международным торговым маршрутом Восточной Европы был путь к Черному морю по Дону, а не Днепру. С рубежа VIII и IX веков и до XI в. по этому пути из стран Арабского халифата в Восточную Европу, Скандинавию и страны Балтики почти непрерывным потоком движутся тысячи серебряных монет — дирхемов. Они оседают в кладах на тех поселениях, где велась торговля и жили купцы. Такие клады IX века известны на Оке, в верховьях Волги… по Волхову вплоть до Ладоги (у Нестора — «озеро Нево»), но их нет на Днепре» (Петрухин В. Я. Скандинавия и Русь на путях мировой цивилизации // Путь из варяг в греки и из грек в варяги. Каталог выставки. Май 1996. М., 1996. С. 9).

Византийский археологический материал также не подтверждает существования Волховско-Днепровского пути. Самые ранние византийские сосуды в культурных наслоениях Новгорода относятся к X в. (при том, что подобные им изделия не найдены ни в Киеве, ни в других крупных городах Руси), а византийские монеты IX–X вв. — редкость даже на берегах Днепра. В то же время только в Прикамье (на Балтийско-Волжском торговом пути) археологами найдено около 300 византийских монет. Само месторасположение древних новгородских поселений не ориентировано на связи с Днепром. За Руссой к югу (на Днепр) нет крупных поселений, зато к юго-востоку (Балтийско-Волжский торговый путь) выросли Новый Торг и Волок Ламский.

Неизменным провалом заканчивались попытки современных энтузиастов преодолеть маршрут из Ловати к Днепру — большую часть пути от водоема к водоему их ялы и шлюпки транспортировали армейские вездеходы (Никитин. Основания русской истории. М., 2000. С. 129.Исследователь ссылается на показания участника экспедиции 1985 г. А. М. Микляева). А ведь уровень воды в этих гидросистемах в IX – X вв. был ниже на 5 метров!

Как написано в отчете об экспедиции Айфур (1994): «Опыт, полученный в этой экспедиции, показывает, что для северной части древнего пути из варяг в греки подходили только очень легкие суда».

То есть не торговые ладьи. Вуаля!

Наконец, путь на Балтику через Новгород и Ладогу просто лишен смысла, поскольку, повернув от верховьев Днепра к Западной Двине, путешественник сокращает маршрут в 5 раз.

Ю. Звягин, автор единственного на сей день комплексного исследования пути «из варяг в греки», подытоживает свои наблюдения следующими словами: «Собранные данные говорят о том, что в VIII – IX вв. нахоженного пути между Киевской и Новгородской Русью не было. Климат в это время был более сухим, реки — мельче и потому непроходимые» (Звягин Ю. Великий путь из варяг в греки. Тысячелетняя загадка истории. М., 2009. С. 236).

Положение начало меняться в Х в., когда из-за наступившего потепления и увлажнения речные системы Северо-Восточной Руси стали более многоводными. Однако и тогда путь по Днепру имел преимущественно внутреннее, а не транзитное значение. Международная же торговля осуществлялась из двух центров: Киева и Новгорода, постоянное сообщение между которыми (и не обязательно водное) наладилось не раньше XII в. (Бернштейн-Коган С. В. Путь из варяг в греки // Вопросы географии. 1950. № 20). В указателе путей из Новгорода XVII в. наличествует только сухопутный путь вдоль Ловати до Холма и до Великих Лук (см.: Голубцов И. А. Пути сообщения в бывших землях Новгорода Великого в XVI – XVII веках и отражение их на русской карте середины XVII века // Вопросы географии. 1950. № 20).

И тем не менее путь «из варяг в греки» существовал, хотя официально никогда так не назывался. И пролегал он не по Волхову, Ловати и Днепру, а по речным долинам Рейна и Эльбы с дальнейшим выходом к верховьям Дуная, откуда путешественнику предоставлялось на выбор два направления: одно — к Верхней Адриатике с последующим плаванием вокруг Греции, другое — вниз по Дунаю. По этому пути с XVI в. до н. э. в Южную Европу попадал балтийский янтарь (и, очевидно, именно по нему были привезены в Новгород упомянутые византийские сосуды).

И конечно, никому не приходило в голову менять наезженный веками маршрут по давно обжитым местностям на ненадежный, полный превратностей путь, терявшийся в дремучих чащобах вдоль волховско-днепровских берегов и выходивший на свет божий только южнее Киева, но лишь для того, чтобы отдать путешественника в руки степных хищников: участок пути от Киева до устья Днепра Константин Багрянородный называет «мучительным, страшным, невыносимым и тяжким» — отличная рекомендация для торговцев и путешественников! Именно «рейнско-дунайским» путем, через Германию, в 1098 г. проехал в Константинополь король Эрик Эйегода в «Кнутлингасаге». Вспомним и Святослава: «Не любо мне сидеть в Киеве, хочу жить в Переяславце на Дунае — ибо там середина земли моей, туда стекаются все блага: из Греческой земли — золото, паволоки, вина, различные плоды, из Чехии и из Венгрии серебро и кони, из Руси же меха и воск, мед и рабы».

Понятно, что все это забивает кол в сердце «норманнской теории». У торговцев с Балтики не было никакой заинтересованности в Киеве, который они старательно огибали по рейнско-дунайской или по волжско-донской дуге.

Адаптированный фрагмент из моей книги:
Цветков С. Э. Начало русской истории. С древних времен до Олега. М.: Центрполиграф, 2011.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: