Краткая биография цукмайер

Портрет: Карл Цукмайер

«Размышляя над своей жизнью, я могу сказать: собственно, это была типичная жизнь человека, прожившего нынешний век от начала до сегодняшнего дня. Я пережил всё то, что и другие люди пережили за это время: две войны, революцию, «великое переселение народов» после войны, бедствия, добрые времена, тревоги и динамику нынешнего столетия. Собственную жизнь рассматриваешь теперь в иной плоскости: что ты от жизни хотел и что получил? И я могу сказать: я не хотел бы вычеркнуть ни одного дня из моей жизни. Я не хотел бы иметь иную биографию, чем ту, которую имею».

Карл Цукмайер родился в 1896 году в небольшом гессенском городе Накенгейм в семье фабриканта. В 1900 году семья переселилась в Майнц, где Цукмайер закончил классическую гимназию. В 1914 году он уходит добровольцем на войну. Через 4 года вернувшись с фронта в звании лейтенанта, Цукмайер изучает во Франкфуртском и Гейдельбергском университетах право, философию, экономию, естественные науки и историю литературы и искусства. Затем в течение нескольких лет он работал драматургом в Киле и вместе с Брехтом в Берлине.

Первые пьесы Цукмайера успехом не пользовались. В то время он активно участвовал в литературном движении экспрессионистов. В 1925 году он, однако, порывает с экспрессионизмом.

«В период непосредственно после Первой мировой войны, когда всю громче заявляли о себе экспрессионизм и другие революционные идеи, мы были вовсе не отцами этого движения, мы были его детьми. Что касается литературы, то отличие того времени от нынешнего заключается в следующем: экспрессионизм опирался исключительно на чувства, он был целиком продукт эмоций. Литературный мятеж нашего времени носит исключительно рациональный, интеллектуальный характер. Впрочем в нём присутствуют иногда некие беспричинные аллитерации и некий налёт иррационального. В целом же современная литература – это порождение интеллекта, основу же экспрессионистской литературы составляли неясные, но очень сильные эмоции. Меня упрекали в том, что я покончил с экспрессионизмом, изгнал его со сцены. Если я это и сделал, то непреднамеренно. У меня и в мыслях не было завершить одно литературное направление и начать другое. Я внезапно ощутил, что можно писать так, как тебе самому хочется, не следуя строгой моде.»

В 1933 году пришедшие к власти нацисты запретили Цукмайеру, мать которого была еврейкой, публиковаться, его пьесы были изъяты из репертуаров театров. Писатель уезжает в Австрию, где у него был свой дом. Однако после присоединения Австрии к Германии имущество Цукмайера было конфисковано, а сам он был лишён гражданства. Цукмайер бежит в Цюрих, а затем в 1939 году эмигрирует через Кубу в Америку.

«Когда я уезжал в Америку, то у меня было чувство, что я больше никогда не вернусь обратно. Америка – это страна, дающая наибольшие возможности выжить. Тогда Америка была далеко. И я бы, наверное, никогда туда не попал, если бы об этом не позаботилась одна из наших приятельниц. Мой паспорт был недействительным. Нацисты лишили меня гражданства, и у меня не было никаких документов. Мне приходилось как-то крутиться без паспорта, без документов и без денег. Конечно, мне крупно повезло, потому что у нас были друзья в Америке. Потом – знаменитый Голливуд. В Америке публика меня уже знала как автора. Ведь я написал сценарий к фильму «Голубой ангел», который пользовался успехом во всём мире. Поэтому в мире кино меня знали, и я думал, что там мне как-нибудь удастся закрепиться. Но вскоре Голливуд и всё, что там делалось, стало вызывать у меня такое отвращение, что я оттуда сбежал. У меня был договор на 7 лет, но уже через год я сбежал из Голливуда. Я оказался в Нью-Йорке – совершенно без средств к существованию. В Америке проще, чем в Европе, получить совершенно новую профессию, о которой ты до этого не имел ни малейшего понятия.»

Именно в Америке Цукмайер пишет одну из своих важнейших пьес – «Генерал дьявола». Главный герой пьесы, генерал нацистской армии, презирает Гитлера и его режим, тем не менее, будучи функционером, он относится к войне неоднозначно. В ходе расследования актов саботажа в ВВС, он выясняет, что один сотрудников техслужбы является членом движения сопротивления. Генерал не выдаёт его, а сам садится в препарированный самолёт и гибнет. Главное отличие этой пьесы от политического театра заключается в её многозначности, что позволяло истолковывать её по-разному. Пьеса отражает всю трагику движения сопротивления: человек, внутренне не приемлющий национал-социализм, продолжает ему служить.

«Из написанного после Второй мировой войны «Генерал дьявола», на мой взгляд, абсолютное чудо. Эту пьесу я писал в Вермонте тёмными зимними ночами. Прочитав своей жене первый акт, я сказал ей, что это, пожалуй, будет первая пьеса, которая, скорее всего, так и останется лежать в ящике стола и никогда не будет поставлена на сцене. Но жизнь иногда распоряжается иначе. Цель пьесы, как и вообще современной литературы, вызвать у людей чувство тревоги. Я не имею в виду стремление описать неприятные вещи, так чтобы людям стало ясно, насколько отвратительна жизнь, хотя иногда она действительно бывает отвратительной. Нет, я стремлюсь заострить внимание зрителя на определённых событиях и тем самым заставить его задуматься.»

Цукмайеру, который находился вдали от родины, удалось, тем не менее, написать пьесу, которая очень точно отражала ситуацию в нацистской Германии.

«Мне постоянно задавали вопрос: каким образом с такого расстояния я умудряюсь описывать события так, как если бы я при них присутствовал. На это я отвечаю: ведь я же поэт. А это означает, что я не просто описываю действительность, которую знаю. Это способность писать о вещах, которые ты не знаешь. Впрочем, я знаю немецкий народ, я знаю немцев. Кроме того, 4 года я был на войне, прошёл её от простого солдата до офицера. Я знаю, что такое война. В Германии жили не одни монстры. Германией правила клика отвратительных преступников. Остальные были молчаливым большинством, бессильным против полицейского насилия. Полицейскому государству, использующему террор, невозможно сопротивляться, сопротивляться по-настоящему.»

Своей пьесой Цукмайер стремился осудить национал-социализм. При этом он подчёркивал, что не следует отождествлять национал-социализм с немецким народом. И эта его позиция далеко не всегда встречала понимание в среде немецких эмигрантов.

«Вы ведь знаете, немцы нигде не уживаются друг с другом. Так было и среди немецких эмигрантов. Большинство из них занимали, на мой взгляд, слишком антинемецкую позицию, смешивая в одну кучу национал-социализм и Германию. Я всегда проводил чёткое различие между ними.»

Пьеса «Генерал дьявола» вызвала в Германии бурную полемику. Люди обсуждали такие вопросы, как коллективная вина, личная вина и допустимость вооружённого сопротивления. Цукмайер ответов на эти вопросы не даёт.

«Когда пишешь драму, когда пытаешься истолковать жизнь, твои герои не являются носителями каких-то принципов. Они просто люди, которые живут и действуют, ищут свой путь и часто не находят его.»

Самой популярной пьесой Цукмайера, однако, которая и сегодня пользуется огромным успехом, по-прежнему остаётся его «Капитан из Кёпеника». В ней автор безжалостно высмеивает прусский бюрократизм и милитаризм.

«Капитан из Кёпеника» – это, пожалуй, моя самая большая удача. И не только потому, что мне пришла в голову идея написать эту пьесу. Главное то, что мне удалось сделать действующие лица такими живыми.»

На вопрос о роли театра в современном мире Цукмайер ответил:

«Театр – это полифония. Театр – это организм, состоящий, в свою очередь, из множества других организмов. В театре своё место находит практически всё: реализм, фантастика. Театр может быть мятежным, консервативным, традиционным. Причём в театре всё это может иметь место одновременно. Что от этого останется, выяснится лет через 50-100.»

В 1946 году Цукмайер приезжает в Германию в качестве сотрудника министерства обороны США.

«Тот, кто возвращается, никогда не находит то, что он покинул, да и сам он больше не тот, кем был, когда покидал родину. Конечно, в Германии я увидел совсем не то, что ожидал, причём я вкладываю в это вовсе не негативный смысл. Германия находилась в состоянии страшного опустошения. Люди голодали и мёрзли. Зимой 1946 года я сам видел в Берлине людей, умиравших от голода. Однако духовный голод был таким же сильным, как и физический. Люди, особенно молодёжь, хотели вырваться из отупелости гитлеровского рейха. 2 года моей жизни я посвятил контактам с молодёжью: я проводил дискуссии, читал лекции в различных университетах, чтобы вместе с молодыми людьми приступить к восстановлению Германии. Эти беседы и вообще это время было временем больших надежд. Многие их этих надежд не оправдались. Сегодня существуют другие надежды, но тогдашние надежды – были своего рода хилиазмом. Такие ощущения появляются после каждой большой войны. После окончания войны люди, выжившие в бойне, верят, что теперь наступают новые времена, теперь всё будет лучше. Именно эти ощущения придают особый характер надеждам, которые позже, сталкиваясь с действительностью, тускнеют и выглядят совершенно иначе.»

В 1958 году Цукмайер отказывается от американского гражданства и поселяется в швейцарской глубинке.

«Для того, чтобы продуктивно работать, мне всегда нужна была сельская жизнь – природа, пейзажи, спокойствие, прогулки. Во время прогулок я могу предаваться созерцанию, а это нередко важнее, чем работа за письменным столом. Для меня центр жизни там, где природа, ландшафты. В большом городе я себя в гораздо большей степени ощущаю на периферии жизни.»

Там же, в Швейцарии, Цукмайер и умер в 1977 году. До конца своей жизни он сохранял свой оптимизм, не отказываясь, впрочем, от здорового скептицизма.

«Я могу сказать лишь одно: у нас нет никакой уверенности в том, что мы не живём в межвоенный период. Окружающая нас действительность ещё не приобрела способность к обеспечению мира. Свои надежды я возлагаю на молодых людей. Среди них много людей целеустремлённых, мыслящих, стремящихся сделать этот мир более справедливым. Удастся ли им это сделать, это уже иной вопрос.»

Читайте также  Краткая биография кундера

Тот факт, что в своих произведениях Цукмайер поднимал такие философские вопросы, как судьба или теодицея, вызывал критику не только со стороны социалистов. Литературные критики часто упрекали его в бюргерской сентиментальности. А из-за народности его героев Цукмайера обвиняли даже в аполитичности. Цукмайер, однако, считал литературу не средством морализаторства, а средством выяснения вопросов бытия и отношений между Богом и человеком. Что касается формы, Цукмайер не порывал с традицией. Однако в силу того, что он постоянно актуализировал философские вопросы, его можно по праву назвать ярким представителем модерна 20 века, отобразившего в своих произведениях отчаянные попытки человека найти в технизированном мире экзистенциальный и трансцендентальный смысл.

Краткая биография цукмайер

НЕМЕЦКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Карл Цукмайер (Carl Zuckmayer) 1896–1977 Капитан из Кепеника (Der Hauptmann von Kopenick)Немецкая сказка в трех актах (Ein Deutsches Marchen in drei Akten) (1930)

Капитан фон Шлеттов примеряет новый мундир, заказанный в ателье военного портного, еврея Адольфа Вормсера, в Потсдаме. Это весьма известное в начале века офицерское ателье, Вормсер — королевский придворный поставщик. Несмотря на заверения закройщика Вабшке, что мундир сидит на капитане как влитой, фон Шлеттов «кожей» чувствует какое-то неудобство, что-то неуловимо «неуставное». Осматривая себя со всех сторон в зеркале, он замечает, что сзади, на ягодицах, пуговицы расставлены шире, чем положено по уставу. С помощью сантиметра Вормсер сам делает необходимые замеры и признает, что пуговицы пришиты на полсантиметра шире уставных норм. Капитан одергивает смеющегося над такими мелочами закройщика, поясняя ему, что солдат проверяется именно на мелочах, в этом заключен глубочайший смысл. Вормсер поддерживает фон Шлеттова — Германия может за воевать мир, выполняя строевой устав и почитая классиков. Пуговицы будут немедленно перешиты в соответствии с уставом. Вильгельм Фойгт, бывший сапожник, затем уголовник, отсидевший много лет в исправительной тюрьме, пытается найти работу. Без паспорта его нигде не принимают, и он приходит в полицейский участок. Фойгт смиренно рассказывает о своих проблемах и просит выдать документы, необходимые для трудоустройства. Околоточный объясняет бестолковому посетителю, у которого такое сомнительное прошлое, что сначала тот должен стать порядочным, работающим человеком. До Фойгта доходит, что ему, видимо, придется таскать свою судимость при себе, «как нос на лице». В воскресное утро, после проведенной на вокзале ночи, Фойгт сидит в берлинском кафе «Националь» со своим прежним сокамерником по кличке Калле и на последние гроши пьет кофе. Калле предлагает ему стать членом воровской шайки и зарабатывать приличные деньги, но Фойгг категорически отказывается, он все же надеется найти честный заработок. Капитан фон Шлеттов играет в кафе в бильярд. Он без мундира, так как офицерам запрещено посещать злачные места. Капитан признается своему партнеру — доктору Еллинеку, что чувствует себя совсем другим человеком в штатском, «чем-то вроде половинной порции без горчицы». Он придерживается заповеди, воспринятой от покойного отца-генерала — офицерское звание налагает высокую ответственность перед обществом. Капитан сообщает доктору, что заказал себе новый мундир, который похож на «вороного жеребца, которого только что выскребли». В кафе пьяный гвардейский гренадер учиняет скандал. Оскорбленный за честь мундира, фон Шлеттов на правах капитана требует от гренадера покинуть кафе. Тот отказывается подчиниться «паршивому штафирке» — штатскому, называющему себя капитаном, и ударяет его по лицу. Фон Шлеттов бросается на гренадера, завязывается драка, затем обоих уводит полицейский. Симпатии собравшейся толпы явно на стороне гренадера, а не штатского. Будучи свидетелем этой сцены, Фойгт прекрасно понимает ее смысл. После скандала в общественном месте фон Шлеттов вынужден подать в отставку. Ему уже не понадобится новый мундир с безупречно пришитыми пуговицами. Мундир приобретает доктор Обермюллер, работающий в городской управе. Ему присвоено звание лейтенанта запаса, он должен участвовать в воинских учениях, что весьма важно и для его штатской карьеры. Новая обувная фабрика объявляет о наборе на работу, и Фойгт приходит в отдел найма с отличной рекомендацией от директора тюрьмы, где он шил сапоги для военных. Фойгту снова отказывают — у него нет ни паспорта, ни послужного списка, ни армейского духа. Уходя, Фойгт иронически замечает, что не ожидал попасть вместо фабрики в казарму. Фойгт и Калле проводят ночь в ночлежке, где у них на глазах полиция арестовывает как дезертира хилого парнишку, сбежавшего из казармы. Отчаявшись в попытках начать честную жизнь, Фойгт задумывает дерзкий план — проникнуть ночью через окно в полицейский участок, найти и сжечь папку со своим «делом», забрать какой-нибудь «настоящий» паспорт и с ним удрать за границу. Калле готов помогать Фойгту, намереваясь захватить кассу с деньгами. Обоих ловят на месте преступления и снова отправляют в исправительную тюрьму. На этот раз Фойгт проводит в ней десять лет. Наступает последний день тюремного заключения Фойгта. Директор тюрьмы ведет с заключенными традиционный «урок патриотизма» — боевые занятия с целью обучения «сущности и дисциплине» прусской армии. Директор доволен блестящими познаниями Фойгта и уверен, что это обязательно пригодится ему в дальнейшей жизни. После выхода из тюрьмы Фойгт живет в семье своей сестры, что не решался делать десять лет назад, чтобы не причинять ей неприятностей. Но теперь ему пятьдесят семь лет и уже нет сил ночевать где придется. Муж сестры Хопрехт служит в армии и надеется, что его произведут в вице-фельдфебели. Хопрехт отказывается помочь Фойгту ускорить получение паспорта, все должно идти по порядку, законным путем и без нарушений. Он уверен как в своем долгожданном повышении, так и в устройстве дел Фойгта, «на то мы и в Пруссии». Доктор Обермюллер, бургомистр городка Кепеника под Берлином, вызван на императорские маневры. Он заказывает себе новый мундир, а старый возвращает его создателю, закройщику Вабшке, как аванс в счет уплаты за новый. Вабшке иронизирует, что для маскарада он еще может пригодиться. В шикарном ресторане Потсдама происходит пышное празднество по случаю императорских маневров. Оно устроено уважаемым в городе военным портным Вормсером, имеющим теперь чин советника коммерции. Его дочь танцует в офицерском мундире — том самом, еще от фон Шлеттова. Вызывая общий восторг и умиление, она заявляет, что готова учредить дамский полк и начать войну. Настроение Вормсера омрачает его сын Вилли, который за шесть лет дослужился лишь до чина ефрейтора и явно не годится в офицеры. Пытаясь услужить одному офицеру, Вилли опрокидывает шампанское и заливает мундир сестры. Теперь мундир сбывается в лавку старьевщика. Фойгт дважды подает прошение на получение документов, но не успевает получить их в положенный срок, так как в полиции размещаются участники военных маневров. Фойгту приходит предписание на выселение в течение сорока восьми часов. Хопрехт возвращается с учений без давно обещанного повышения в чине. Он раздражен и понимает, что его обошли несправедливо, но на негодующие реплики Фойгга реагирует «как пастор» — рано или поздно каждый получит «свое». «Тебя — не повышают, меня — высылают» — так определяет это «свое» уставший Фойгт. Но Хопрехт уверен, что в его любимой Пруссии властвует здоровый дух. Он призывает Фойгта проявить терпение, подчиниться, следовать порядку, приспособиться. Фойгт любит родину, как и Хопрехт, но знает, что с ним творят беззаконие. Ему не позволяют жить в своей стране, он ее и не видит, «кругом одни полицейские участки». Фойгт заявляет Хопрехту, что не хочет уходить из жизни жалким, он хочет «покуражиться». Хопрехт убежден, что Фойгт — человек опасный для общества, В лавке старьевщика Фойгт покупает все тот же самый мундир, переодевается в него в вокзальной уборной и приезжает на станцию Кепеник. Там он останавливает вооруженный уличный патруль во главе с ефрейтором, приводит в ратушу и велит арестовать бургомистра и казначея. Ошеломленному Обермюллеру «капитан» заявляет, что имеет на то приказ его величества императора. Оба подчиняются почти без возражений, приученные, что «приказ есть приказ», у «капитана» есть, видимо, «абсолютные полномочия». Фойгт отправляет их под охраной сторожа магистрата в Берлин, а сам забирает кассу — «для ревизии». Фойгт не знал главного — в магистрате не было паспортов. Под утро Фойгт просыпается в пивном погребке и слышит, как возчики, шоферы и официанты обсуждают происшествие, героем которого был он сам. Все восхищаются молниеносно проведенной операцией и «капитаном из Кепеника», оказавшимся вдобавок «липовым». Мрачный и безучастный, в своем старом костюме, Фойгт читает экстренные выпуски газет, с восхищением повествующих о проделке «дерзкого шутника», Фойгт слышит, как читают вслух объявление о его розыске, с приметами «капитана из Кепеника» — костлявый, кособокий, болезненный, ноги «колесом». В берлинском сыскном отделении побывало уже сорок задержанных, но среди них явно нет «капитана». Сыщики склоняются к тому, чтобы вообще закрыть это дело, тем более что в секретных донесениях сообщается, что его величество смеялся и был польщен, узнав о случившемся: теперь всем ясно, что «немецкая дисциплина — это великая сила». В этот момент вводят Фойгта, который решил сам сознаться во всем, надеясь, что это ему зачтется и после очередной отсидки ему не откажут в документах. Ему нужно «хоть раз в жизни получить паспорт», чтобы начать настоящую жизнь. Фойгт сообщает, где спрятан мундир, который вскоре доставляют. Убедившись, что перед ними действительно «лихой» «капитан из Кепеника», начальник следственного отдела снисходительно и благодушно интересуется, как ему пришла в голову идея провернуть все дело под видом капитана. Фойгг простодушно отвечает, что ему, как и каждому, известно, что военным все дозволено. Он надел мундир, «отдал сам себе приказ» и выполнил его. По просьбе начальника Фойгт снова надевает мундир и фуражку, и все невольно становятся по стойке «смирно». Небрежно приложив руку к козырьку, Фойгт отдает команду «Вольно!». Под общий хохот он обращается с серьезной просьбой — дать ему зеркало, он никогда еще не видел себя в мундире. Выпив для подкрепления сил стакан любезно предложенного ему красного вина, Фойгт смотрит на себя в большое зеркало. Постепенно им овладевает неудержимый хохот, в котором слышится одно слово: «Невозможно!» А. В. Дьяконова

Читайте также  Краткая биография музиль

Карл Цукмайер

  • Немецкий
  • Американец
  • Швейцарский

Карл Цукмайер (27 декабря 1896-18 января 1977) был немецким писателем и драматургом. Его старшим братом был педагог, композитор, дирижер и пианист Эдуард Цукмайер .

Содержание

  • 1 Жизнь и карьера
  • 2 перевода
  • 3 награды и награды
  • 4 Избранные работы
    • 4.1 Пьесы
  • 5 Фильмография
    • 5.1 Сценарист
  • 6 См. Также
  • 7 ссылки
  • 8 Внешние ссылки

Жизнь и карьера [ править ]

Он родился в Наккенхайме в Рейнском Гессене и был вторым сыном Амалии (1869–1954), урожденной Гольдшмидт, и Карла Цукмайера (1864–1947). [1] Когда ему было четыре года, его семья переехала в Майнц . С началом Первой мировой войны он (как и многие другие старшеклассники) закончил гимназию Рабанус-Маурус со специальным «экстренным» абитуриентом и пошел добровольцем на военную службу. Во время войны служил в составе полевой артиллерии немецкой армии на Западном фронте . В 1917 году он опубликовал свои первые стихи в пацифистском журнале Die Aktion.и он был одной из подписей «Воззвания», опубликованного Антинациональной социалистической партией после немецкой революции 9 ноября 1918 года. К этому времени Цукмайер имел звание лейтенанта резерва (офицера запаса).

После войны он поступил во Франкфуртский университет сначала на гуманитарные науки , а затем на биологию и ботанику . В 1920 году он женился на своей подруге детства Аннемари Ганц, но они развелись всего год спустя, когда у Цукмайера был роман с актрисой Аннемари Зайдель.

Первые попытки Цукмайера заниматься литературой и театром были полной неудачей. Его первая драма, Kreuzweg (1921), упала и делистинг только после трех спектаклей, и , когда он был выбран в качестве драматического консультанта в театре Киля , он потерял свою новую работу после того, как его первой, противоречивой постановки Теренс «s евнух . В 1924 году он стал драматург в театре Deutsches в Берлине, совместно с Бертольта Брехта . После очередной неудачи со своей второй драмой, Pankraz erwacht oder Die Hinterwäldler , он, наконец, добился общественного успеха с деревенской комедией Der fröhliche Weinberg («Веселый виноградник ») в 1925 году, написанная на его местном диалекте Майнц-Франкфурт. Эта работа принесла ему престижную премию Клейста через два года после присуждения Брехту и положила начало его карьере [2].

Также в 1925 году Цукмайер женился на австрийской актрисе Алисе Хердан , и они купили дом в Хенндорфе недалеко от Зальцбурга в Австрии. Следующая игра Цукмайера, Der Schinderhannes , снова оказалась успешной. В 1929 году он написал сценарий к фильму Der blaue Engel ( Марлен Дитрих в главной роли ) по роману Генриха Манна « Профессор Унрат » . В том же году он был удостоен еще одной престижной немецкоязычной литературной премии Георга Бюхнера .

В 1931 году состоялась премьера его пьесы «Гауптман фон Кёпеник», которая стала еще одним успехом, но его пьесы были запрещены, когда нацисты пришли к власти в Германии в 1933 году (дед Цукмайера по материнской линии родился евреем и обратился в протестантизм ). [3] Цукмайер и его семья переехали в свой дом в Австрии, где он опубликовал еще несколько работ. После аншлюса он был изгнан нацистским правительством, а Цукмайеры бежали через Швейцарию в США в 1939 году, где он сначала работал сценаристом в Голливуде, а затем арендовал ферму Бэквудс недалеко от Барнарда, штат Вермонт.в 1941 году и работал там фермером до 1946 года. В 1943/44 году Цукмайер написал «портреты персонажей» актеров, писателей и других художников в Германии для Управления стратегических служб , оценивая их причастность к нацистскому режиму. Об этом стало известно только в 2002 году, когда в Германии было опубликовано около 150 отчетов под названием Geheimreport . Годы семьи в Вермонте рассказываются в книге Алисы Хердан Цукмайер Die Farm in den grünen Bergen («Ферма в зеленых горах»), ставшей бестселлером в Германии после публикации в 1949 году.

В январе 1946 года, после Второй мировой войны , Цукмайеру было предоставлено гражданство США, на которое он подавал заявление еще в 1943 году. Он вернулся в Германию и пять месяцев путешествовал по стране в качестве атташе по культуре США. Итоговый отчет для военного министерства был впервые опубликован в Германии в 2004 году ( Deutschlandbericht ). Его пьеса Des Teufels General («Генерал дьявола»; главный герой основан на биографии Эрнста Удета ), написанная им в Вермонте, премьера состоялась в Цюрихе 14 декабря 1946 года. Пьеса имела большой успех в послевоенный период. Германия; одна из первых послевоенных литературных попыток затронуть проблему нацизма. Он был снят в 1955 году с участием Курда Юргенса .

Цукмайер продолжал писать: премьера Барбары Бломберг состоялась в Констанце в 1949 году, а Das kalte Licht — в Гамбурге в 1955 году. Он также написал сценарий к Die Jungfrau auf dem Dach , немецкоязычной версии фильма Отто Премингера 1953 года «Луна — голубая» . Перемещаясь между США и Европой в течение нескольких лет, Цукмайеры покинули США в 1958 году и поселились в Саас-Фе в Вале в Швейцарии. В 1966 году он стал гражданином Швейцарии и опубликовал свои мемуары под названием Als wär’s ein Stück von mir [4] («Часть меня»). Его последняя игра,«Der Rattenfänger» (музыка Фридриха Черхи ) премьера состоялась в Цюрихе в 1975 году. Цукмайер умер 18 января 1977 года в Виспе . Его тело было предано земле 22 января в Саас-Фе .

За свою жизнь Цукмайер получил множество наград, таких как премия Гете города Франкфурта в 1952 году, Bundesverdienstkreuz mit Stern в 1955 году, австрийская Staatspreis für Literatur в 1960 году, Pour le Mérite в 1967 году и австрийская Verdienstkreuz am Band в 1968 году. .

Краткое содержание драмы Цукмайера «Генерал дьявола»

нем. Carl Zuckmayer. Des Teufels General
Краткое содержание драмы
Читается за 9 минут

Генерал авиации Харрас принимает гостей в ресторане Отто. Это единственный ресторан в Берлине, в котором по специальному разрешению Геринга можно проводить приватные банкеты в военное время. Соответственным образом в одном из залов вмонтировано новейшее подслушивающее устройство для гестапо.

Генерал прибывает в ресторан из имперской канцелярии с официального приёма, именуемого им «пивными посиделками фюрера». Зато у Отто имеется французское шампанское, закуска из Норвегии, дичь из Польши, сыр из Голландии и другие «плоды победы» из оккупированных стран. Икры из Москвы, естественно, нет.

Харрас стал легендарным лётчиком ещё в первой мировой войне, но ему нельзя дать больше сорока пяти лет, его открытое молодое лицо привлекательно. В числе его гостей культурлейтер Шмидт-Лаузиц, крупный авиапромышленник фон Морунген, а также друзья и близкие люди. Генерал отмечает пятидесятую победу в воздушном бою своего друга и ученика, полковника Айлерса, Это скромный офицер, смущённый общим вниманием, он торопится поднять бокал за здоровье генерала. Один лишь культурлейтер невпопад осушает бокал под «Хайль Гитлер». Айлерс получил короткий отпуск, и его жена Анна, дочь фон Морунгена, мечтает поскорее увезти его домой.

Вторая дочь Морунгена, Манирхен, самоуверенная и развязная особа, уверяет, что не стремится к браку. Для этого требуется получить кучу бумаг — о безупречной арийской родословной, половой потенции и т. п. Пользуясь лексиконом Союза немецких девушек, она авторитетно рассуждает о проблемах расы и пола, флиртует.

Приходят четверо лётчиков из эскадрильи Айлерса, награждённые Большим железным крестом. Они прибыли с Восточного фронта, где бомбили Ленинград. Лётчики признают, что русские ещё «зададут перцу», но в конечной победе Германии не сомневаются.

Появляются три актрисы, с одной из которых, Оливией Гайс, Харрас поддерживает многолетнее знакомство. Она приводит с собой племянницу Диддо, юную и красивую. Оливия знакомит Харраса с Диддо«, для которой он своего рода «идеальный образец» — «памятник старины», как уточняет генерал, любующийся девушкой.

Между тем адъютант сообщает генералу секретные сведения о «неприятностях» германской армии под Москвой. Генерал считает войну с Россией ошибкой Гитлера, он тщетно через Геринга пытался остановить поход на Восток.

Такие опасные разговоры ведутся в отсутствие культурлейтера, которого генерал называет секретным сотрудником гестапо, а то, куда Шмидт-Лаузиц направляет культуру, — «выгребной ямой». Наедине с Морунгеном Харрас говорит об авариях, происходящих с самолётами, только что сходящими с конвейера. Генерал откровенен с промышленником, считая его своим другом. Он сомневается в наличии на авиазаводах подпольных организаций, способных на такие дерзкие диверсии. Генерал допускает даже, что диверсии могут быть делом рук гестапо, готовящего ему западню — Харрас лично отвечает за контроль над авиатехникой.

Харрас полагает, что его, слишком острого на язык и откровенного в симпатиях и антипатиях, гестапо пока не тронет, он нужен как профессионал. Смыслом его жизни всегда было лётное дело. Война — стихия генерала, но убивать он не любит. Он признается Морунгену, что ему, возможно, было бы легче на душе, если бы он бомбил имперскую канцелярию, а не Кремль или Букингемский дворец. В целом ему жилось прекрасно: «девочек — вволю», «вина — хоть залейся», «полётов — сколько угодно». Морунгену кажется, что Харрас как будто подводит итоги.

Читайте также  Краткая биография лихачев

Генерал замечает, что молодой лётчик Хартман молчалив и мрачен, ему удаётся вызвать его на откровенность: невеста Хартмана Манирхен сообщила, что разрывает свою помолвку с ним из-за того, что он не может получить справку о чистоте расы. Лётчик теперь ждёт смерти на поле боя. После долгого и задушевного разговора с ним Харрас надеется, что ему удалось убедить лётчика в ценности собственной жизни.

Оливия просит генерала помочь в спасении профессора Бергмана, еврея, хирурга с волшебными руками, который только что временно освобождён из концлагеря. Генерал уже имеет опыт в подобных делах, он может предоставить профессору свой спортивный самолёт, готовый к вылету в Швейцарию. Его поведёт жена профессора — чистокровная арийка, лётчица.

Вскоре между Харрасом и Шмидтом-Лаузицем на виду у всех происходит резкий разговор, в котором культурлейтер проявляет сильнейшую ненависть к евреям, а генерал — презрение к таким «свиньям», как он. Культурлейтер уходит, а генерал со вздохом облегчения продолжает банкет.

Харрасу поступает важное донесение — отпуска лётчикам отменяются, они срочно командируются на фронт. Айлерс отдаёт распоряжение об утреннем сборе, он готов выполнять распоряжения фюрера безоговорочно. Айлерс верит в себя, в Германию и в победу, не сомневается, что все делается во имя будущего мира. Через несколько дней Харраса хватает гестапо и держит у себя две недели. По газетным сообщениям, которым друзья не верят, он находится на Восточном фронте.

В день возвращения Харраса домой к нему приходит Шмидт-Лаузиц и диктует условия его реабилитации для гестапо. Генерал должен установить причины и принять меры к пресечению актов саботажа при изготовлении боевых машин. Он подозревается в содействии «враждебным государству элементам». Культурлейтер устанавливает Харрасу десятидневный срок и говорит, что сам и десяти минут не колебался бы для обезврежения такого человека, как генерал. Харрас отвечает ему тем же и понимает, что получил всего лишь «отсрочку».

К Харрасу приходит обеспокоенная его судьбой Диддо, и между ними происходит объяснение в любви. Генерал предупреждает, что его жизнь теперь ничего не стоит, «облава началась». Он ещё способен защищаться — для Диддо, их счастья.

Оливия сообщает потрясённому генералу, что Бергман и его жена приняли яд как «единственный путь к свободе». Оливия благодарит Харраса от имени супругов. Харрас понимает, что у каждого есть «свой еврей для совести», но этим не откупишься.

Приходят Морунген и Манирхен. Промышленник, подставивший генерала в деле с аварией самолётов, предлагает ему единственный путь к спасению — вступить в партию и передать военную авиацию В руки Гиммлера, СС. Харрас не хочет спасения такой ценой.

Приносят газеты — спецвьшуск с траурной рамкой: Айлерс погиб в катастрофе при падении самолёта над аэродромом, фюрер отдал приказ устроить похороны на государственном уровне.

Манирхен разговаривает с Харрасом с глазу на глаз. Она считает его одним из немногих «настоящих мужчин» и не хочет, чтобы он губил себя. Дочь Морунгена признается ему в любви и предлагает с её помощью бороться за власть и влияние в стране. Харрас отказывается в оскорбительной для Манирхен форме. Он уже понял, что она агент гестапо.

Наступает 6 декабря 1941 г. — последний день отведённого Харрасу срока. Он сидит в техническом бюро военного аэродрома вместе с инженером Овербрухом, которого знает много лет. Айлерс сказал как-то, что Овербруху можно доверить «все состояние без расписки». Оба составляют отчёт для следственной комиссии. Овербрух подписывает отчёт, в котором не указаны причины аварий — они не установлены. Приводят двух подозреваемых рабочих, которые отказываются отвечать на вопросы генерала. Он жалеет этих людей, которым предстоит допрос в гестапо.

Харрас испытующе смотрит на инженера и говорит, что не может воспользоваться последним шансом. Ему нечего сказать гестапо, и от него, уже ненужного и опасного, ждут, вероятно, «джентльменского» ухода из жизни — револьвер ему оставлен. Но генерал намерен использовать оружие против врага.

Харрас просит Овербруха поверить в его порядочность и сказать правду. Инженер верит генералу: правда заключается в том, что он сам и другие люди, неизвестные и безымянные, у которых общая цель и общий враг, борются за поражение Германии в этой войне. Погибать приходится и тем, кто служит «оружием врага», оружием, которым он может победить. Так погиб Айлерс — друг Овербруха. Участников движения Сопротивления не останавливает гибель того, кого они любят, как не останавливает и собственная смерть.

Овербрух хочет спасти генерала, считая, что он может принести помощь движению. Он предлагает ему бежать в Швейцарию.

Харрас отказывается — для него, ставшего «генералом дьявола», уже поздно включаться в борьбу с ним. Но Овербрух, за которым стоит правое дело, должен выстоять. Харрас подписывает отчёт — так лучше для инженера, и быстро выходит.

Овербрух бросается к окну и видит, как Харрас садится в машину, приготовленную к испытаниям, взлетает и набирает высоту. Затем шум мотора внезапно стихает.

Шмидт-Лаузиц сообщает в ставку фюрера, что генерал Харрас, исполняя свой долг, погиб при испытании боевой машины. Похороны на государственном уровне.

Марк Цукерберг

Марк Цукерберг известен во всем мире, как самый молодой долларовый миллиардер, филантроп и создатель уникальной социальной сети Facebook (Фейсбук).
В данной статье мы опубликовали для вас краткую биографию и начало истории успеха этого амбициозного молодого человека.

  • Facebook
  • Вконтакте
  • Подписаться

  • 19666
    • Академия Победителей
    • Великие люди

Марк Цукерберг – американский IT-специалист, программист, долларовый миллиардер, филантроп, предприниматель и руководитель Facebook Incorporated. Известность ему принесло участие в создании самой посещаемой в мире социальной сети – Facebook (Фейсбук).

Краткая биография

Марк Цукерберг (полное имя – Марк Эллиот Цукерберг) родился 14 мая 1984 года неподалеку от Нью-Йорка в городке Уайт-Плэйнс, США. Его отец – Эдвард Цукерберг, стоматолог. Его мать – Карен Цукерберг, психиатр.

В семье из 4-х детей Марк был вторым ребенком и единственным мальчиком. Уже в 10 лет маленький Цукерберг-младший понял, что весь мир, связанный с компьютерами делится на 2 типа: пользователей и программистов.

Когда в десятилетнем возрасте ему подарили первый компьютер, он часами не отходил от него:

Пользователи работают на компьютере, а программисты с его помощью меняют мир!

Марк Эллиот решил, что хочет быть программистом и через пару месяцев после начала освоения ПК углубился в умные книжки по программированию.

Первые успехи Цукерберга

Чтение книг по интересной ему тематике принесло свои плоды – уже в старшей школе он написал первые свои программы. Одна из них стала компьютерным воплощением настольной игры Risk.

Однако сам Цукерберг всегда считал себя хакером и не все его программные премудрости в школе можно было назвать правильными.

Предложение от Майкрософт

Он не хотел бы сразу, по его же словам, создавать нечто глобальное, но рад бы сделать «кучу прикольных мелочей». Одной из таких мелочей стал умный mp-3 плеер — Synapse. Он написал его для личного пользования.

Этот плеер, внимательно изучив предпочтения владельца и выяснив, какую музыку, в какое время суток и как часто, он слушает, способен был генерировать плейлисты самостоятельно, «угадывая», какие треки хозяину захочется услышать именно сейчас.

Необычной программой заинтересовались даже в Microsoft и AOL. Однако юный программист отклонил предложения гигантов о покупке Synapse, а затем вежливо отверг и их приглашения к сотрудничеству.

Разносторонний юноша

Несмотря на то, что программирование занимало в жизни Марка Цукерберга основное место, он умело тратил оставшееся время на совершенно различные занятия: прекрасно успевал по математике и естественным наукам. Занимался активно фехтованием.

Он увлекался историей античности и одни из летних каникул полностью провел в школе древнегреческого языка. А в университете (Гарвард – с 2002 по 2004 год) выбрал достаточно неожиданную, хотя и объяснимую дисциплину — психологию. Правда, сам университет он таки не окончил.

Начало успеха Facebook

Во внутренней компьютерной сети Гарварда имелся раздел, куда студенты выкладывали свои фотографии и личные данные. Фотографии были так себе — обычные фас и профиль, напряженное выражение лиц.

Марку Цукербергу пришло в голову порезвиться: он сделал программу, которая выбирала два случайных лица и предлагала сравнить, кто сексуальнее. От желающих провести сравнительный анализ не было отбоя.

К вечеру первого дня сайт просмотрели четыре тысячи человек.
Когда число посетителей перевалило за 20 000, из-за перегрузки упал сервер.

Марк предстал перед комиссией по компьютерным взломам. Он получил дисциплинарное взыскание, но, видимо, уже тогда подметил, что такого рода вещи вызывают у народа бурный интерес.

«The Facebook»

4 февраля 2004 года Марк Эллиот запустил социальную сеть под названием «The Facebook», которая задумывалась как сайт для общения студентов Гарварда. «The Facebook» стал популярен среди студентов в основном из-за удобства самоорганизации по группам, курсам и тусовкам, которые уже существуют в вузах в оффлайне.

Открывая «The Facebook» можно было узнать, где живут знакомые в этом году, какие девчонки симпатичные, а какие нет, кто … Все это сильно напоминает то, что из себя представляет Facebook сегодня.

После запуска сайта, Цукерберг заявил прессе, что Facebook был написан всего за неделю, а данная идея просто вызрела у него в голове и была быстренько реализована, «не отходя от кассы». Благо, еще и сокурсники помогли – вместе с Марком запуском проекта занимались еще Эдуардо Северин, Дастин Московиц, Эндрю МакКоллум и Кристофер Хьюз.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: