Репрессии против военных 30-х годов

«Погром командиров»: фактические результаты репрессий среди комсостава РККА в 1937–38 годах

Широчайше распространено мнение, что репрессии 1937–38 годов обезглавили Красную армию, лишив её множества талантливых командиров высшего и среднего звена – что в результате привело к серьёзнейшему снижению выучки и боеготовности, и, в конце концов, явилось одной из причин тяжелейших потерь в начале Великой Отечественной войны.

Никоим образом не обсуждая репрессии как таковые (эта тема отдельного и глубочайшего изучения), рассмотрим – каково было положение РККА в предрепрессионный период и какое фактическое влияние оказали репрессии на состояние комсостава.

Данный текст является в первую очередь собиранием воедино архивных фактов и данных, находящихся в открытых источниках. Целью является беспристрастное изучение результатов репрессий, но, повторимся, не обсуждение самих репрессий с какой бы то ни было точки зрения.

Так сколько же?

Сталин истребил цвет командного состава, расстрелял, сместил, сослал около 30 000 офицеров.

Л. Д. Троцкий, 13 марта 1939 г.

(Цит. по: Троцкий Л. Д. Портреты революционеров. М., 1991. С. 149)

Именно от этой цитаты и начинается отсчёт, и с течением времени увеличивается приводимое число. Наиболее часто встречается указание на сорок тысяч, впервые озвученное Д. А. Волкогоновым:

По имеющимся данным, с мая 1937 года по сентябрь 1938 года, т.е. в течение полутора лет, в армии подверглись репрессиям 36 761 человек, а на флоте — более 3 тысяч.

Сам Волкогонов далее честно уточняет: «Часть из них была, правда, лишь уволена из РККА». Впоследствии цитата Волкогонова озвучивалась многими авторами, изменяясь до неузнаваемости. Приведём лишь некоторые показательные мнения:

Далее в справке указывается, что только в армии с мая 1937 года по сентябрь 1938 года был репрессирован 36 761 военачальник.

(Цит. по: Волкогонов Д. А. Триумф и трагедия / Политический портрет И. В. Сталина. В 2-х книгах. Кн.II. Ч.1. М., 1989. С.51)

Почему вдруг все репрессированные превратились в военачальников – не совсем понятно.

А дальше количество репрессированных стало невероятно расти:

Более 70 тысяч командиров Красной армии были уничтожены Сталиным ещё до войны.

(Цит. по: Яковлев А. Н. Жириновскому и другим «патриотам» в жирных кавычках // Известия. 1995. 25 апреля. №76 (24435))

…мы вынуждены считать, что убыль кадрового состава за два года чистки составила приблизительно 100 тыс. человек.

(Цит. по: Рапопорт В. И., Геллер Ю. А. Измена Родине. М., 1995. С.291)

Не очень понятно, кто же вынудил авторов и откуда взялось это число… И всё пришло к логическому финалу – погибли все!

Без войны в застенках и лагерях НКВД погиб почти весь великолепный офицерский корпус — становой хребет Красной армии.

(Цит. по: Коваль B. C. «Барбаросса»: истоки и история величайшего преступления империализма. Киев, 1989. С.593)

От рук палачей погиб и весь средний командный состав.

(Цит. по: Мельников Д. Е., Черная Л. Б. Тайны гестапо. Империя смерти. М., 2000. С.404)

Для того, чтобы понять масштабы репрессий, давайте обратимся к первоисточникам, то есть – к архивам.

За последние пять лет (с 1934 г. по 25 октября 1939 г.) из кадров РККА ежегодно увольнялось следующее количество начсостава:

В 1934 г. уволены 6596 чел., или 5,9% к списочной численности, из них:

а) за пьянство и моральное разложение — 1513

б) по болезни, инвалидности, за смертью и пр. — 4604

в) как арестованные и осуждённые — 479

Всего — 6596

В 1935 г. уволены 8560 чел., или 7,2% к списочной численности, из них:

а) по политико-моральным причинам, служебному несоответствию, по желанию и пр. — 6719

б) по болезни и за смертью — 1492

в) как осуждённые — 349

Всего — 8560

В 1936 г. уволены 4918 чел., или 3,9% к списочной численности, из них:

а) за пьянство и политико-моральное несоответствие — 1942

б) по болезни, инвалидности и за смертью — 1937

в) по политическим мотивам (исключение из партии) — 782 [49]

г) как арестованные и осужденные — 257

Всего — 4918

В 1937 г. уволены 18 658 чел., или 13,6% к списочной численности, из них:

а) по политическим мотивам (исключение из партии, связь с врагами народа) — 11 104

б) арестованных — 4474

в) за пьянство и моральное разложение — 1139

г) по болезни, инвалидности, за смертью — 1941

Всего — 18 658

В 1938 г. уволены 16362 чел., или 11,3% к списочной численности, из них:

а) по политическим мотивам — исключенные из ВКП(б), которые согласно директиве ЦК ВКП(б) подлежали увольнению из РККА и за связь с заговорщиками — 3580

б) иностранцы (латыши — 717, поляки — 1099, немцы — 620, эстонцы — 312, корейцы, литовцы и др ), уроженцы заграницы и связанные с ней, которые уволены согласно директиве народного комиссара обороны от 24.6.1938 за №200/ш, — 4138

в) арестованных — 5032

г) за пьянство, растраты, хищения, моральное разложение — 2671

д) по болезни, инвалидности, за смертью — 941

Всего — 16 362

В 1939 г. на 25.10 уволен 1691 чел., или 0,6% к списочной численности, из них:

а) по политическим мотивам (исключение из партии, связь с заговорщиками) — 277

б) арестованных — 67

в) за пьянство и моральное разложение — 197

г) по болезни, инвалидности — 725

д) исключено за смертью — 425

Общее число уволенных за 6 лет составляет — 56 785 чел.

Всего уволены в 1937 и 1938 гг. — 35 020 чел., из этого числа:

а) естественная убыль (умершие, уволенные по болезни, инвалидности, пьяницы и др.) составляет — 6692, или 19,1% к числу уволенных; [50]

б) арестованные — 9506, или 27,2% к числу уволенных;

в) уволенные по политическим мотивам (исключенные из ВКП(б) — по директиве ЦК ВКП(б) — 14 684, или 41,9% к числу уволенных;

г) иностранцы, уволенные по директиве народного комиссара обороны — 4138 чел., или 11,8% к числу уволенных.

Таким образом, в 1938 году были уволены по директиве ЦК ВКП(б) и народного комиссара обороны 7718 чел., или 41% к числу уволенных в 1938 году.

Наряду с очисткой армии от враждебных элементов часть начсостава была уволена и по необоснованным причинам. После восстановления в партии и установления неосновательности увольнения возвращены в РККА 6650 чел., главным образом капитаны, старшие лейтенанты, лейтенанты и им равные, составляющие 62% этого числа.

На место уволенных пришло в армию проверенных кадров из запаса 8154 чел., из одногодичников — 2572 чел., из политсостава запаса — 4000 чел., что покрывает число уволенных.

Увольнение по 1939 году идёт за счёт естественной убыли и очистки армии от пьяниц, которых народный комиссар обороны своим приказом от 28 декабря 1938 года требует беспощадно изгонять из Красной армии.

Таким образом, за два года (1937 и 1938) армия серьёзно очистилась от политически враждебных элементов, пьяниц и иностранцев, не внушающих политического доверия.

В итоге мы имеем гораздо более крепкое политико-моральное состояние. Подъём дисциплины, быстрое выдвижение кадров, повышение в военных званиях, а также увеличение окладов содержания подняли заинтересованность и уверенность кадров и высокий политический подъём в РККА, показанный на деле в исторических победах в районе озера Хасан и р. Халхин-Гол, за отличие в которых Правительство наградило званием Героя Советского Союза 96 человек и орденами и медалями 23 728 человек.

Начальник 6 отдела полковник (Ширяев)

20 октября 1939 г.

(Цит. по: РГВА. Ф.37837. Оп.19. Д.87. Л.42-52)

Реверансы в сторону Хасана и Халхин-Гола мы пока опустим (до этого мы ещё дойдём, но чуть позже) и для удобства сведём все указанные данные в таблицу:

Репрессии против военных 30-х годов

Оценки числа жертв репрессий разнятся и зависят от методики подсчета. Если учитывать только осужденных по политическим статьям, то по данным анализа статистики областных управлений КГБ СССР, проведенного в 1988 году, органами ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ были арестованы 4 308 487 человек, из них 835 194 были расстреляны. По этим же данным, в лагерях погибло около 1,76 млн. человек. По подсчетам Общества «Мемориал», осужденных по политическим мотивам было больше – 4,5-4,8 млн. человек, из них 1,1 млн. человек были расстреляны.

Жертвами сталинских репрессий оказались представители некоторых народов, подвергнувшихся насильственной депортации (немцы, поляки, финны, карачаевцы, калмыки, чеченцы, ингуши, балкарцы, крымские татары и другие). Это порядка 6 млн. человек. Каждый пятый не дожил до конца пути – в ходе тяжелых условий депортаций погибло около 1,2 млн. человек. В ходе раскулачивания пострадали около 4 млн. крестьян, из них не менее 600 тыс. погибли в ссылке.

В целом, в результате сталинской политики пострадали порядка 39 млн. человек. В число жертв репрессий включают погибших в лагерях от болезней и тяжелых условий труда, лишенцев, жертв голода, пострадавших от неоправданно жестоких указов «о прогулах» и «о трех колосках» и другие группы населения, получившие чрезмерно суровое наказание за мелкие правонарушения в силу репрессивного характера законодательства и следствия того времени.

В июле 1928 года, выступая на Пленуме ЦК ВКП(б), Иосиф Сталин охарактеризовал необходимость борьбы с «чуждыми элементами» следующим образом: «По мере нашего продвижения вперед, сопротивление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться, а Советская власть, силы которой будут возрастать все больше и больше, будет проводить политику изоляции этих элементов, политику разложения врагов рабочего класса, наконец, политику подавления сопротивления эксплуататоров, создавая базу для дальнейшего продвижения вперед рабочего класса и основных масс крестьянства».

В 1937 году нарком внутренних дел СССР Н. Ежов опубликовал приказ № 00447, в соответствии с которым начиналась масштабная кампания по уничтожению «антисоветских элементов». Они признавались виновниками всех неудач советского руководства: «Антисоветские элементы являются главными зачинщиками всякого рода антисоветских и диверсионных преступлений, как в колхозах и совхозах, так и на транспорте, и в некоторых областях промышленности. Перед органами государственной безопасности стоит задача – самым беспощадным образом разгромить всю эту банду антисоветских элементов, защитить трудящийся советский народ от их контрреволюционных происков и, наконец, раз и навсегда покончить с их подлой подрывной работой против основ советского государства. В соответствии с этим приказываю – с 5 августа 1937 года во всех республиках, краях и областях начать операцию по репрессированию бывших кулаков, активных антисоветских элементов и уголовников». Этот документ знаменует начало эпохи масштабных политических репрессий, которая впоследствии получила название «Большой террор».

До сих пор в СМИ и даже в учебных пособиях можно встретить оправдание политического террора в СССР необходимостью проведения индустриализации в короткие сроки. С момента выхода постановления, обязывающего осужденных на срок более 3-х лет отбывать наказание в исправительно-трудовых лагерях, заключенных активно привлекали к строительству различных объектов инфраструктуры. В 1930-м году было создано Главное Управление исправительно-трудовых лагерей ОГПУ (ГУЛАГ) и огромные потоки заключенных были отправлены на ключевые стройки. За время существования этой системы, через нее прошли от 15 до 18 млн. человек.

В течение 1930-1950-х годов силами заключенных ГУЛАГа велось строительство Беломорско-Балтийского канала, канала имени Москвы. Заключенные строили Угличскую, Рыбинскую, Куйбышевскую и другие гидроэлектростанции, возводили металлургические заводы, объекты советской ядерной программы, самые протяженные железные дороги и автострады. Узниками ГУЛАГа были построены десятки советских городов (Комсомольск-на-Амуре, Дудинка, Норильск, Воркута, Новокуйбышевск и многие другие).

Читайте также  Поражение россии в войне, обострение общенационального кризиса

На сегодняшний день Россия пережила «две с половиной попытки десталинизации». Первая и самая масштабная была развернута Н. Хрущевым. Ее началом стал доклад на XX съезде КПСС:

«Арестовывали без санкций прокурора… Какая еще может быть санкция, когда все разрешал Сталин. Он был главным прокурором в этих вопросах. Сталин давал не только разрешения, но и указания об арестах по своей инициативе. Сталин был человек очень мнительный, с болезненной подозрительностью, в чем мы убедились, работая вместе с ним. Он мог посмотреть на человека и сказать: «что-то у вас сегодня глаза бегают», или: «почему вы сегодня часто отворачиваетесь, не смотрите прямо в глаза». Болезненная подозрительность привела его к огульному недоверию. Везде и всюду он видел «врагов», «двурушников», «шпионов». Имея неограниченную власть, он допускал жестокий произвол, подавлял человека морально и физически. Когда Сталин говорил, что такого-то надо арестовать, то следовало принимать на веру, что это «враг народа». А банда Берия, хозяйничавшая в органах госбезопасности, из кожи лезла вон, чтобы доказать виновность арестованных лиц, правильность сфабрикованных ими материалов. А какие доказательства пускались в ход? Признания арестованных. И следователи добывали эти «признания».

В результате борьбы с культом личности были пересмотрены приговоры, более 88 тысяч заключенных реабилитированы. Тем не менее, наступившая после этих событий эпоха «оттепели» оказалась совсем недолгой. В скором времени жертвами политического преследования станут множество несогласных с политикой советского руководства диссидентов.

Вторая волна десталинизации пришлась на конец 80-х – начало 90-х годов. Только тогда обществу стали известны хотя бы приблизительные цифры, характеризующие масштаб сталинского террора. В это время также были пересмотрены приговоры, вынесенные в 30-40-е годы. В большинстве случаев осужденные были реабилитированы. Спустя половину столетия были реабилитированы посмертно раскулаченные крестьяне.

Робкая попытка проведения новой десталинизации была предпринята во времена президентства Дмитрия Медведева. Однако существенных результатов она не принесла. Росархив по указанию президента разместил на своем сайте документы о расстрелянных НКВД 20 тысячах поляков близ Катыни.

Программы по сохранению памяти о жертвах сворачиваются из-за недостатка финансирования. Закрываются музеи и мемориальные комплексы. По всей России до сих пор разбросаны сотни безымянных могил, места захоронений жертв политических репрессий часто никак не обозначены на картах. Информацию об этих местах собирают местные жители или иностранцы. Польский фотограф Томаш Кизны несколько лет собирал фото и видеоматериалы мест массовых захоронений жертв политических репрессий. Итоги его работы были представлены 2 года назад в Сахаровском центре. Российское государство не способствовало этой работе ни на одном из этапов. Кроме того, сам Сахаровский центр признан иностранным агентом и вынужден выплачивать миллионные штрафы. Крайне трудную работу по изучению материалов сталинской эпохи по сегодняшний день осложняет тот факт, что значительная часть архивов государственных органов остается недоступной исследователям, тысячи документов остаются засекреченными.

Будет справедливым отметить, что основная работа по сбору информации о жертвах репрессий, поиску мест захоронения, по сохранению памяти о репрессированных и просветительская деятельность ведется исключительно силами гражданского общества. Этим занимается общество «Мемориал» и множество отдельных граждан, на свои средства устанавливающие памятные знаки (проект «Последний адрес»), проводящие мероприятия и издающие просветительскую литературу.

«Поломали человеческие судьбы». Историк о репрессиях 1930-х годов

30 октября в России считается Днем памяти жертв политических репрессий. Историк, начальник управления по делам архивов Белгородской области Павел Субботин рассказал о том, что происходило в те страшные годы репрессий и как это коснулось Белгородчины.

«Не застрахован был никто»

Екатерина Никулина: Из-за чего, по вашему мнению, начались репрессии? Что послужило толчком к ним? Кто и за что чаще всего подвергался репрессиям?

Павел Субботин: Для разных категорий населения и в разные периоды причины и поводы для репрессий были разные. В основе их всегда лежала нетерпимость к другим политическим или религиозным взглядам, опасения, что люди с другими взглядами представляют потенциальную опасность для власти одной конкретной партии. Это было классическое сектантство, когда все, не согласные с твоей точкой зрения, враги. В остальном надо смотреть на текущий политический момент.

В ходе Гражданской войны все стороны противостояния практиковали взаимный террор, от которого страдало в том числе и гражданское население. С началом коллективизации репрессии коснулись зажиточных слоёв деревни, параллельно шёл разгром церковных организаций. В 1920-1930-е планомерно зачищались бывшие соратники по революции и Гражданской войне – эсеры и меньшевики. Свой вклад в репрессии 1930-х дала внутрипартийная борьба – тут уже ловили троцкистов и тех, кого ими назначали. Впрочем, в конце 1930-х годов репрессии могли коснуться буквально каждого. В том числе людей с комсомольским и партийным билетом в кармане. Не застрахован был никто.

– Сейчас многие ставят под сомнение как сами репрессии, так и невиновность тех, кого они коснулись. Что вы можете сказать по этому поводу?

– Полагаю, это произошло из-за того, что в 1990-е годы тему репрессий в своих узких интересах активно использовали российские либералы. По мере их дискредитации за проводимую ими политику в глазах общества было дискредитировано и всё, что они наговорили. Даже если изначально с либералами это было никак не связано.

В Белгородской области на протяжении многих лет шла планомерная работа по выявлению и публикации материалов о жертвах политических репрессий. Этой работой руководил наш ныне покойный земляк-фронтовик, профессор и академик Юрий Юлианович Вейнгольд. С 1996 по 2010 годы было издано 10 томов со списками репрессированных белгородцев. Эти книги есть во всех наших районных и областных библиотеках в свободном доступе. Это тысячи страниц и тысячи имён и лиц.

Первое, что поражает, когда читаешь эти списки, так это то, что основными категориями расстрелянных или сосланных в лагеря белгородцев были простые рабочие и колхозники, люди труда, часто малограмотные. Пастухи, портнихи, хлеборобы, плотники, конюхи, сапожники, слесари. Это была война против простого народа. Надо очень постараться, чтобы среди тысяч работяг с поломанными судьбами найти кого-то из «эксплуататоров».

«Будьте прокляты, враги!»

— Известно, что пик массовых политических репрессий пришелся на 1930-е годы, а конкретно на 1937-1938, именуемые «годами большого террора». Как в эти годы освещалась политическая жизнь в региональных газетах?

— В нашем архиве хранятся подшивки районных газет Белгородчины за 1930-е годы. Они в свободном доступе. Общая атмосфера на протяжении 1930-х — кампанейщина и бешеный темп. Одни хозяйственные и политические кампании сменялись другими. Политические кампании на местах ориентировались на Москву и на центральные газеты. Перепечатывались программные материалы, а потом уже на месте раскручивали тему.

Общее впечатление на пиках таких кампаний – психоз. Чтобы это прочувствовать, нужно брать подшивки и читать газету день за днём. Истерика по любому поводу постоянно нарастала. В отношении тех, кого на каком-то этапе назначали врагами, шла открытая травля. Людей доводили до того, что они в 1929-1931 годах письменно отрекались от родителей прямо на страницах Белгородской правды: «Я, такая-то, отказываюсь от своего отца и матери». В ходу были коллективные письма с проклятиями. Вот, например, три соседних заголовка только из одного номера «Белгородской правды» за 1937 год: «Будем беспощадно выкорчевывать врагов», «Будьте прокляты, враги!», «Разоблачим врагов».

— Как общество относилось к жертвам репрессий?

— А какие были варианты? Внешне все были согласны.

— Что делали с родственниками репрессированных? Подвергались ли они политическим гонениям?

— Родственники репрессированных попадали в категорию лишенцев – лиц, лишённых избирательных прав. Им нельзя было проживать в утверждённом списке крупных промышленных городов, поступать в высшие учебные заведения, работать на ряде промышленных предприятий, во время голода им прекращали отпускать товары в магазинах. В газетах иногда их так и называли – «лишние люди». В госархиве Белгородской области сохранились дела со списками лишенцев по большинству районов Белгородчины. Сейчас они рассекречены и с ними можно ознакомиться.

Голод был страшный

— Голодомор в СССР начала 1930-х годов – миф или реальность? Затрагивал ли он территорию Белгородчины?

— Голодомор – это украинский политический термин. Так наши соседи убеждают себя и окружающих, что голодом морили только их по национальному признаку. В то время как на самом деле в 1932-1933 годах голод был на всём пространстве СССР в разных масштабах, и людей он касался не по национальному признаку, а, скорее, по профессиональному – наибольший урон понесло крестьянство. Больше всего пострадали Центрально-Черноземная область РСФСР, куда входила тогда и Белгородчина, Поволжье, действительно Украина, и Казахстан — те области страны, которые выращивали зерновые.

Голод на территории Белгородчины в 1932-1933 годах был массовым и ничем не отличался от аналогичных событий на Украине или в Поволжье. Процитирую сводку центрально-черноземной областной контрольной комиссии ВКП(б) за май 1933 года по Борисовскому району: «На почве голода громадное количество опухших людей и массовое явление нищих, особенно детей: среди последних смертность доходит до 70-90 человек в день. Зарегистрировано много случаев людоедства. Заманивали детей нищих — убивали и поедали (людоеды арестованы и содержатся при раймилиции)».

26 мая 1933 года ОГПУ докладывало: «За время зимы и весны 1933 года лишь по одному селу Борисовке умерло от голода более 1000 человек. Причем преобладающее большинство умерших и умирающих — колхозники и единоличники, бедняки и середняки. В настоящее время смертность населения не прекращается, и ежедневно умирает по 20-30 человек колхозников и единоличников. В целом ряде сел трупы умерших продолжительное время не убираются».

При этом продовольствие в районе было, но направлялось на поддержку ограниченной категории людей: «Сельхозкомбинат райпотребсоюза со своими МТС и свинарником превращены в подсобное хозяйство для райактива. Молочная продукция через закрытый распределитель целиком идет на снабжение «главков».

В Белгородском, Борисовском, Грайворонском, Корочанском, Ракитянском, Ровеньском и в других районах Белгородчины голод был страшный. Люди умирали ежедневно, убивали и ели соседей, чужих и собственных детей. Многие бежали в крупные города, такие как Курск и Харьков, в надежде там найти еду, но и там ситуация была не намного лучше. В то же время в газетах писали про достижения и очередную хозяйственную кампанию.

Документы о голоде на территории ЦЧО опубликованы и доступны всем. Это страшные документы, но от них никуда не деться.

Крестьяне психологически были сломлены

– На территории Белгородчины в 1930-е годы была проведена коллективизация. Что она из себя представляла?

— На каждый район спускался план по раскулачиванию. В каждом сельсовете составлялись списки семей на раскулачивание, после чего семьи в течение нескольких часов силой выбрасывали из домов, грузили на подводы и отправляли в районные центры. Там их пересчитывали и отправляли дальше на крупные железнодорожные станции, где грузили в товарные вагоны. Несколько таких эшелонов с белгородцами ушли на север или в Казахстан. Освободившиеся дома занимали под учреждения сельсоветов и колхозов, инвентарь передавали в колхозы, личные вещи между собой делили активисты.

Основная масса документов по раскулачиванию хранится в областном архиве МВД. Полностью этот документальный массив до сих пор не обработан и ещё ждёт своих исследователей. В госархиве Белгородской области по лишенным избирательных прав можно встретить постановления и списки, но это только часть документов.

– Как коллективизация сказалась на местном населении в то время?

– Все виды репрессий в той или иной мере подрывали производительные силы села, а в целом уничтожили патриархальный мир русской деревни. В то же время, раскулачивание и последовавший за ним голод оказали свой политический эффект – после массовых выселений, голода и арестов крестьяне психологически были сломлены. К концу 1930-х годов деревня стала другой.

Читайте также  Внешняя политика советского правительства в 30-е годы

– Существует мнение, что СССР был построен руками заключенных. Что вы думаете по этому поводу?

– Не могу согласиться. СССР был построен руками всех. В развитие страны вкладывались все категории населения, каждая по-своему. Безусловно, репрессии нанесли огромный удар по целым слоям нашего народа, поломали человеческие судьбы. Но, в то же время, рядом шла другая жизнь. Прошлое не состоит только лишь из тёмного или светлого. В реальности всё перемешано и часто идёт рядом. Видеть нужно все стороны. Чем-то, быть может, гордиться, о чём-то – горько сожалеть.

Как репрессии командиров РККА повлияли на качество армии.

Анализ влияния репрессий на основные показатели состояния командно-начальствующего состава армии не даёт основания для подобного утверждения. В 1937 году было репрессировано 11034 человек, или 8% списочной численности начальствующего состава, в 1938 году — 4523 человек, или 2,5%.
В это же время некомплект начсостава в эти годы достигал 34 тысяч и 39 тысяч соответственно, т.е. доля репрессированных в некомплекте начсостава составляла 32% и 11%.
В последующие годы некомплект вырос и составил в 1940 и 1941 гг. — 60 и 66 тысяч, но никаких репрессий в эти годы, как известно, не было, зато было развертывание армии, создание новых формирований, требовавших всё больше кадров командиров и начальников.

Конечно, репрессии ударили прежде всего по верхушке армии, выбили высший руководящий состав, только в отношении этой категории можно и нужно говорить о влиянии репрессий на некомплект командно-начальствующего состава, для остальных категорий это влияние было незначительным. Сама постановка вопроса о некомплекте начальствующего состава и его влиянии на боеспособность армии оказывается излишней при сравнении насыщенности начсоставом РККА и европейских армий.

В сравнении с другими армиями, наша армия была самой насыщенной начсоставом. Например, если в 1939 году на 1 офицера РККА приходилось 6 рядовых, то в вермахте — 29, в английской армии -15, в французской — 22, японской — 196.
Отчасти это объясняется тем, что в состав начсостава входили такие категории военнослужащих, которых не было в других армиях, например, политработники.
Пересчёт количества начальствующего и командного состава РККА, исходя из норм насыщенности офицерами европейских армий:
немецкой — 3,2% (самый низкий процент) и польской — 6,2% (самый высокий), показывает, что несмотря на постоянно растущий некомплект начсостава в РККА, его количество было значительно выше, чем количество офицеров в армии Польши.

Например, в 1924 году отношение списочной численности начсостава РККА к расчётной численности по нормам германской армии составляло — 2,6, по нормам польской армии — 1,3, в 1936 году — 5,3 и 2,7 соответственно, в 1939 г. — 6,6 и 3,4, в 1941 году — 2,6 и 1,3.

Иными словами: если бы доля начсостава в РККА была на уровне немецкой армии, польской или любой другой европейской армии, то в ней, несмотря на огромный некомплект по действующим штатам, существовал бы переизбыток офицеров.

При сравнении реальной численности начсостава РККА с расчетной по нормам польской армии этот переизбыток составлял в 1936 году — 124 тысячи, в 1939 году -253 тысячи и в 1941 году — 113 тысяч.

В большинстве армий юридический, медицинский, ветеринарный, административный состав не занимал офицерских должностей. Возможно, истоки переизбытка заключаются в том, что в число начальствующего состава были включены нетипичные для других армий категории военнослужащих?

Нет, даже если сравнение делать лишь по численности командного состава, то и в этом случае некомплекта не было. Сравнивая списочную численность комсостава РККА с расчётными значениями по польским нормам, появляется избыток кадров.

В 1924 году он составлял 5,5 тысяч командиров, в 1936 году — 28 тысяч, в 1939 году — 17 тысяч, и только в 1941 году появляется некомплект в 80 тысяч человек по нормам польской армии мирного времени, что связано с развёртыванием армии военного времени.

В свете столь высокой насыщенности РККА начсоставом является спорной и сама постановка проблемы его некомплекта.
Очевидно, что некомплект был во многом искусственным, в его основе лежал не недостаток офицерских кадров, а излишнее количество штатных должностей.
Одной из основных причин этого являлось то, что в РККА не было полноценного унтер-офицерского корпуса, с создания которого планировал начать строительство новой армии первый председатель РВСР Лев Троцкий. Функции унтер-офицеров вынужден был выполнять средний комсостав, отсюда и его многочисленность.

Другая причина большой насыщенности армии начальствующим составом заключается в том, что в 20-30-е годы большая часть армии строилась по территориально-милиционному принципу, что позволяло ей иметь самый большой коэффициент развёртывания, по сравнению с европейскими странами. А это, в свою очередь, предполагало наличие большого количества командных кадров уже в мирное время для развёртываемой армии.
Часто ссылаются на опубликованный отчёт начальника Управления по начальствующему составу РККА НКО СССР Б.А.Щаденко о работе за 1939 год. Данные, приводимые в отчёте, дают всплеск перемещений в 1938 и 1939 годах.

Если в 1937 году продвижение по службе получило 23,8% начсостава, то в 1938 году уже 59,9%, а в 1939 — 55,4%. Этот рост обычно обосновывают необходимостью замещения вакансий, образовавшихся в результате репрессий. Так ли это на самом деле?
Но в отчёте в число назначенных с продвижением офицеров включены и выпускники академий, училищ и курсов, поскольку в это время для покрытия некомплекта кадров было выпущено в войска огромное количество молодых офицеров (их количество сопоставимо со всеми выпусками вузов за все предшествующие 30-е годы).
Но если выпускников вузов не учитывать, то оказывается, что перемещения в 1937-1938 годы находились на довольно низком уровне — 32% и 44% соответственно и были сопоставимы с перемещениями 1934 года — 31,6%, и даже незначительно уступали предшествующим 1935-1936 годам- 39% и 45%.
Таким образом, значительного влияния репрессий на перемещения начальствующего состава по службе не просматривается.
Важнейшим показателем подготовленности кадров является уровень его образования.
Архивные данные свидетельствуют о том, что в двадцатые годы шел бурный рост показателей военного образования комсостава. Он происходил за счет увольнения тех, у кого не было военного образования и доподготовки и переподготовки оставшегося в кадрах начсостава, включая бывших царских офицеров. Достаточно высокого уровня военного образования начсостав достигает уже к 1929 году.

В 30-е годы этот уровень постепенно повышается, но уже не столь значительно. В это время прослеживается тенденция незначительного повышения среднего военного образования, получаемого в средней военной школе и академиях, снижение доли начсостава, имеющего за плечами лишь краткосрочные курсы.
В предвоенный период число лиц начсостава с ускоренным военным образованием вновь возрастает.
Репрессии не наложили, да и не могли наложить из-за незначительности их масштабов по сравнению с общей массой офицерского корпуса видимого отпечатка на образовательный уровень.

Некоторое падение доли офицеров, имеющих среднее военное образование в 1938-1939 годах объясняется не репрессиями, а значительным притоком в армию офицеров из запаса, из сверхсрочников, и, особенно, офицеров, окончивших курсы младших лейтенантов.

В то же время в предвоенные годы наблюдается устойчивая тенденция к увеличению процента офицеров, имеющих академическое образование. В 1941 году этот процент был наивысшим за весь межвоенный период и равнялся 7,1 %. До репрессий, в 1936 году эта цифра составляла 6,6%.
В период репрессий наблюдался устойчивый рост количества начсостава имеющего среднее и высшее военное образование. Так, академическое образование в 1936 году имело 13 тысяч лиц начсостава, в 1939 году — после фактического окончания репрессий — 23 тысячи, в 1941 году — 28 тысяч офицеров. Военное образование в объёме военной школы имело соответственно — 125, 156 и 206 тысяч военнослужащих.

Более важным является выяснение влияния репрессий на уровень подготовки комсостава. Анализ уровня военного образования комсостава показывает примерно те же тенденции, что мы наблюдали у начсостава в целом. В 30-е годы 50-70% комсостава имело образование в объеме нормальной школы и 2-6% в объеме академии. Процент командиров, окончивших нормальную военную школу, достиг максимума в 1936 году (72%), затем идет его резкое снижение за счет притока офицеров с краткосрочной подготовкой в 1938-1939 годы и вновь некоторое увеличение — в 1941 году.
Колебания доли офицеров командного состава, имеющих академическое образование, происходило в пределах 2-3%. При этом в 1936 году «академиков» было 2,8%, в 1939 — 3,3%, в 1941 году — 2,8%.
К 1941 году уровень военного образования командного состава был в основном восстановлен, а благодаря широкому развёртыванию вузов количество командиров, имеющих высшее и среднее образование значительно выросло, таким образом негативные последствия репрессий к началу войны были в основном нейтрализованы.
Большее влияние на уровень подготовленности комсостава оказало наводнение его офицерами с краткосрочной подготовкой. Из-за стремительного развертывания армии их доля к 1941 году достигла 39%. На уровне взвод-батальон эти люди определяли боевую подготовку, готовили войска к войне. Именно их деятельность, а не репрессии, в значительной степени снизили уровень боевой подготовки в войсках.

Больше всего от репрессий пострадал советский генералитет. Как отразились репрессии на образовательном уровне высшего командного состава? Как ни парадоксально, но объективно его уровень вырос.

В первой половине 30-е годов доля лиц этой категории, имеющих высшее военное образование колебалась от 30 до 40%. Перед началом репрессий 29% имело академическое образование, в 1938 году их было уже 38%, а в 1941 году 52% военачальников имело высшее военное образование.
В пик репрессий, с 1 мая 1937 года по 15 апреля 1938 года, из 3-х арестованных заместителей Наркома обороны ни один не имел академического образования, 2 из назначенных его имели.

Из командующих войсками округов арестовано 3 «академика», назначено — 8; заместители командующих округами: соответственно арестовано 4 с высшим военным образованием, назначено — 6; начальники штабов округов — арестованные не имели академического образования, 4 из 10 назначенных его имели; командиры корпусов — арестовано 12 с высшим военным образованием, назначено 19; начальники штабов корпусов — арестовано 14 «академиков», назначено 22. И так по всем должностям, за исключением командиров дивизий. 33 арестованных комдива имели академическое образование, а среди назначенных таких было только 27. В целом по высшему командному составу количество назначенных, имеющих высшее военное образование, превышает число арестованных с аналогичным образованием на 45%.

Таким образом, репрессии не снизили образовательный уровень затронутых ими категорий офицеров.
Важнейшей характеристикой военных кадров является наличие у них боевого опыта. Вполне закономерно, что наибольшим боевым опытом командные кадры обладали сразу после окончания гражданской войны.

В 1923 году доля комсостава, имеющего боевой опыт, была равна 80%, к 1930 году она упала до 60%, в 1934 и 1938 гг. составляла 23%, а в 1941 году, несмотря на развёртывание армии, равнялась 29,5%. Военные конфликты второй половины 30-х годов стабилизируют долю командного и начальствующего состава армии, имевшего боевой опыт. В абсолютных цифрах количество прошедших боевые действия, значительно выросло.
Подводя итог, можно сделать некоторые выводы.

Во-первых , исследование объективных показателей и характеристик различных категорий командно-начальствующего состава, проведённое с помощью количественных методов, не дает оснований для утверждения о значительном влиянии репрессий на состояние военных кадров в предвоенный период.

Во-вторых , анализ большого массива доступных данных показывает, что репрессии не оказали на состояние военных кадров того значительного влияния на уровень подготовки, укомплектования, наличия боевого опыта и опыта руководства частями и соединениями, которое им придается в историографии. К началу войны армии удалось подойти с достаточно высоким образовательным уровнем высшего офицерского состава.
Главным недостатком офицерского корпуса перед войной являлась низкая подготовка огромной массы командиров среднего звена.
Значительная группа офицеров с невысоким уровнем образования, влившаяся в РККА в предвоенные годы, была неизбежным следствием ее незапланированного развёртывания.
В-третьих, репрессии не столь сильно повлияли на кадры, как их оценили немецкие военачальники во главе с Гитлером перед войной. Они явно ошиблись, и наша победа убедительное доказательство этого.

Читайте также  Начало третьего периода северной войны

Familio.Media

Советские репрессии

Политические репрессии советского времени коснулись огромного количества семей из самых разных слоев населения на всей территории Советского Союза. Многочисленные жертвы репрессий, родственники репрессированных, а также историки и исследователи едины во мнении, что советские репрессии — общая трагедия народа и страны.

Репрессии унесли жизни значительного числа культурной и научной интеллигенции, множества простых граждан, талантливой молодежи. Судьбы многих людей, переживших заключения в лагерях, оказались сломаны. Под влиянием волны массовых арестов человеческая жизнь в сознании общества обесценилась, из страха быть арестованным человек порой терял чувство собственного достоинства и чести.

Четыре периода репрессий

Время советских репрессий принято делить на четыре периода: это красный террор с 1918 по 1922 годы; политические репрессии 1920-х годов; наиболее жестокие сталинские репрессии, продолжавшиеся с 1930-х годов до самой смерти вождя в 1953 году; а также репрессии по отношению к участникам диссидентского движения в 1960-1980-е годы.

Красный террор касался прежде всего «контрреволюционных» классов населения — он был орудием устрашения для потенциальных противников власти большевиков. По окончании Гражданской войны наступил период внедрения идей коммунизма в общество — также путем устрашения: за счет арестов, заключений и ссылок.

Особый размах репрессии приобрели в 1937 году, они были связаны с именем Николая Ежова, поставленного возглавлять НКВД. По его инициативе был создан

Впервые увидел свет только 4 июня 1992 года после публикации в газете «Труд»

, ставший основой для массовых репрессий. Приказ предусматривал репрессии против «антисоветских элементов», к которым были отнесены бывшие кулаки, члены антисоветских партий, уголовники, люди, вернувшиеся из эмиграции, участники белогвардейского движения, казаки, священники. Репрессиям подвергались и члены семей «врагов народа».

Уже в следующем, 1938 году Ежов был смещен со своего поста и арестован, а в 1940 году расстрелян. Его место в НКВД занял Лаврентий Берия. Репрессии 1937-1938 годов получили в народе названия «ежовщина» и Большой террор.

Со смертью Сталина в 1953 году репрессии приобрели иной характер. В это время количество арестованных сильно сократилось, арестам и ссылкам подвергались в основном диссиденты. После ХХ съезда КПСС и развенчания культа личности Сталина в 1956 году многие жертвы сталинских репрессий были реабилитированы, однако репрессии как курс советского правительства продолжались вплоть до конца 1980-х годов.

Как был создан ГУЛАГ

В декабре 1917 года советское правительство создало Всероссийскую чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК). В феврале 1922 года комиссия была ликвидирована, а ее функции переданы новообразованному Государственному политическому управлению (ГПУ) при НКВД РСФСР. В 1923 году ГПУ было преобразовано в Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ), на которое возлагалась задача развернуть в Советской России систему лагерей.

Первый советский исправительно-трудовой лагерь был создан в 1923 году в Соловецком монастыре и получил сокращенное наименование СЛОН — Соловецкий лагерь особого назначения. До конца 20-х годов он оставался единственным лагерем на территории Союза. В 1929 году началась коллективизация, давшая толчок созданию системы исправительно-трудовых лагерей. Множество раскулаченных крестьян лишились своего имущества, были заключены в тюрьмы или сосланы.

В июле 1929 было принято постановление «Об использовании труда уголовно-заключенных», в апреле 1930 года было создано Управление исправительно-трудовых лагерей ОГПУ, преобразованное через полгода в Главное Управление исправительно-трудовых лагерей (ГУЛАГ). Лагеря начали появляться на всей территории Советского Союза: в Карелии (Беломоро-Балтийский лагерь), Центральной России (больше всего лагерей было устроено в Мордовии), Сибири, Дальнем Востоке (здесь в 1932 году появился один из крупнейших лагерей — Севвостлаг на Колыме, входивший в систему Дальстрой). В нечеловеческих условиях, на голодном пайке, под побоями надзирателей заключенные тяжело трудились на шахтах, лесозаготовках, добыче золота, угля, на строительстве железных дорог — часто на широте вечной мерзлоты.

Я подковой вмерз в санный след,

В лед, что я кайлом ковырял!

Ведь недаром я двадцать лет

Протрубил по тем лагерям, —

под этими словами из песни Александра Галича «Облака» могли бы подписаться тысячи людей. Всего за время существования ГУЛАГа в Советском Союзе было организовано 427 лагерей.

Как проходили аресты

С 1930-х годов в культуре закрепился образ черной машины как символа чего-то неизбежного, страшного и бесповоротного. Сначала это была так называемая «эмка», известная в народе также как «черная маруся» или «воронок», а в более поздние годы —

. «Эмка» означала модель ГАЗ-М-1, этот автомобиль выпускался с 1936 года на Горьковском автомобильном заводе и использовался только госструктурами, в том числе органами НКВД.

Именно на «воронке», почти всегда ночью, к дому очередной жертвы подъезжали сотрудники НКВД, которые производили обыск и арест. Обыск осуществлялся бесцеремонно и грубо: разбрасывали личные вещи жертвы и членов ее семьи, ломали мебель, порой выламывали паркет и отрывали обои в поиске тайников. В иных случаях на дом или на работу приходила повестка на допрос в НКВД, и очередной обвиняемый сам шел в органы, откуда некоторые уже не выходили: люди погибали на допросах от побоев и пыток, кого-то расстреливали на месте (как это было в Москве, в подвалах Лубянки).

Звезды смерти стояли над нами,

И безвинная корчилась Русь

Под кровавыми сапогами

И под шинами черных марусь… —

напишет Анна Ахматова в поэме «Реквием», посвященной женщинам, которые стояли по «триста часов» у тюремных ворот, пытаясь хоть что-нибудь узнать о судьбе своих близких.

В 1930-е годы фальсификация вины репрессируемых была обычным делом. Поэтому в ходе обыска жертве легко могли быть подброшены «улики», свидетельствующие о принадлежности репрессируемого к антисоветским кругам или о его участии в антисоветской деятельности. Большинство обвинений вменялось за нарушение статьи 58 Уголовного кодекса РСФСР — она содержала пункты об измене Родине и контрреволюционной деятельности. Другие обвинения строились на статьях Уголовного кодекса, которые в народе именовались «бытовыми» — растрата госимущества, коррупция. Важно понимать, что по статье «измена Родине» чаще всего осуждали за участие в случайном разговоре, рассказанный анекдот, не к месту брошенное слово (например, одна девушка в доме отдыха махнула рукой в сторону радио, по которому в этот момент читали очередное партийное постановление: «Ой, надоели!» — и в тот же день была арестована). А под статью «растрата госимущества» часто попадали люди, от голода подобравшие на колхозном поле несколько мерзлых картофелин или кочан сгнившей капусты. Значительную часть обвиняемых — военный командный состав, деятелей культуры — судила Военная коллегия Верховного суда СССР.

Делом обвиняемого занималась так называемая «тройка НКВД» — три сотрудника органов: начальник, секретарь обкома и прокурор. Тройка выносила приговор, который не подлежал пересмотру. Так судьба человека, а попутно и его семьи, решалась между членами тройки, минуя установленную Конституцией судебную систему. С 1934 по 1953 годы существовал также отдельный орган при НКВД — Особое совещание, состоящее из наркома и заместителя наркома внутренних дел СССР, уполномоченного наркомата внутренних дел СССР по РСФСР, начальника управления милиции, наркома союзной республики, если разбиралось дело жителя не РСФСР, а другой республики из состава СССР. Особое совещание обладало правом вынесения приговора о ссылке, заключении или расстреле обвиняемым лицам, признанных социально- или политически опасными.

В Конституции 1936 года судебная система была описана в главе IX «Суд и прокуратура». В условиях репрессий не соблюдалась статья 111 Основного закона («Разбирательство дел во всех судах СССР открытое, поскольку законом не предусмотрены исключения, с обеспечением обвиняемому права на защиту»). Большинство жертв репрессий было выслано в лагеря ГУЛАГа без законного суда и следствия прямо после допроса, вынесения приговора тройки, особого совещания.

Экономист и партийный деятель Александр Соловьев писал в своем дневнике 28 декабря 1939 года: «Приходил Литвинов [М.М. Литвинов — советский дипломат] с женой. Пока она занималась делами, он беседовал со мной. Он очень расстроен сталинской шумихой чествования. Говорит, даже царей так не чествуют. […] Под влиянием общих репрессий заискивают, стараются угодить. Я обратил внимание на архитекторов, людей беспартийных и далеких от политики, но и те восхищены. Литвинов со смехом ответил: кому охота попасть под подозрение и быть арестованным. А между собой, в интимных беседах, сами же над собой смеются».

Свидетельства репрессий

Помимо многочисленных документов, сохранились живые свидетельства репрессий уже умерших и ныне живущих репрессированных, их родственников и свидетелей арестов, а также литературные материалы по истории репрессий. Эти сведения раскрывают подробности того, как проходил арест, дальнейший допрос и пересылка репрессированного в лагерь. На основе рассказов заключенных был составлен документальный труд Александра Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ», а личный опыт писателя лег в основу рассказа «Один день Ивана Денисовича», который впервые в советской художественной литературе поднял лагерную тему. Пережитый опыт заключения в Севвостлаге передал писатель Варлам Шаламов в своем сборнике «Колымские рассказы». Правозащитник Алексей Мурженко был трижды арестован и провел в лагерях 22 года, в 1984 году в Лондоне была опубликована его книга «Образ счастливого человека, или Письма из лагеря особого режима». Мурженко отразил глубокую трагедию личности советских граждан: «В то мгновение, когда я созерцал безликую серую колонну зэков, — в это мгновение я подумал, что в угрюмой массе все должны чувствовать себя одинокими и что я войду в колонну обреченных и тоже буду одинок. Жизнь в лагере — томление души, созданной Богом для любви, для семьи, для свободного выбора цели существования и обретения единства с близкими по духу».

В 2013 году был начат проект «Мой ГУЛАГ» — сотрудники музея истории ГУЛАГа записали видеоинтервью с рассказами репрессированных. На сегодняшний день вышло в свет уже более двухсот фильмов, их можно посмотреть на официальном сайте или на Youtube-канале музея.

Память о репрессиях

По прошествии нескольких десятилетий со времен советских политических репрессий, эти события остаются раной в культуре и сознании многих людей. В России ежегодно 30 октября отмечается День памяти жертв советских политических репрессий. В этот день проводятся массовые акции памяти: участники прилюдно зачитывают списки жертв репрессий, зажигают свечи, проводят минуты молчания. В постсоветское время в местах бывших лагерей устанавливаются памятники жертвам, памятные доски, кресты на могилах. С каждый годом растет число мероприятий, посвященных истории репрессий. Их организаторы стремятся рассказать новому поколению о страшных событиях недавнего времени, надеясь, что это поможет избежать повторения подобных репрессий в будущем.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: